Глава 14. Переговоры

Неторопливое накрывание на стол немного успокоило нервничающую непонятно с чего домовую. Лукерья прислушивалась к звукам, доносившимся из сада, и аккуратно расставляла на яркой клетчатой скатерти все, что успела наготовить за ночь. Прикрытые особой домовой магией блюда были словно только сейчас вынуты из духовки или сняты со сковороды. Любой земной подросток, глянув на это изобилие, сразу бы вспомнил меню своих любимых кафешек и закусочных. Только в отличие от заведений общепита тут все было свежее, приготовленное из натуральных продуктов заботливыми ручками домовушки, пусть кое-что и с применением ускоряющей процессы магией. Да еще, наверное, цветовая гамма порадовала бы не ценителей кулинарного искусства, а, скорее, художников-авангардистов и импрессионистов. Запеченная под сыром картошечка своим серо-голубым цветом не сильно гармонировала с наггетсами из местной птички бледно-лилового оттенка. Хотя эту психоделическую картинку холодных тонов немного разбавлял ярко-оранжевый томатный соус в белоснежном соуснике.

Зато пирожками домовая была довольна во всех отношениях. Они получились точь-в-точь как земные, румяные и красивые. Крошечные, немного больше пельмешки, печеные скороспелки и жирненькие, золотисто-коричневые, масленые, как оладушки, жареные.

В холодильном ларе в красивых кувшинах дожидались своего часа кисель и квас. А на столе, блистая хрустальными гранями, гордо возвышался среди продуктового изобилия прямоугольный штоф с домашним «коньяком».

Лушка с гордостью оглядела прозрачную посудину с жидкостью цвета крепкого чая и довольно улыбнулась. Не зря она тогда, учуяв у старичка травника знакомый запах, соскочила с плеча сэн Рэна и всеми лапами вцепилась в мешок за прилавком. В мешке в большой баклаге оказался чистейший спирт. Цену травник заломил немаленькую, бурча, что это запас для настаивания травок и изготовления притираний, припарок и мазей. Домовушка горестно взвыла кошкой, про себя ругая старого жадного мухомора и понимая, что столько денег у нее нет. Артефактор дернулся, посомневался, нахмурился, но, видимо, авантюризм Поля был наследственной чертой — рыжий сосед, махнув рукой, выложил на прилавок монеты из своего кармана и забрал у довольного старикашки мешок с баклагой и вцепившейся в него кошкой.

— Учтите, барышня, — выговаривал он потом в экипаже, — если то, что вы собираетесь сделать, мне понравится, то можете долг не отдавать. Сделаете мне отдельно. — Он хитро сверкнул глазами. — А если ваша авантюра не удастся, то придется должок вернуть. 

С одной стороны, его требование было справедливо, но вот на наивный вопрос Эльки: «Как?» — господин сэн Рэн, повернувшись к девочке, пожал плечами и спокойно заявил:

— Думаю, ваш долг я спрошу с твоего отца. Это ведь его дом, и домовая при доме, значит, отвечать за долги своих домашних должен хозяин.

Девочка с сомнением глянула на Лушку, ища поддержки. Уверенно кивнув маленькой хозяюшке, кошка-домовушка на ее руках успокаивающе замурчала, но про себя вредно решила: «Вот распробует, а долг деньгами получит! Все продадим, а он пусть потом у трактирщика с переплатой покупает. Будет знать, как ребенка родным отцом пугать!»

Сейчас, глядя на штоф с «коньяком», Лукерья даже не сомневалась, что трактирщик придет в восторг и сделает все, чтобы заполучить рецептик, а господин сэн Рэн забудет о долге.

«Интересно, этот артефактор действительно думает, что мы можем, договорившись с Полоцкими, лишить его сына возможности подзаработать? — Домовая сменила цвет фартучка на нарядно-оборчатый розово-лиловый и чуть нахмурилась. — Поль нам так помог и даже стал Эличке настоящим приятелем, которого девочке так не хватало. Конечно, я позабочусь, чтобы у ребятишек были свои заработанные деньги на карманные расходы. Ну и пора, наверное, что-то сделать для общения подростков в этом городке. А то, кроме школы и домашних посиделок, им и развернуться негде, только по чужим садам лазить да по рынку слоняться».

