Глава 20.

Твори херню, пока можешь.

Сказать, что у меня не было слов, – преуменьшение века. Я следовал за Эйсом через двери в ангар, пока он шагал впереди меня, в той же нелепой маскировке, и все еще умудрялся командовать на все стороны – а здесь было до фига пространства.

Главные двери ангара были распахнуты, а перед ним на асфальте стоял частный самолет с открытым люком и опущенной лестницей. Я остановился, когда Эйс подошел к единственному человеку, который стоял у двери в небольшой кабинет.

Это все нереально. Дерек всегда шутил, что однажды я смотаюсь с каким–нибудь супер–пупер богатым парнем, который захочет меня увезти, но эмм…это всегда было шуткой. Никогда за миллионы лет, я не ожидал…

– Дилан?

Мой взгляд метнулся туда, где Эйс смотрел на меня поверх плеча, и изгиб его губ говорил мне, что он понимал, насколько я был ошеломлен, потому что, твою ж мать, всего было слишком много, чтобы воспринимать это. Я вцепился в лямку на своем плече и пошел в его сторону, в тот момент как тот мужчина позади него вернулся обратно в кабинет.

– Ты в порядке? – спросил Эйс, когда я, наконец–то, добрался до него, и мне удалось кивнуть. – Хорошо. Пойдем.

– Эйс, – произнес я, пока следовал за ним прямо к самолету, который теперь, уже я уверен, дожидался нас.

– Да?

– Мы…В смысле…этот самолет для нас?

Когда мы дошли до подножия трапа, Эйс остановился и кивнул.

– Мхмм, определенно.

Мой рот распахнулся от этого подтверждения. Путешествуя только туристическим классом, или в бизнес–классе, сама идея, чтобы полететь на частном самолете куда–то была…

Ну, это безумие, вот что это.

– Ты в своем уме? Это должно быть стоило тебе целого состояния.

Опираясь ладонью о перила трапа, Эйс наклонился ко мне и на одну перехватывающую дух минуту я подумал, что он собирался поцеловать меня. Прямо здесь, в открытую, на глазах у всех. Но в последнюю секунду, он сместился губами к моему уху и произнес:

– К счастью для нас, у меня есть состояние. А теперь забирайся в самолет, Дилан. Я

хочу попробовать тебя, и не могу сделать этого здесь.

Я втянул такой–необходимый–сейчас воздух и бросил взгляд на открытый люк, где заметил женщину в темно–синей униформе, ожидающую нас, а потом перевел взгляд обратно на Эйса.

– Но можешь внутри?

– Охренеть, как могу.

Ха, а что насчет экипажа?

– Вперед, – приказал он, и приказ отправил толчок желания вверх по моему позвоночнику. Эйс все время был в непосредственной близости, что было трудно игнорировать, но с этой его уверенностью в воздухе он был весь такой сексуальный и на сто процентов неотразимый.

Без лишних слов, я поднялся по ступенькам, и когда проходил мимо блондинки наверху, он поздоровалась со мной.

– Добро пожаловать на борт, мистер Прескот.

Моя голова дернулась в сторону к Эйсу, который шел позади меня. Он опустил ладонь на середину моей спины и подтолкнул меня внутрь.

– С возвращением, мистер Локк.

– Гейл, как ты? – спросил Эйс, пока я стоял, как рыба, выброшенная из воды.

– Ох, нечем пожаловаться. Дети окончили школу летом, но мы с мужем отправили их в лагерь, так что…

Эйс ухмыльнулся.

– Аааа. Ясно. Так значит немного столь необходимого времени для пары?

– Да, сэр, – она просияла, и это было свидетельством, что даже люди, которые работали на Эйса, похоже, не моги противостоять его очарованию. – Вам двоим лучше пойти и устраиваться на местах. Фил сказал, что мы выдвигаемся минут через пять.

– Спасибо, Гейл.

– Не за что, – сказала она, когда Эйс повернулся лицом ко мне, а я стоял совершенно ошеломленный.

– Слышал даму: вам лучше пойти и занять свое место, мистер Прескот.

Когда дверь за Эйсом начала закрываться, он пошел на меня с явным намерением в глазах, и я автоматически отступил на шаг.

Он с ума сошел? Гейл же здесь.

Эйс потянулся к бейсболке и стянул ее и парик со своей головы, и отбросил их на одно из роскошных, кожаных кресел, продолжая наступать.

– Что ты делаешь? – спросил я себе под нос, когда он потянулся ко мне, перехватил за шею и потянул на себя.

– Я говорил тебе снаружи, что хочу поцеловать тебя.

Я положил ладонь на его грудь и покачал головой.

– Но, что насчет… – я посмотрел поверх его плеча туда, где Гейл суетилась, готовя самолет к взлету. – Что если другие увидят?

