Глава 18

— Ден, привет, братишка! — Антон хлопнул Дениса по плечу и повернулся к Ксюше. — Удачно заглянули, да? Сейчас все вместе отметим. О, Милка-а-а, давно не виделись. А ты всё хорошеешь и хорошеешь.

— Да брось, — засмущалась подошедшая к ним девушка, а Ксюша заметно напряглась. Одно дело, видеть Дениса и совсем другое — его подружку. Кольнуло. Вот честно. И наряд её задел, и прилипшие к Денису руки. — А что отмечаем? — улыбнулась приветливо.

— А, — махнул рукой Антон, — избавление от тирании, да, Ксюх?

Ксюша кивнула, кое-как улыбнувшись. На Дениса старалась не смотреть, хотя это было не так уж и просто. Дурацкая ситуация. Хотелось искренне поблагодарить за всё, а получается, зарыла голову в песок, избегая открытого контакта.

— Ммм, как интересно. И что же это за тирания такая? — полюбопытствовала блондинка, оглаживая плечо Дена.

— Да так, — подмигнул Антон, — уже не важно. Главное, что теперь никто не сможет обидеть мою малышку.

Пока шли к заскучавшим друзьям, смогла немного прийти в себя и даже несколько раз исподтишка посмотреть на широкие плечи Дениса. Память тут же напомнила, какие они на ощупь. Пускай и сквозь ткань, но всё же…

Через несколько минут обмена приветствиями, завязалась непринужденная беседа. И конечно не обошлось без обсуждения вчерашнего матча.

— … а ты как считаешь? — пристал Антон к Денису. — «Скифам» заслужено присудили пенальти?

Денис, рассматривающий до этого свои ботинки, вопросительно поднял бровь.

— Что, прости?

— О-о-о, ты где летаешь? Я говорю о вчерашнем пенальти.

— Я не смотрел, — ответил сухо, пытаясь глазеть куда попало, но только не на Ксюшины колени, на которых по-собственнически разместилась ладонь брата. Казалось, в этот момент все присутствующие могли услышать, насколько громко клацнули его зубы.

— Ясно, ты как всегда, весь в делах.

Ксюша старалась не смотреть беспричинно на Дениса. Только когда к нему обращались или он сам говорил. Но чем больше она молчала, тем сильнее было ощущение неправильности. Денис тоже это чувствовал, и иногда в его глазах она считывала осуждение. Знать бы ещё за что.

— Чхи… — вырвалось у неё неожиданно, едва успела прикрыть рот. — Чхи…

— Будь здорова! — улыбнулся Тимофей.

— Ксюх, а ты случайно не заболела? — Ира участливо потянулась к ней, норовя попробовать лоб, но она вовремя отмахнулась, перехватив протянутую руку.

— Я в порядке. Просто легкая простуда.

Денис насмешливо хмыкнул и поднялся с места, отвечая на телефонный звонок. На его реакцию никто не обратил внимания кроме Ксюши. Она-то знала, что значил этот хмык. Стало неловко вдвойне. Может, его осуждение крылось именно вот в этом, а может, он насмехался над её связью с братом? Сидела перед ним вся такая примерная, правильная, что ли. Хотя и он не промах. Вон, Милка, так и липнет, трется о его плечо выпяченными сиськами и сидит же, не парится.

Стоило Денису уйти, она облегченно выдохнула, и этот поток углеродного газа не укрылся от внимательной Иры.

— Ксюш, я в туалет хочу, пойдем, покажешь, где тут что. — И так многозначительно захлопала пушистыми ресницами, что та без лишних слов поднялась следом.

— Это что за трындец, Аврахова? — сходу напала, прикрыв за собой дверь красиво оформленной уборной.

— В каком смысле?

— В прямом! Ты какого пялишься на Дена?

— Я?! — не получилось придать голосу больше театральности. Из неё вообще актриса никакущая, но всё же с деланным безразличием принялась рассматривать свое отражение в дизайнерском зеркале.

Ира достала из сумочки прозрачный блеск и увлажнила губы, одновременно наблюдая за подругой.

— Ты, Ксюша. Ты! Или думаешь, я не вижу ваших гляделок?

— Тебе показалось, — ответила, поправляя волосы. То, что Ира так легко просекла её метания было паршиво. Да, она подруга и всё такое, но если это смогла разглядеть она, то могли и все остальные.

— Ага. Только между вами такие снаряды взрываются, что боюсь, может контузить.

— Кого?

— Ну не меня же.

