22. Светлое будущее

Никто так и не смог уснуть до самого утра. Наложники обсуждали предательство Алгана и строили предположения: что с ним теперь станет?.. Кто-то думал, что оставят гнить в тюрьме, кто-то – что будут долго пытать, а потом казнят. Были и те, кто считал, будто Алгана заколдовали, ведь иначе он ни за что не пошёл бы против Владычицы. И все как один считали, что предатель заслуживает самого ужасного наказания. Вдоволь пообсуждав Алгана, начали вспоминать, как прекрасна была сегодня Владычица. Подсчитывали, сколько улыбок она подарила каждому, с кем говорила чаще.

Рич тоже не мог уснуть, но совершенно по другой причине. Поначалу он прислушивался к голосам, доносящимся со двора, но потом погрузился в мечты о будущем. Надо быть наглым, Владычица явно любит прямоту. Но при этом говорить не о том, что плохо здесь, ведь иначе она может оскорбиться. Интересно, дома его ещё ищут? Конечно же ищут! По подсчётам здесь прошло месяца три от силы, хотя Рич давно сбился. Постпродакшн подошёл к концу, скоро премьера и тур по странам. Бесконечные интервью, планы на будущее… Какие тогда у него были планы? Он уже успел забыть. Кажется, агент показывал пару интересных сценариев, но кто знает, может, их уже отдали другим. Рича это совершенно не тревожило. Да, возвращение будет сенсацией, и это даже добавит популярности. Надо придумать легенду, что-то вроде крушения яхты и месяцев, проведённых на необитаемом острове. А потом мимо проплыла Кесса и спасла несчастного от неминуемой смерти…

Тряхнув головой, Рич нахмурился. Показалось, что вся липкость шоу-бизнеса, от которой он успел избавиться здесь, снова прилипла, пряча его, настоящего. Больше он такой ошибки не повторит. Когда-то уже потерял любовь, Кессу от себя не отпустит, ведь никакая карьера не сможет её заменить!

Утром за ним пришёл прислужник самой Владычицы. Антон так и не появился, а прислужник с поклоном доложил, что его ожидают в главных покоях. Вечером Рич успел рассказать, что именно они сделали для разоблачения Алгана, теперь весь гарем желал удачи.

В покоях собрались лишь Владычица, Антон и благолепная Шапсут. За окнами переливалось бирюзой море, солнце отражалось на золоте пустых подсвечников. Под босыми ногами мягко пружинил ковёр, кожи касался прохладный бриз: ощущения Рича обострились, он весь стал сплошным обнажённым нервом. Ещё бы: сейчас решалась его судьба, а речь, заготовленная ночью, полностью выветрилась из головы.

– Мне доложили, как ты помог нам разоблачить предателя, – пробасила Владычица, с нежностью посмотрев на Антона.

Рич, склонившийся в глубоком поклоне, медленно выпрямился и, как учили, прижал ладонь к сердцу.

– Ваш раб готов на всё ради вашего благополучия, о, прекраснейшая.

Антон одобрительно поднял бровь и показал большой палец из-за спины. Шапсут, заметив это, поджала губы.

– Тоша сказал, что ты желаешь особую награду.

Тоша. Рич едва не заржал в голос, но вовремя сдержался. Только уголки губ предательски дрогнули.

– Боюсь, моя просьба слишком дерзка, о, прекраснейшая. А ещё боюсь, что даже вам не под силу её выполнить.

– Нет ничего, что я не смогла бы тебе дать, только попроси. За спасение не меня, но нашего государства, я готова дать всё, что пожелаешь.

Рич сглотнул, спина покрылась ледяным потом. Зря завтракал, ой, зря: как бы утренний омлет не оказался на драгоценном ковре прямо перед ногами прекраснейшей…

– Я бы хотел… Не сочтите за дерзость, прекраснейшая, но я бы хотел вернуться домой…

– Тебе так плохо жить здесь? Ни один из моих наложников никогда не просил свободы, – нахмурилась Владычица, быстро переглянувшись с Шапсут. Та едва заметно кивнула.

– Жизнь здесь похожа на чудесный сон, о, прекраснейшая. Только там, дома, я оставил слишком много, чтобы всем сердцем принять этот сон.

