Глава 46

Лев Ну все. Мой предел достигнут. Больше я не могу ждать. Если для ее согласия нужно вылизать Полину от макушки до пят, я это сделаю. Я прекрасно помню, что на кухне нас ждет пицца, и что моя девочка может быть еще не готова к тому, что я для нее приготовил, но мое терпение на нуле. Заношу Полю в спальню и аккуратно укладываю на кровать. Нависаю сверху и целую нежные губки. – Я больше не могу, – признаюсь. – Смотрю на тебя и дурею, так сильно хочу. – Мне страшно, – произносит она шепотом и убирает с моего лба влажную прядь волос. – Я знаю. Но ты мне доверяешь? – Полина молча кивает и так смотрит в глаза, что внутри все сжимается. Я никогда не предам это чистое доверие. Еще никто никогда не смотрел на меня так. Искренне и по-настоящему. Как будто я – центр вселенной. – Я буду осторожен. После еще одного кивка Полины целую ее. Нежно, долго. Впившись пальцами правой руки в полотенце на ее талии, легонько сжимаю, пытаясь не сдохнуть от перевозбуждения и перегрева в паху. А там уже все кипит. Мне кажется, даже скоро взорвется. Спускаюсь от губ Полины на скулу, потом – на шею. Целую, вылизываю, нежно прихватываю зубами, наслаждаясь тихим мяуканьем моей девочки. Приподнявшись на локте, разворачиваю Полину из полотенца и аккуратно вынимаю его из-под нее. Пока еще не смотрю вниз, давая себе отсрочку, чтобы не кончить до того, как войду в свою девушку. Срываю свое полотенце и бросаю куда-то на пол. Снова целую шею, потом – грудную клетку, пока не добираюсь до маленьких, упругих полушарий. Сжимаю их ладонями, а потом перекатываю соски между пальцами. Растираю, пока они не превращаются в твердые камешки, и по очереди всасываю в рот. Жадно и с таким напором, что Полина, не сдерживаясь, вскрикивает. – М-м-м, – стону. – Вкусная моя. Сладенькая моя девочка, – а вот это уже рычу, прикусывая нежную кожу. Спускаюсь ниже по подрагивающему животу и целую гладко выбритый лобок. Опускаюсь до нежных розовых губок, припухших от удовольствия и сочащихся влагой. Целуюсь с ними так, как с верхними. Проникаю между ними языком и играю с чувствительной горошиной клитора. Вцепившись мне в волосы, Полина громко стонет и слегка приподнимает бедра мне навстречу. Обнимаю их и впиваюсь пальцами в маленькую попку. Буквально сливаюсь с Полиной. Голова кружится от собственной охуенности. Потому что я никогда не был фанатом куни, но реакция Полины заставляет почувствовать себя королем орального секса. Каменная головка моего ствола упирается в кровать, и я немного ерзаю в попытке получить хоть какое-то облегчение для своего возбуждения. Я заведен настолько, что вся кровь, кажется, отлила вниз, и скоро я тупо потеряю сознание от того, что в голове ее не осталось. Вылизываю Полину, пока не ощущаю, как ее тело начинает дрожать. Стоны становятся громче, а движения бедер – хаотичнее. Поднимаюсь и вытираю рот тыльной стороной ладони. Смотрю на свою девочку. Она пытается сфокусироваться на моем лице своим мутным взглядом, но он блуждает, так и не остановившись в одной точке. Достаю из прикроватной тумбочки резинку. Как бы сильно мне ни хотелось войти в Полину без защиты, детей рожать нам пока рано. И пусть я уже собрался жениться на своей девочке, хочу еще пожить с ней только для нас двоих. Черт, даже мысль о женитьбе на Поле возбуждает. Как представлю, что смогу на сто процентов называть ее своей, у меня сносит башню. Раскатываю резинку по стволу и пристраиваюсь между молочных бедер моей красавицы. Целую нежно, вкладывая в этот поцелуй все обещания вечности и нежности, какие только могу отыскать в себе. Направляю себя одной рукой и медленно проникаю в горячую, влажную дырочку. Мы стонем в унисон. Меня обдает жаром. Не только член, но и меня всего от макушки и до пят. В этот момент за окном начинает барабанить дождь, и этот звук так круто дополняет звуковое сопровождение того, что происходит между нами с Полиной! Проталкиваюсь чуть глубже, и моя девочка испуганно замирает. – Ничего не бойся, – бормочу в ее губы. Протиснув между нами руку, касаюсь пальцами ее клитора и начинаю медленно растирать. Играю с чувствительной горошиной, пока Полина полностью не расслабляется, а я – не напрягаюсь, чтобы внезапно не кончить. Терпеливо жду, пока Поля окажется на грани оргазма. Последние движения пальцами – и она взрывается в моих руках. Тогда я проталкиваюсь одним резким рывком и замираю. Полину трясет. Она вцепилась пальцами в мои плечи и затылок. Царапает, кусает меня и дрожит в моих руках. – Умница, – бормочу и целую губы, которые она мгновение перед этим кусала. Ласкаюсь, дожидаясь, пока она немного придет в себя. – Как ты? – спрашиваю. – Печет, – всхлипнув, отзывается Поля, а я сжимаю челюсти. – Остановимся? – спрашиваю, мысленно молясь, чтобы она отказалась от этого щедрого предложения. Потому что я, нахрен, сейчас взорвусь! – Подожди, – выдыхает судорожно. – Нет, не останавливайся, просто… дай мне привыкнуть, ладно? Это очень странное ощущение. И… болезненное. Но я не хочу, чтобы ты выходил из меня. – Моя бы воля, я бы похоронил себя в тебе, – отзываюсь и трусь кончиком носа о ее. – Жил бы в тебе вечно. Ты такая горячая, моя девочка, – бормочу все, что приходит в голову, совершенно не фильтруя. Пусть знает, что я чувствую. – Такая… мой член как будто в кипяток окунули. Охуенная, – добавляю тише и целую Полину. Нежные руки обвивают мою шею, короткие ноготки легонько – практически невесомо – царапают кожу. Я улетаю от этих кайфов. Поцелуй становится глубже и несдержаннее, и наши с Полиной бедра сами собой приходят в движение. Она подается ко мне, встречая легкий толчок. Снова отступаю и проталкиваюсь. И так, без лишних обсуждений, я беру свою малышку. Медленно, нежно. Слишком медленно, но сейчас мне и это по кайфу, лишь бы с ней. Глаза в глаза, губы к губам, нежный шепот, соединение тел. Напряжение в мышцах, слезы в ее глазах, улыбка на нежных губах. Сплетение языков и бедер, блуждание рук, обещание вечности и… оргазм. Мощный настолько, что темнеет в глазах. Я еще никогда так не кончал. Как будто меня взяли и так сильно тряхнули, что внутренности перемешались. Целую. Куда попаду. Положа голову на грудь Полины, просто вожу губами. Под них попадают то нежные, тонкие пальчики, то покрытая испариной грудь, то нежная щечка. – Поль, – бормочу, едва оклемавшись после мощного взрыва. – М? – А я люблю тебя, – произношу и сам кайфую от этих слов. Но главное то, как гармонично это прозвучало внутри меня самого. – Давай поженимся, а?