— Ир, у него, вообще-то, девушка есть. — Хваталась за любое оправдание, лишь бы не спалиться. И тут её осенило: в чем? В чем спалиться? В том, что нравится? Что симпатизирует? Что тянет к нему как ненормальную? Да ладно… Парень действительно красивый, но если она начнет так на каждого реагировать, то тогда ого-го-го что будет.

— Я заметила. Но это не мешает ему пожирать тебя взглядом. Ксюш, — Ира подошла к ней и по-дружески приобняла за плечи, — я не заставляю исповедоваться. Захочешь — расскажешь. Но то, что между вами что-то есть — это факт. Будь осторожна.

— Ты о чем? — неприятный холодок пробежал по коже, заставив содрогнуться.

— Не «о чем», а о ком…

Договорить Ире не удалось — в уборную ввалилась толпа щебечущих девах, и подругам пришлось потесниться. Ксюша открыла кран, остужая разгоряченное лицо. Странно, но в Денисе была уверенна. После вчерашней ночи на все сто. А в Антоне?.. Ну, так он тоже пока не оплошал, кроме опять же, прошедшей ночи, но так и она не святая.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вернувшись за стол, первым делом заметила, что Денис ещё отсутствовал. Антон о чем-то оживленно болтал с Тимофеем, Мила потягивала коктейль и изредка вставляла в их разговор пять копеек. При появлении девушек парни оживились. Антон подсел к Ксюше и, обняв за талию, подтянул к себе, лишая возможности лишний раз пошевелиться. Сидела, прижатая к его телу и чувствовала, что горит. В прямом смысле. По-нормальному, стоило закругляться, и только собралась поднять эту тему, как перед её лицом мелькнула керамическая чашка.

Все одновременно притихли, наблюдая, как подошедший Денис поставил перед Ксюшей горячий чай с долькой лимона и таблеткой парацетамола на блюдечке.

— Вот это сервис, — протянула Ира, упиваясь моментом. — Учись, Верёвкин, — и поддела Тимофея локтем под бок.

Антон слегка напрягся, провожая взглядом невозмутимо опустившегося на диван брата.

— Не знал, что ты настолько внимательный. Прям доктор Хаус, блин.

Денис, заметив украдкой Ксюшину растерянность, спокойно подался вперёд, упираясь локтями в широко расставленные колени.

— Вспомнил, что в кабинете с прошлого раза осталось жаропонижающее, — сказал равнодушно, улыбнувшись на Милкины приставания. Ей, видите ли, было скучно.

Ксюша набралась храбрости и произнесла как можно непринужденней, но одновременно искренне:

— Спасибо, — а глаза договорили «за всё».

Денис понял. Нетерпеливо дернул щекой, показывая, что не стоит, расслабься. Всё нормально. Но как нормально? Как? Когда глядя на него внутри всё сжималось. От испытуемого волнения не могла дышать. И ведь ничего такого, он просто находился рядом. Всего лишь сидел напротив и прожигал её своим тёмным взглядом.

Сердце замирало, дыхание обрывалось… как же стало жарко. От чая, горячего, обжигающего внутри, от воспоминаний, хранивших жадность его губ, от того, как у всех на глазах целовал Милу, а потом, взяв её за руку, потащил за собой на танцпол. Там они продолжили целоваться, прижавшись друг к другу под качающий медляк, а Ксюша опустила глаза, почувствовав, как по сердцу полоснуло ножом.

Когда же смогла справиться с нахлынувшими, доселе неизведанными эмоциями, то встретилась с настороженными серебристыми глазами.

— Ты в порядке? — спросил вроде и мягко и в то же время, сверкнувший на миг хищный оскал подсказал быть предельно осторожной. Правая рука властно сжала её плечо, привлекая к себе как можно ближе.

— Антон, что за глупый вопрос? — возмутилась пришедшая на помощь Кучер, незаметно надавив на Ксюшин полусапожек своим ботинком. — Конечно, нет. Ты бы ещё спросил, когда она сляжет тут основательно.

Антон подцепил пальцами Ксюшин подбородок и внимательно присмотрелся в опустошенные глаза. В этот момент к ним присоединились заведенная после танца парочка. Ксюша втянула голову, замечая боковым зрением, как Денис приобнял Милу, зарывшись лицом в её волосы.

— Действительно, ты выглядишь не ахти, — подытожил Антон после минутного изучения её лица. — Что ж ты сразу не сказала, малыш?