Эйс коснулся моих губ своими, и мой рот приоткрылся. Боже, мне просто необходимо, чтобы он начал думать, и поскорее, потому что с тем, что он творил со мной, я не смог бы придумать ни единой причины, почему не могу зацеловать до потери сознания мужчину, который дразнил мои губы своим языком.

– Кто, Гейл? Все на этом самолете подписали соглашение о неразглашении. Им платят очень щедро, чтобы они ничего не видели.

Я отстранился головой немного назад и покачал ей.

– Что? – спросил Эйс.

– А ты не забыл кое–что?

– Ммм, – он нежно поцеловал меня, и мои пальцы сгребли фланель его рубашки. –

Нет, не думаю. У меня есть самолет, бутылка моего любимого вина охлаждается, чтобы ты попробовал: Domaine de la Romanee–Conti Montrachet. Тебе нравится Шардоне?

– Да, но я не про это…

Эйс процеловал чувственную дорожку по моей челюсти.

– Я догадываюсь, о чем ты говоришь. Но будь я проклят, если начну наши отношения с тобой с подписи юридических документов.

Все мое тело задрожало и от ласк и от его слов, но в то же время я понимал, что то, что он делал – рискованно. Он невероятно доверял мне, и я откинулся назад, чтобы найти его глаза.

– Эйс, это…я...я не знаю, что сказать.

От его потрясающей улыбки мой желудок перевернулся. Потом он провел пальцами по моей щеке и приподнял мою голову вверх, чтобы поцеловать в губы.

– Тогда ничего не говори. Я понимаю, это безумие, но впервые за долгое время, я нашел того, с кем хочу разделить все. Я хочу узнать тебя, каждую твою сторону. И чтобы воплотить это, мне нужно доверять тебе. А я не смогу сделать этого с куском бумаги,

стоящим между нами, – он прикусил мою нижнюю губу, а когда его глаза закрылись, он продолжил. – Я не хочу, чтобы что–то стояло между нами.

Мой пульс вышел из–под контроля из–за его слов, когда я понял, что впервые в жизни,

я тоже не хотел, чтобы между нами что–то стояло. Никаких секретов. Никакой лжи. Никаких бумаг, угрожающих друг другу. И когда через динамики послышался голос пилота, который сообщал нам, чтобы мы занимали свои места, поскольку вырулим на взлетную полосу в любую секунду, я отстранился от Эйса и прошептал.

– Спасибо.

– За что?

Когда мы оба заняли места по обе стороны столика, сервированного на двоих, с вазочкой с красной розой на нем и бутылкой вина в ведерке, я понял, что глубоко увяз в нем.

Настолько глубоко, что боялся того, что произойдет, если он когда–нибудь отпустит меня.

Я потянулся, взял его руку в свою и сжал пальцы.

– За то, что стал гораздо большим, чем я мог себе представить.

Он поднес костяшки моих пальцев к своим губам и поцеловал их, а три минуты спустя мы парили в воздухе над Бербанком, направляясь в неизвестность.

***

Я все еще держал руку Дилана в своей, когда мы приземлились в аэропорту

МакКарран, чуть меньше часа спустя. Это был спокойный полет, и мы допили бутылку

Шардоне за разговорами и украденными поцелуями. Когда небоскребы Лас–Вегаса показались в зоне видимости, Дилан снова посмотрел на меня, и его улыбка была настолько широкой, что мне показалось, будто мое сердце разорвется.

Это было странное чувство какого–то удовлетворения, когда переживаешь все эти «первые разы» с таким взглядом, что подтверждает целиком и полностью выражение «отдавать лучше, чем получать», которое я постоянно слышал. Я хотел показать ему мир,

испытывать все это изобилие чувств каждый день. Это заставило меня осознать, насколько я воспринимал все само собой разумеющимся, и даже не догадывался об этом. Не то, чтобы я ничего не ценил в своей жизни, но я постоянно был в движении, и никогда не останавливался достаточно надолго, чтобы действительно насладиться и по–настоящему прочувствовать все.

Гордиться и отмечать достижения, которые позволяли мне наслаждаться прекрасными вещами в жизни.

И говоря о прекрасных вещах, подумал я, когда самолет начал замедляться, и мы отстегнули наши ремни. Не могу дождаться реакции Дилана на то, что я запланировал на сегодня. Это было чем–то выходящим за пределы зоны моего комфорта, насколько вообще было возможным, и только от самой этой мысли меня бросало в пот. Я очень быстро понял,

что не так уж и много, что я не смог бы сделать для мужчины, сидящего рядом со мной.

– Не могу поверить, что ты привез меня в Вегас, – сказал Дилан, практически подпрыгивая на своем месте. – Он, серьезно, посреди пустыни, да? Так круто! А где мы остановимся? Погоди, мы же не можем жить вместе, да? Твою мать, это удивительно.