— Лушенька! — Элька влетела в кухню с огромным букетом. — Там так красиво теперь! Прудик просто светится, и в нем какие-то цветные червячки плавают. И ягод мы набрали вон сколько! Дядечка Подкопайло так куст тряхнул, что ни одной ягодки мимо не просыпалось, все в корзинку попали.

Счастливая девочка обернулась на Поля с этой самой корзинкой в руках. К удивлению Лукерьи, от мелких, как горошинки, белых ягодок шел потрясающе знакомый вишневый аромат.

— Это специально для мамы Поля, и цветы тоже. — Элька сунула пареньку букет. — Беги отнеси быстренько.

 Парень, разглядывающий накрытый стол, довольным не выглядел. Домовушка хмыкнула и, выразительно приподняв бровь, посоветовала:

— Беги, беги! Нам еще план надо составить, ассортимент обговорить, а то обведут нас вокруг пальца эти кузены. И отца веди, бумаги лучше заранее подготовить. Будешь у нас первым руководителем молодежного клуба. Хотя пока только закусочной, но, думаю, пару-тройку развлечений добавить можно будет. Все же не салон для леди и не трактир, вы так просто сидеть не сможете, все егозистые да барагозливые.

— А руководителю деньги платят? — с надеждой встрепенулся пухлый рыжик.

— Так кто ж забесплатно работать будет? — удивилась странному вопросу Лушка. — Оформим все на семьи, вашу и сэн Хейль. Пусть школяры и прочая молодежь подрабатывают. Денежка-то всем нужна, не только взрослым. Зови уже отца, а то не успеем до обеда.

Окрыленный перспективами мальчишка убежал, а на окошке опять примостился зеленый еж.

— Вот и зачем ему руководить при такой кормежке? — разворчался он. — Мне вона в саду помощник бы пригодился! Я его уже, можно сказать, сманил к себе, а ты! Тьфу, одно слово — баба! Он у тебя так шариком рыжим станет, а мужику надо силу. Мне бы земельку копал, кустики стриг за пару корзин ягод — и польза саду, и фигура, и денежка, если ягоды не слопает, а продаст!

— Ах ты ж, старый пенек интриганистый! — Домовая, схватив полотенце, шлепнула наглого зверька по морде. — Значит, решил добро хозяйское раздавать за то, чтоб самому не работать? Я вот тебе устрою! Попьешь ты у меня квасу, лодырь, поешь пирогов!

Ежик, свернувшись колючим шаром, свалился с подоконника в траву и, спрятавшись в кустах, забубнил:

— А я че? Я ниче. Парню надо настоящей работой заниматься, пока рубаха на пузе не лопнула, а вы все кормите! Его так и девки любить не будут, даром что рыжий и в крапинку! А работу я свою знаю и квас свой честно отрабатываю, хозяюшка видела, не даст соврать!

Ушастый колючка обиженно утопал вглубь сада, а Элька широко распахнутыми глазами наблюдала за этой маленькой ссорой.

Как-то запали Лукерье в душу слова огородника, и она исподтишка полдня разглядывала Поля. Все время, пока расписывала старшему сэн Рэну идею закусочной для молодежи, и даже начало обеда с кузенами Полоцкими.

От раздумий ее отвлекли ехидные вопросы прилизанного Леопольда. Трактирщик после рюмочки «коньячка» для аппетита глядел на граненый штоф маслеными глазками, как на любимую женщину, а пекарь сидел с разломленным крошечным яблочным пирожком и силился понять, что добавлено в начинку. Сладкий шоколадный вкус никак не ассоциировался у него с горьким настоем для «мужской бодрости».