Ксюша промолчала. Глупо, конечно, с её стороны. Понадеялась, что температура больше не поднимется, а она, как всегда в таких случаях, подскочила на ночь.

— Отвези меня в общежитие, — попросила тихо, продолжая незаметно пасти Дениса. Он даже не смотрел в её сторону. И правильно. Сразу бы так.

— Не вопрос. Народ, — Антон поднялся с дивана и подал руку Ксюше, — нам пора. Комендантский режим и прочая херня. Вам — удачно потусить и проснуться с трезвой головой.

Начали прощаться. Ира решила ещё немного потанцевать, поэтому, обнимая Аврахову на прощанье, незаметно покосилась на Дениса, давая понять, что от расспросов не избежать. Тимоха дружелюбно чмокнул её щеку, пожелав скорейшего выздоровления. Мила послала воздушный поцелуй, присоединившись к наставлению Верёвкина. А вот Денис… его умению держаться, можно только позавидовать: спокойно пожал Антону руку и сдержанно улыбнулся Авраховой, пожелав того же, что и все.

***

В десять тридцать Антон заглушил двигатель возле Копейки. Оставалось ещё немного времени. Ксюша вытерла со лба проступившую испарину от начавшей действовать таблетки, и слегка наклонив голову, присмотрелась к входной двери. Всё боялась, что она закроется в любой момент. От этого и нервничала, теребя в руках шлейку от сумочки.

Антон тоже был не в настроении. Всю дорогу хмурил брови, в основном молчал и задумчиво покусывал нижнюю губу. Ксюша холодела от одной только мысли, что он, как и Ирка, мог разглядеть её интерес к Денису.

Просидев ещё пять минут, толкнула от себя дверцу, собираясь выходить.

— Подожди! — Антон схватил её руку и потянул на себя, вынуждая сесть обратно.

— Антон, мне нужно идти. Завтра, после завтра я смогу остаться насколько ты захочешь, но не сегодня.

— Да, да, я помню, больная на всю голову вахтерша. Я быстро. — Он повернулся к ней, лаская сжатую в руках ладонь, и сделав глубокий вдох, выдал: — Ксюш, кажется, я влюбился в тебя… Да, я сам в шоке, потому что… потому что мне не знакомо это чувство. Сначала думал, что это самое обычное увлечение. Ты начала меня динамить, я зажегся спортивным интересом закабалить тебя, поставить свое клеймо, но бля… вот уже вторую неделю я только то и делаю, что думаю о тебе. Постоянно. Не знаю, любовь ли это? Приходит она со временем или прошибает с первого взгляда. Хрен поймешь. Не хочу бросаться громкими словами, а потом лажануть. Но в одном уверен точно — стоит мне увидеть возле тебя кого-нибудь — всё, п*зд*ц. Крышу рвет капитально. Сегодня, прикинь, даже к брату приревновал. Ты только вдумайся!? К брату!! И главное из-за чего? Что принес чашку гребанного чая моей девушке? Дожился!..

Ксюша сидела ни живая, ни мертвая. Так и застыла, задержав дыхание, боясь пошевелиться. Это что сейчас было? Как обухом по голове, если честно.

— На счёт пари… — продолжил Антон после небольшой паузы. Видно, что каждое слово давалось с трудом. — Забей. Я понял, насколько это низко. Ты всё равно моя, какая разница, был у нас секс или нет. Произойдет он завтра или через два месяца… Ты, наверное, думаешь: «Антон, какого хрена?» Честно? И сам не знаю. Просто говорю так, как есть. Ты мне веришь?

Он замер, ожидая её ответа. По его лицу светлыми бликами мелькали вспышки фар проезжающих по дороге машин. Оно то утопало в тени, то озарялось яркой вспышкой. Напряжен был, как и она. Сосредоточенно сжимал руль, неотрывно наблюдая за выпавшей в осадок девушкой.

— Антон… ты мне нравишься. Правда. И мне с тобой хорошо. Конечно, я тебе верю, но…

Что она могла сказать? Только правду. Его откровения обезоружили, так неожиданно налетели, словно стылый ветер средь жаркого дня. Она и сама не знала, что такое любовь. У неё так много двойников. Неопытный открыватель весьма уязвим перед её скрытыми талантами.

— Вот и славно, Ксюш, — перебил Антон, наслаждаясь её конфузом. — Вот и поговорили. А сейчас беги, а то уже без десяти. Не хватало, чтобы у тебя из-за меня возникли проблемы. Но не забывай — завтра ты остаешься у меня.