Посмеиваясь над его энтузиазмом, я произнес:

– Я рад, что тебе понравился сюрприз. А что насчет места, где мы остановимся, тебе теперь только нужно подождать и все узнаешь.

– Ты балдеешь от этого, да?

Мои губы сложились в ухмылку.

– Ох, ну, я планировал все. А теперь, как все будет. Нас обоих ждут машины, которые довезут нас прямо до частного входа в отель. Когда приедешь, кто–то лично сопроводит тебя в твой номер, а когда будет безопасно для меня, я присоединюсь к тебе.

Улыбка Дилана потускнела немного.

– Значит, мы не сможем остановиться в одном номере?

– Два слова для тебя: смежные номера.

– Ооооо. Да ты хитрец, – сказал Дилан, снова оживляясь.

– Нужен творческий подход, так ведь?

– Точно.

Я указал на два гладких, черных автомобиля, которые припарковались у подножия трапа.

– Одна для тебя, вторая для меня. Моя машина первой поедет в отель, а потом через десять минут вы ребята отправитесь в том же направлении. Готов?

Дилан восторженно кивнул, а я взял его лицо в свои ладони, чтобы напоследок поцеловать. Когда я отстранился и встал, я снял фланелевую рубашку, которая покрывала обычную белую футболку, а затем взял сумку, которую собрал для себя.

– Вперед, нарвемся на неприятности, Мечта, – сказал я, а потом пошел в переднюю часть самолета, чтобы попрощаться с командой и подтвердить время, в которое мы полетим обратно на следующий день.

Когда я вышел из самолета и спустился вниз по узкой лестнице, сухой жар пустыни ударил по мне, как пощечина, и я накинул солнцезащитные очки, чтобы спастись от слепящего солнца.

Водитель из первой машины шагнул вперед ко мне и крепко пожал мою руку.

– Добрый день, мистер Локк. Меня зовут Маршал, и если вам что–то потребуется,

просто дайте мне знать. Меня просили передать вам это по прибытию, – он вручил мне большой конверт, и когда я собрался поблагодарить его, то услышал позади себя…

– Твою ж мать, это Майбах 62s? Эйс, ты сейчас серьезно? Эти штуковины стоят, где–

то по полмиллиона баксов, – Дилан выпучивал глаза, пока обходил кругом машину, чтобы рассмотреть каждую деталь, полностью игнорируя водителя из–за своего восторга.

– Рад, что ты одобряешь, – отозвался я, и голова Дилана крутанулась в мою сторону.

– Это просто смешно. Я был полностью настроен на такси, но естественно ты ничего не делаешь наполовину, – он обошел машину и, наконец–то, заметил водителя с протянутой рукой. – Ох, прости, приятель, я не заметил тебя тут.

– Впервые в Лас–Вегасе, мистер Прескот? – спросил водитель.

– Да, твою мать.

Водитель широко улыбнулся ему и открыл заднюю дверь.

– Что ж, добро пожаловать в наш замечательный город. Я – Тимоти, и мы поедем в отель через несколько минут. В салоне автомобиля вы найдете бутылку вина для вас, чтобы расслабиться, пока мы будем в пути. Если вам что–то потребуется, просто дайте мне знать.

Дилан оглянулся на меня поверх двери с отвисшей челюстью, и я расхохотался.

Махнув ему рукой, я сказал:

– Наслаждайся поездкой, – а потом опустился на заднее сидение своего автомобиля.

Оказавшись в идеально–охлажденном кондиционером черном салоне, я вытащил содержимое конверта. Вместе с пригласительными на вечеринку «Sapphire vodka», на которой я должен был появиться через несколько часов, я так же нашел документы для сюрприза, который запланировал для Дилана немного позднее.

Охренеть, я что серьезно собираюсь это сделать? Да. Да, черт возьми. Мы сделаем,

вообще–то, потому что не сомневаюсь, что Дилан окажется на борту этого поезда в считанные секунды. Но, чтобы расслабить трепет в груди, я вытащил телефон и набрал номер шалуньи, которая подала мне эту идею в первую очередь.

– Только не говори, что ты струсил, – произнесла Пейдж вместо приветствия, когда ответила на звонок.

– С чего ты решила, что я струсил?

– Потому что это важный шаг, а у меня уже были люди, которые трусили в последнюю минуту.

Я покачал головой на грубоватый способ, которым Пейдж, видимо, выкладывала…ну,

все.

– Ладно, хорошо. Я не струшу. Я просто прочитал документы, и…

– Ты захотел, чтобы я толкнула тебе напоследок мотивационную речь, прежде чем ты подпишешь, и успокоила твои тревоги. Так?

– Ну…да.