— А с чего вы взяли, что мы будем что-то поставлять в ваше заведение? — Тощая пародия на Кларка Гейбла облизала ложечку из-под мороженого. — Зачем нам конкуренты? Да и мои уникальные добавки к вашему так называемому мороженому не подойдут!

— Ну, во-первых, к нему отлично подойдут любые ягоды, а во-вторых, его можно подавать к выпечке! — парировала домовушка, демонстративно улыбнувшись враз насторожившемуся пекарю. — Например, к вафлям или блинчикам. К тому же как можно назвать конкурентами еще одну точку сбыта? И еще, насколько я знаю, молодежи ваши сладости фактически недоступны. Если только родители купят.

— Естественно, — вредный кондитер задрал нос, — у меня элитное заведение, а не забегаловка для кого попало.

Сидевший до этого спокойно Карл сэн Рэн медленно поставил чашку с чаем и просверлил глазами этого «таракашку в сиропчике».

— То есть вы, господин Полоцкий, считаете, что если мой сын зайдет к вам в лавку без меня или моей жены, то он сразу перейдет в разряд кого попало? И то, что он еще учится и не зарабатывает, делает его нежелательным клиентом? Думаю, эта информация будет интересна моей жене и ее подругам! 

Добряк Стешек укоризненно глянул на стушевавшегося и растерявшего свой апломб кузена и, подсуетившись, налил артефактору рюмочку.

Господин сэн Рэн с удовольствием выпил и расслабленно откинулся на спинку стула. Ради такого случая Поль и Элька принесли их для гостей, взяв в одной из комнат.

— А знаете, — усмехнулся он, — если это будет предприятием и моей семьи, то, думаю, моя супруга вполне справится с мороженым и парой несложных десертов. Тем более такой престиж! Быть единственной дамой в городе, умеющей готовить подобную экзотику с другого континента. Это ведь не очень сложно, мадам Лукерья?

Лушка, поставившая перед трактирщиком еще одну порцию наггетсов, улыбнулась.

— Так если старание да желание иметь, даже ребятня научится! Хитрости там есть небольшие, чтобы получилось как надо. А сложного и дорогого ничего нет. Обычное молоко, не из гусениц всяких. Ежели господин Леопольд не хочет сотрудничать, так ведь никто и не заставляет, сами справимся. Невелика хитрость.

Леопольд Полоцкий, конечно, подобного не ожидал, к тому же новость, что мороженое сделано не из сливок калемов, была крайне неприятной. Он-то думал, что туда просто добавлен необычный ингредиент, а оказалось, что это действительно абсолютно новый, неизвестный и, похоже, очень выгодный рецепт. Скорчив снисходительную мину, кондитер уже собирался согласиться и сделать им одолжение, но его опередили мужланы кузены.

— Думаю, наш «сахарок» обойдется своей лавчонкой, — обронил раскрасневшийся от еды и парочки рюмашек Стешек. — Я вот такое буду готовить у себя, и для молодежи, конечно, не против. — Мужчина, пригладив бакенбарды, ткнул пальцем в картошку и наггетсы. — Опять же крекеры те ваши могу, если Яцек не возьмется. Мне бы только вот той настоечки рецептик. Молодым это не полезно, это для взрослых, а напиток на яблоках, думаю, всем по вкусу придется.

— Нет, нет! — заполошно взвился Яцек. — Рецепт луковых печенек мой, тебе тоже достанется. Ну и пирожки. Мадам Лукерья, — жалобные глаза фаната-пекаря смотрели прямо в душу, — умоляю, если еще есть что-то необычное, что пекут у вас в Фелоне... — Он вздохнул. — Вы же понимаете, как сложно творить у печи.

Не ожидавшая такого Лушка кивнула, и обрадованный господин Полоцкий вдохновенно продолжил:

— Я вот дочу могу прислать на обучение. Наталка у меня магией вряд ли будет владеть, а школу-то скоро окончит. Она у меня прилежная.

Элька тут же скуксилась, а Поль, оживившись, заерзал на табурете.

