Глава 39

Лев Меня трясет, как будто это я из нас двоих девственница. Я бы сейчас с радостью ворвался в Полину и похоронил себя в ней. Но раз не готова, я согласен немного поиграть. Тем слаще будет момент, когда я окажусь в ней. Целую свою девочку жадно и порывисто. Прикусываю нежную губку почти до крови. Она тихо ахает в мой рот, и я врываюсь в ее языком. Скольжу, сплетаясь с ее собственным. Жадно глотаю ее тихое мяуканье, переходящее в стоны, когда я трусь своей ширинкой о нежные нижние губки, прикрытые тонким трикотажем. Резко подрываюсь и быстро стягиваю свои джинсы. Остаюсь пока в боксерах, чтобы не пугать Полину. Ее глаза и так расширены и смотрят на мой пах с ужасом. Сжимаю член через ткань и снова ложусь на Полину. Трусь о нее, и мне кажется, будто высекаю искры из ее горячего тела. Блядь, как подросток готов кончить в трусы. Но сейчас мне это вставляет. С ней я готов на все. Трахаться без проникновения, тереться в одежде и целоваться, пока не онемеют губы. Со мной такого никогда не было. Даже мой первый петтинг закончился полноценным сексом. А сейчас мне реально по кайфу эти невинные игры. Только бы с Полиной. Поднимаюсь и беру ее на руки. Несу в свою спальню. Укладываю на кровать и любуюсь идеально красивым телом в белых трусиках. Полина стыдливо сводит бедра, но даже это мне нравится. Если бы она стянула с себя белье и пошло расставила ноги, наверное, мне в этот же момент перестало сносить от нее крышу. Вся прелесть этой девочки в ее естественности и том самом смущении, которое выдает ее взгляд и румяные щеки. Подтягиваю малышку к краю так, чтобы ее ноги с него свисали. Наклоняюсь и целую грудь по очереди, а потом начинаю играть с нежными полушариями. Сжимаю ладонями, скольжу губами, всасываю пики сосков и перекатываю их во рту, как самые сладкие конфеты. Пальцы Полины путаются в моих волосах, а негромкие стоны растворяются в тишине комнаты. Наигравшись, приподнимаюсь и берусь за резинку своих боксеров. Полина давится воздухом и прокашливается, глядя на то, как я стягиваю свое белье. Тяжело сглатывает, внимательно следя за моими движениями. Обхватываю член и несколько раз скольжу по нему рукой, не сводя взгляда с Полины. Мне важна ее реакция. Я хочу, чтобы она видела, что творит со мной. Чтобы понимала, что каждая часть моего тела реагирует на нее так бурно, что сводит конечности. Подавшись вперед, прижимаюсь членом к ее промежности и отступаю. Провожу пальцем по влажному пятнышку на белых трусиках. Вжимаю их между губок, обрисовывая контуры нежных лепестков. Мне до умопомрачения хочется заглянуть под белую ткань, но я не тороплюсь. Почему-то именно сегодня и именно с Полиной хочется растянуть это удовольствие. Провожу членом между губок, вырывая из Полины сладкие стоны. Трусики увлажняются сильнее. Я скольжу зубами по своей губе, прикусывая настолько сильно, чтобы самому себе доказать, что это не очередная фантазия о моей девочке. Вот она – реальная, живая, горячая. Стонет и слегка извивается, когда удовольствие усиливается. Прижимаю член к ее губкам и начинаю скользить им. Задыхаясь, Полина приподнимается на локтях, чтобы лучше видеть происходящее. Ускоряюсь, долбясь головкой в чувствительное местечко. Периодически наши с Полиной взгляды встречаются. Затуманенные похотью, немного удивленные, что можно вот так кайфовать друг с другом. Хватаю ее трусики сверху. Натягиваю их, еще ярче обрисовывая сочные губки. А потом не выдерживаю. Стягиваю ее белье ниже, оголяя розовые лепестки, истекающие соками. Снова проскальзываю между ними головкой. Несколько скольжений, и приставляю член ко входу. Полина перестает дышать, испуганно глядя на меня. – Я сказал, что тебе нечего бояться, – сипло произношу я и возвращаюсь к клитору. Делаю так несколько раз, доводя нас обоих до исступления. – Хочу увидеть, как ты кончаешь, – бормочу. – Покажи мне. Покажи, Поль. Ускоряюсь. Стоны Полины становятся громче. Она падает на кровать и совсем немного разводит ноги, давая мне немного больше места. Я сильнее прижимаю член к ее чувствительной сердцевине. Налитой, красноватой, мокрой настолько, что при скольжении члена она издает чавкающие звуки. Пошлые, но не вульгарные. Еще несколько толчков, и Полину начинает трясти. Она широко распахивает глаза и впивается в меня затуманенным взглядом. Рот искажает гримаса удовольствия, пальцы впиваются в покрывало. Она вздрагивает и сипло стонет. Сдавленно. Так, будто ей больно. Но потом ее тело мелко трясет, а пальцы отпускают покрывало. Тогда я быстро скольжу рукой по члену, догоняя удовольствие своей девочки. Смотрю на ее красивую промежность, мокрую от ее соков, и взрываюсь нахрен. Мощно, жестко. Меня аж подбрасывает, так сильно я кончаю. Заливаю спермой промежность Полины, а потом еще и пальцами размазываю свое удовольствие по ее нежной коже. Упершись рукой в матрас, закрываю глаза и пытаюсь отдышаться, хоть мне это дается с трудом. Я еще никогда не испытывал такого от секса. Как будто внутри меня взорвалась бомба. Бахнула так, что на несколько секунд тупо оглушила. И сейчас я слушаю только тишину, которая помогает постепенно вернуть мне слух. – Охренеть, – бормочу, моргая. Все еще не могу поверить, что секс бывает настолько фееричным. – Лев, – зовет Полина, и я навожу фокус, глядя в бездонные глаза своей девочки. – Ты только никогда не обижай меня, ладно? – просит она, а внутри меня что-то важное рвется и кровоточит. – Никогда, – обещаю и нежно касаюсь искусанных, зацелованных до красноты губ.