– Ясно, – Пейдж прочистила горло и перешла на профессиональный тон, который использовала со своими клиентами, хотя сильно сомневаюсь, что слова, которые вылетали из ее рта, она применяла к ним. – Я лично ручаюсь за место, которое вы украсите своим присутствием сегодня, и обещаю, что документ, который ты подпишешь железобетонный,

как и все кто причастен к этому, и они больше потеряют, чем ты, так что спорю на твою задницу, что все их рты запечатаны. Эти люди элита из элит, и это немного похоже на

Бойцовский клуб – в том смысле, что первое и самое важное правило клуба, ты не упоминаешь о Бойцовском клубе.

Я протяжно выдохнул, а потом кивнул.

– Да. Хорошо. Ты права.

– Естественно, я права. И если я когда–нибудь направлю тебя в неверную сторону,

Шейн лично выколет мне глаза. Я предпочитаю не доводить до подобной лажи.

– И ты была там?

Когда Пейдж не ответила сразу же, я подумал, что разъединился звонок, но потом она сказала:

– Ты слышал это? Насколько сильно я только что закатила глаза? Да, я, блин, была там. Даже несколько раз, на самом деле. Можно подумать я отправила бы тебя к волкам, не проверив все лично для начала.

Я быстро подписал в конце соглашения, а потом запихнул бумаги обратно в конверт.

– Ладно, подписано, запечатано, и надеюсь, это место выполнит свои обещания.

– Ой, выполнит. Повеселитесь ребята в Вегасе.

Пихнув телефон обратно в карман, я посмотрел в темное, тонированное окно на гордо–возвышающийся «Syn» перед нами, и улыбнулся про себя. Не могу дождаться, когда сорву крышу Дилана.

***

Я прикончил бокал охлажденного белого вина в тот момент, когда машина только двинулась на выезд из ангара. Небоскребы на Лас–Вегас Стрип сверкали, как драгоценные камни под бликами солнца, открывая вид на горы в отдалении. Это что–то нереальное,

смотреть через заднее окно долбанного Майбаха, пока мы проносились мимо казино, которые я видел только в фильмах.

Взяв свой телефон, как и всякий турист, я щелкал каждое казино, которое мы проезжали.

– Это охренительно, – сказал я, когда движение замедлилась перед «Белладжио»

достаточно надолго для меня, чтобы рассмотреть струи воды, взлетающие высоко в небо в унисон, развевающиеся влево, а потом вправо, а затем выстреливающие, как из пушки, прямо в небо.

Мне было настолько любопытно, куда мы едем, что когда мы, наконец, повернули к тому, что именовалось «Частным входом», я поднял взгляд на высокое, изогнутое сооружение, с которого практически капали золото и бриллианты.

– «Syn»? Мы остановимся в «Syn»? – мне пришлось произнести это вслух, чтобы поверить, а когда мы проехали через что–то напоминающее главный въезд, территория стала пышной и зеленой, с пальмовыми деревьями, выстроившимися в ряд на частном заезде. Мы остановились перед сверкающе–белым зданием с аркообразным входом, окантованным золотом, и я почти физически поднял свою челюсть с пола.

Тимоти мгновенно распахнул мою дверь, и я был настолько занят разглядыванием монстра перед собой, что запнулся на выходе из машины.

– Добрый вечер, мистер Прескот и добро пожаловать в «Syn», – мужчина с зализанными назад черными волосам и в идеально–отглаженном сером костюме,

поздоровался, когда я подошел ко входу в здание. – Я – Чарльз Тот, помощник менеджера

«Syn», и как одному из наших особенных гостей, я с радостью покажу вам ваш номер. Могу я взять вашу сумку?

Чтоб…меня. Он серьезно? Это парень собрался проводить меня до номера и хотел донести мое барахло? Я сразу же почувствовал себя неопрятным в своих джинсах и футболке, и пожалел, что не знал об этом заранее, чтобы надеть что–то более подходящее такому роскошному месту. И опять же, Эйс был практически так же одет, поэтому,

возможно, неважно во что ты одет, когда имеешь достаточно денег, оттягивающих твои карманы.

– Ээ..спасибо, и, эм, я бы сам понес, – произнес я и поправил на плече небольшую сумку, которую собрал. Я следовал за ним по галечной лестничной площадке, а потом обернулся, чтобы махнуть через плечо и крикнуть. – Спасибо за поездку, Тимоти.

Ох, черт, погодите. Я же должен был дать ему чаевые? Или менеджеру? Блять, блять,

блять, у меня с собой только карточки, ни копейки налички, но, наверняка, в этом месте есть банкоматы, чтобы я снял немного…

И в этот момент, я ударил сам себя по лбу, потому что, естественное, у них были долбаные банкоматы, – это же казино, ради всего святого. К тому же, Эйс позаботится обо всем, включая чаевые, так ведь? Так.

Ладно, заканчивай нервничать и соберись, Прескот. Притворись, будто принадлежишь этому месту. Твори херню, пока можешь.