Владычица замолчала, шевеля губами. Антон, сидевший рядом, успокаивающе подмигнул, но легче не стало. Что бы он там ей ни напел ночью, сейчас Владычица принимала своё решение, не связанное ни с чьими просьбами.

– У нас есть немало кораблей, что возят рабов из других миров, но на каждом стоит свой амулет, который настроен на определённый мир. Насколько я помню, тебя привезла Кесса?

Ага, сама ты вспомнила, как же, – подумал Рич, но почтительно склонил голову и сказал:

– Ваша память достойна восхищения, о, прекраснейшая.

Антон беззвучно фыркнул. Шапсут укоризненно посмотрела на него.

– Если Кесса отвезёт тебя обратно, то не сможет вернуться. Не сразу. Я слышала, что её амулет почти разряжен, ему потребуется время. Не думаю, что она согласится остаться в твоём мире.

И тут Рич сделал то, чего сам от себя не ожидал: рухнул на колени и коснулся губами расшитых жемчугом туфель.

– Прошу простить смиренного раба, о, прекраснейшая. Он дерзнул просить Кессу о помощи.

– И она согласилась?

– Только если таково будет ваше решение.

На этот раз Владычица молчала долго. Так долго, что успела затечь спина, но Рич упрямо лежал на полу, не поднимая головы.

– Что ж, Кесса давно заслужила свой гарем, а ты – не самый худший вариант. Поднимись. Если ты поклянёшься, что станешь её наложником в вашем мире, я позволю тебе уйти.

Смятение, которое изобразил Рич, было достойно Оскара, не меньше. Он растерянно кивнул и потупил взгляд: лишь бы не увидела сверкнувшее в глазах торжество. На этом аудиенция была закончена, и Рич, не веря своему счастью, почти бегом вернулся в гарем. Через час принесли указ, который торжественно зачитали во дворе: Наложник Владычицы Рич переходит в собственность Кессы, капитана каравеллы «Алексия» и покидает гарем. Завтра на рассвете ему следует быть готовым.

Завтра. Антон, конечно, времени зря не терял, но Рич растерялся. Глядя на заблестевшие слезами глаза наложников у него самого на душу будто камень опустился. Антон вернулся, чтобы провести это время с другом, но почти весь вечер все молчали, только горестно вздыхали. А утром, когда единственный сундук был собран, по очереди обняли, желая счастья на новом месте. Никто, кроме Антона, не знал, что Рич уезжает навсегда, поэтому каждый выразил надежду на скорую встречу. Рич с трудом глотал, чувствуя, что сам вот-вот разрыдается: нахватался у местных. И всё же не выдержал: одинокая слеза скатилась, когда он крепко обнял Антона.

– Зарядится амулет – приплывайте в гости, – шепнул дрогнувшим голосом Антон. Рич скомкано кивнул и выпрямился.

Ветер хлопал в парусах, которые быстро ставила команда. Кесса взяла с собой лишь пятерых, тех, кто согласился отправиться в неизвестный мир и, возможно, остаться навсегда. Рич стоял рядом с ней и не мигая смотрел на удаляющийся берег Салетдина, на белые дома и лес мачт в порту. На крышу дворца, в котором навсегда осталась частица его сердца…

Три года спустя

– Рич, где твой телефон, ты точно вызвал такси?

Кесса стояла у подножия лестницы их огромного голливудского особняка, уперев руки в бока. Роскошные волосы были забраны в высокий хвост, узкие шорты обтягивали загоревшие ноги, а рубашка была подвязана под грудью.

Когда они вернулись, оказалось, что в мире Рича прошло всего несколько часов, и его отсутствия никто не заметил. Зато очень скоро весь мир потрясла новость о свадьбе одного из самых завидных холостяков Голливуда, Ричарда Дейна. Личность Кессы так и осталась для всех загадкой, а Рич лишь таинственно улыбался, держа её за руку.

Как он и предполагал, она легко устроилась каскадёром, более того, в последнее время всё чаще стали поступать предложения о ролях, которые Кесса пока отвергала. Режиссёрам нравилось, как она выглядит в кадре, а ещё нравились её непринуждённость и открытость. Это было что-то новое, то, что могло зацепить зрителя. Девушки, прибывшие с ними, первое время активно изучали новый мир и поражались обычаям, принятым здесь, но через год вернулись и поселились в доме – ждать, когда зарядится амулет. Хотя к одной из них безуспешно уже год подкатывал Чарли, но красавица никак не желала сдаваться. Кстати, Чарли был единственным, кому Рич рассказал правду, и тот, к его удивлению, сразу поверил.

