Глава 18. Настя

Я сидела на кровати, укутавшись в одеяло. Меня страшно знобило, хотя и в доме, и за окном было тепло, но тело всё трясло. Хотелось плакать, а слёзы не шли. Я сама не понимала своих чувств. Почему так со мной? Что случилось? Как это вышло?..

Конечно, злилась на Архана. Ужасно злилась. И всё равно жалела его. Может, уже по привычке. Но к этим чувствам примешивались теперь и другие. Им я не могла дать определения. Что-то внутри меня выло, стенало, поминутно пробивая будто бы разрядами тока. А перед глазами мелькали вспышками воспоминания: его прикосновения, его голос, его грубость и… какая-то внезапная нежность…

Хотя какая, к чёрту, нежность?! Настя, очнись! Он — животное, которое намеревалось тебя!..

Но он же ничего не сделал, отпустил…

И всё равно поступил плохо. Такое нельзя прощать. Но ещё хуже — такое не должно притягивать. А меня… притягивало. И ничего доброго это не могло предвещать.

Может, я просто рехнулась, пока целую неделю жила под одной крышей с настоящим психом?.. Может, это моя пожизненная дурная привычка — стараться увидеть в людях хорошее — играла со мной злую шутку?..

А что хорошего может быть в мужчине, который повадками скорее напоминает зверя? Он ведь только и делает, что издевается надо мной, ни черта не ценит, слова доброго не скажет. Только рычит, командует, угрожает…

Архан — ужасный человек. Да, ужасный. Злой, жестокий и… очень одинокий.

Так! СТОП, НАСТЯ! В своём одиночестве он виноват сам!

Вон как Саид из кожи вон лезет, чтобы наладить с ним общение, а Архан только огрызается! Кто такое выдержит?! Да никто! Так и будет жить, как чудовище из сказки, в своём замке один…

Сердце моё сжалось при мысли, что Архан навсегда может остаться в полной изоляции. Не просто в темноте без зрения, а в полном вакууме, пустоте. Это так страшно…

Но я ведь не обязана спасать его! Не обязана прощать и потакать его выходкам! Один раз спустишь на тормозах, так он каждый день начнёт распускать руки! Нельзя позволять втаптывать себя в грязь! Нельзя! Я себя тоже не на помойке нашла!

Вот щас как приду, как поставлю ему ультиматум, чтобы больше такого никогда не было! Иначе я!.. Иначе я уйду!..

Сердце пропустило удар при мысли, что покину этот дом. А мне ведь придётся его покинуть. Потому что Архан не изменится. И уж тем более не извинится. Такие, как он, не умеют извиняться…

Раздался стук в дверь. Я вздрогнула. Сначала подумала, что мне послышалось, но стук вновь повторился.

— Можно?.. — донеслось из коридора.

Я ещё больше напряглась, не понимая, что делать, что отвечать. А главное — зачем чудовище вернулось? Чтобы снова доказать мне, что он сильнее и может издеваться надо мной, сколько влезет?..

— Настя?..

— Входите, — ответила я, и голос предательски сорвался.

Дверь открылась. Архан стоял на пороге, но не шёл дальше. Я наблюдала за ним и заметила, что он словно бы принюхивается.

— Там доставка скоро приедет, — сообщил он ровным голосом.

— Доставка? — я глянула на часы в мобильном. Что могут привести в десять вечера?..

— Угу. Я заказал. Суши.

Меня слегка перекосило от такого заявления.

— Вы… заказали… суши? — переспросила, потому что не смогла поверить своим ушам.

— Угу, — снова промычал Архан. — Всё равно на ужин ничего нет. Сходи забери.

Не понимая, что вообще происходит, я сползла с постели. Чуть ли не на цыпочках обошла Архана. Судя по тому, как он довольно синхронно поворачивался в мою сторону, в который раз убедилась, что у этого мужчины выработалось какое-то особое «шестое чувство», с помощью которого он действительно улавливал движение.

Вопросов становилось всё больше, а ясности всё меньше. Однако вниз я всё-таки спустилась, и минут через пятнадцать действительно прибыла доставка. Я забрала пакет у курьера.

— На кухню нести? — уточнила на всякий случай, всё ещё злая на Архана, да и побаивалась я его, честно сказать.

— Пойдём в беседку, — вдруг заявил он.

— В беседку?..

— Там звёзды красивые.

— Вы ведь… — начала и тут же прикусила язык.

— Я не вижу, а ты видишь, — бросил Архан. — Пошли.

Оставалось только пожать плечами. Я абсолютно не понимала, что задумал этот человек. То он из дома выходить не желает, то теперь решил поужинать в беседке. То кидается на меня и рычит, чтобы я не лезла никуда, то теперь просит (САМ!) забрать его доставку.

Что, блин, происходит?..

— Ай! Бл… — Архан споткнулся у первого же осветительного столбика, как только мы вышли наружу. Наверное, опять хотел выматериться, но почему-то сдержался.

— Давайте я… — тут же кинулась помогать, но остановила себя.

— Возьми меня под руку, — неожиданно попросил он.

Ещё одна странность. Я уже сбилась, какая по счёту.

Но под руку его всё-таки взяла. Полагаю, со стороны мы выглядели… своеобразно. Девочка метр с кепкой и здоровенный бугай, который в некоторых моментах был ещё более беспомощным, чем я.

— А как вы смогли заказ сделать? — не удержалась я от вопроса, который так и вертелся на языке.

— А как я мобильным пользуюсь? — проворчал Архан. — Я уж не совсем ничего не могу. И доставку тоже заказать могу. Программы всякие есть. Правда, я их терпеть не могу.

«Как и многое другое…» — пронеслось у меня в голове.

Мы, наконец, дошли до пункта назначения. Я на автомате щёлкнула выключателем, но Архан внезапно остановил:

— Там свечи есть. Свечи зажги.

— Где? — я глянула в пакет из суши-доставки.

— Там, в углу, — он ткнул пальцем, удивительно точно.

— Ладно.

Я сделала, как он велел. Расставила несколько свечей на столе, отчего в беседке сразу стало намного уютнее и даже… немного романтично. Стала выкладывать коробки на стол и тут вспомнила:

— Блин, забыла вилку вам принести! Вам, наверное, вилкой удобнее?

Архан только рукой махнул:

— Справлюсь.

Он сел за стол, а я не знала, что теперь мне делать. Оставить его одного? Или?..

— Чего стоишь? Садись, ешь.

Я переплела руки на груди, но осталась стоять.

— Архан, может, сейчас не самое подходящее время, но я хотела поговорить с вами…

— Ты же любишь суши?

Я запнулась на полуслове и, что называется, «выпала в осадок».

— Ну… Да… Люблю… А откуда вы знаете?

— Фотки твои смотрел.

— Фотки? — челюсть у меня так и отвисла.

— Ты будешь есть или нет? Я что, зря для тебя заказывал? — прорычал он.