— Послушайте, гос...

— Яцек, для вас просто Яцек, — перебил домовую пекарь.

— Хорошо, Яцек, — согласилась Лукерья, — не думаю, что господину сэн Хейлю понравится, что я обучаю кого-то в этом доме, кроме его дочери. Вот откроем заведение — и там все желающие смогут чему-то да поучиться.

— Значит, меня вы со счетов уже сбросили, — неожиданно прошипел змеюкой до этого молчавший и размышлявший про себя Леопольд. Его, маэстро десертов, не сочли нужным даже уговаривать и продолжили обсуждать свою мерзкую забегаловку для нищих балбесов-школяров. — Ваша затея провалится! — Вскочив, кондитер ринулся к дверям. — Я позабочусь, чтобы ни одна почтенная мадам не разрешила своим детям переступить порог вашего заведения.

— Как чувствовал, что это неудачная идея — позвать Леопольда, — расстроился Яцек Полоцкий.

— Думаю, это я возьму на себя, — ухмыльнулся артефактор. — Мадам Лукерья показала нам, что может предложить, и подала отличную идею. Дело за документами, договорами и арендой. Вы ведь не возражаете, если это возьмут на себя мужчины в нашем лице?

Элька, ничего особо не понявшая из всего услышанного за сегодняшний день, оглянулась на домовушку. Лушка же, оглядев всех присутствующих, посмотрела на Поля.

— Не возражаю. Вот заодно и мальчонку научите, что там да как. Да и персонал нам нужен молодой. Можно школяров, пока каникулы, или студентов каких, если захотят. Да помимо зарплаты пообещать еду со скидкой для своих. Думаю, желающие найдутся. А Поль, возможно, многих знает и сможет про них рассказать.

Старший сэн Рэн встал и с гордостью приобнял тоже вскочившего сына.

— Не сомневаюсь, что Поль быстро всему научится и наконец-то займется делом. Очень надеюсь, сынок, что ты понимаешь, какую берешь на себя ответственность? Мы, конечно, поможем и бумаги оформим на семьи, но у всех своя работа, так что тут вы с мисс сэн Хейль сами. Под присмотром мадам, конечно! — Его рука потянулась к початому штофу. — Долг я, конечно, не потребую, думаю, что проект блестящий и точно будет успешным!

— Минуточку! — Трактирщик подскочил как мячик и, опередив его, схватил бутыль и нежно прижал к груди. — Это я покупаю. Сейчас! Весь долг мадам оплачу и еще добавлю. И рецепт!

— Рецепт после подписания всех документов, — погрозила пальчиком домовая, — а штоф с «коньяком» берите, только потом сам верните пустой. — И с легкой долей ехидства добавила для артефактора, помня о крошечной мести: — Чье предложение выгоднее, тому и достается.

Карл сэн Рэн сумел скрыть досаду, вежливо откланялся и, прихватив сына, отправился домой, сообщив оставшимся двоим кузенам, что ждет их завтра у себя.

Велеречиво попрощавшись и рассыпавшись в комплиментах кулинарному мастерству домовой, Полоцкие тоже отправились восвояси. Пекарь бережно нес в обнимку пакет с пирожками, а трактирщик любовно поглаживал прижатый к груди штоф.

Именно в тот момент, когда Полоцкие выходили из калитки, на другом краю улицы показался экипаж господина сэн Хэйля. Мужчина, управляя транспортом, с удивлением наблюдал, как из его дома вышли городской пекарь и трактирщик, причем не с пустыми руками.

Изумленный владелец особняка даже не обратил внимания ни на оплетшие калитку лианы, прыснувшие при его приближении в разные стороны, ни на спрятавшуюся в кустах остроносую обиженную зеленую мордочку, пробубнившую:

— А вот не предупрежу! Будет знать, как полотенцем...

Франц Бернард Марк сэн Хейль вихрем влетел в дом и, услышав на кухне звонкий голос дочери, поспешил туда за разъяснениями.