– Рич, мы опоздаем на самолёт! – грозно крикнула Кесса. В этот момент Рич показался наверху, таща увесистый чемодан. Спустившись, он звонко чмокнул жену и промурлыкал:

– Всё готово и собрано, любимая. Не волнуйся, мы никуда не опоздаем, если этот самолёт – наш.

Остров, где всё началось, ничуть не изменился: всё те же сонные улочки и редкие туристы. Лазурное море и белоснежные пляжи. «Алексия», скрытая ото всех силами амулета, который должен был ещё и сохранить в целости от штормов, ждала, покачиваясь на волнах.

– Готов? – Кесса даже преобразилась, взойдя на борт. Ричу показалось даже, что он вернулся в прошлое, но нет. Теперь она была его женой, единственной женщиной, которую он любил и будет любить всю жизнь.

Когда к утру показались верхушки дворца, Рич улыбнулся. Они успели переодеться – здесь он был не только мужем, но и собственностью Кессы. Остановились в роскошной гостинице: надо было дождаться, когда весть о прибытии «Алексии» туда доберётся. К вечеру примчался запыхавшийся гонец: любимый муж Владычицы ждёт через час.

– Любимый муж, – улыбнулся Рич. – Добился, значит.

В роскошном внутреннем дворе, сильно отличавшемся от прежнего, ждал высокий, разодетый в пурпур и золото мужчина. Его отросшие до лопаток волосы были заплетены в косу, а голову обхватывал толстый золотой обруч.

– Антон? – вдруг оробев, позвал Рич. Тот развернулся, сверкнул знакомым лукавством и распахнул объятия.

– Ты вообще не изменился! – задыхаясь, проговорил Антон, отстраняя его, но не выпуская из рук.

– Зато ты вон какой важный стал! Бородку отрастил!

– Алианне нравится. – Антон явно привычным жестом погладил короткую русую бороду. – Ну что, как там в мире?

– У нас всё по-прежнему, лучше расскажи, что тут у вас?

– Да что сказать, – небрежно начал Антон, но тут же хлопнул Рича по плечу, заставляя согнуться. – Мы тут отлично живём, веришь ли? Пойдём, я велел принести нам вина, будем гулять всю ночь и говорить.

Антон действительно внёс множество изменений в устройство гаремной жизни. Как главный муж теперь он руководил им, решал все разногласия и вопросы, сняв эту ношу с хрупких плеч благолепной Шапсут.

– Старуха была благодарна, хоть и подала мне это, как величайшую милость, – подмигнул Антон.

Новых наложников в гарем больше не брали. Нескольких старых, так и не удостоившихся внимания Владычицы, подарили придворным, те, судя по слухам, были довольны. Остальные же теперь наслаждались жизнью, ведь Антон уговорил свою госпожу уделять им внимание. Хотя бы один раз в неделю.

– Четверг у меня выходной, – смеясь, говорил Антон, подливая вина. – Не то, чтобы я сильно устаю, но иногда полезно спать в разных покоях. Алиенна порой бывает очень вредной. Ну, женщины, ты и сам понимаешь. Так вот, раз в неделю, а иногда и два раза, она выбирает одного из наложников. Там остались-то Игар, Айвин, Петри, эльф и пара парней. Все довольны и счастливы. Иногда мы с парнями выбираемся в город, несколько раз в год берём корабль, да, у меня теперь свой, и устраиваем небольшой круиз. Это когда у Алиенны военные сборы: она же всегда на них присутствует.

– Действительно, отлично устроились.

– А то! Алгана, кстати, отправили к той царице. По частям. Она в ответ прислала огромное письмо с заверениями в вечной дружбе. В ближайшее время мы собираемся к ней, чтобы заключить мирный договор. А ещё, знаешь, я тут задумался о постройке большого бассейна в гареме: парням надо бы плавать научиться, скоро новый круиз, а они…

Развалившись на подушках, Рич слушал, непрерывно улыбаясь. Казалось, что он вернулся не домой, нет, но в место, куда будет возвращаться с радостью всю оставшуюся жизнь.