Глава 37. Асылжан

Я всегда знал, что жизнь – сука. Но я всё равно сильнее, чем любое дерьмо, которое она мне подкидывает.

Нет времени думать, надо принять решение прямо сейчас, иначе мы все погибнем.

Они погибнут.

Я к гранате ближе, чем Артём. Он потеряет лишние секунды, если побежит.

Давай.

Вскакиваю на ноги, за два шага оказываюсь рядом с Ляхом. Он всё-таки жмурик, светлая рубашка на пояснице в крови, значит, зацепили.

Достаю нож, его руки разъезжаются и я тяну тело на пол. Стас падает на гранату, разворачиваюсь и толкаю кресло, оно валится на бок. Девочки закрыты. Прыгаю на них и в этот момент граната взрывается.

Спину обжигает ударная волна. Всё, что до этого не задела автоматная очередь, сейчас разлетается от взрыва. В ушах гул, но я всё равно слышу как визжит Милана. С потолка падает люстра и приземляется прямо рядом со мной.

Приподнимаю голову, всё заляпано. Кровь и всё остальное, что мне не впервой видеть – ошметками свисает со стен.

– По сторонам не смотреть и не вставать, – упираюсь лбом в висок Полины и она кивает.

Выжидаю ещё пару минут и встаю.

– Целые? – Артём вылезает из-под стола и оглядывается по сторонам. – Пиздец.

– Целые. Ты?

– Я тоже.

Стрелки ушли – это и так понятно. Бросили гранату и свалили, чтобы не задело. Но зачем? Офис теперь похож на руины.

Чем дальше, тем всё больше ситуация запутывается.

Лёгкие горят, пыль оседает в желудке.

– Аня не берет трубку, – Артём встаёт и капли пота стекают по лбу.

– Охранник Вали оказался крысой, – подхожу к другу. – Геру вырубили, а потом забрали моих.

– Пиздец!

– Позвони Мутному, – поднимаю нож с пола, вытираю об джинсы и убираю в кобуру.

– Уже, – Лёня давит пальцами на экран. – Сергей, где моя жена? – слушает и закрывает глаза. – Дети тоже целые? А Демьян? – выдыхает. – Ладно, мы сейчас приедем. Вызови Глеба, работы много для него.

– Ну? – поправляю повязку на глазу. Всё чешется.

– Успел перехватить. В доме резня была, Мутный отвёз всех к родителям Геры. Мы тоже поедем, давайте.

Киваю.

– Полина, – присаживаюсь на корточки рядом с девочками. – Я возьму Милану. Смотри под ноги, поняла? Не поднимай глаза.

Она ничего не отвечает. Целует Милану в лоб и вылезает из-под пальто. Укутываю малявку и поднимаюсь. Девчонка обнимает меня за шею и так крепко прижимается, что я снова захлёбываюсь виной.

– Скажу, когда можно глаза открывать, – говорю Милане.

Мы выходим в холл, здесь тоже всё разнесла ударная волна. Не так сильно, как в кабинете, но всё равно. Малявка дрожит, чувствую через плотную ткань пальто.

– Пропусти, – Артём обходит меня и сжимает в руках пистолет. Мы спускаемся по лестнице и никого не встречаем. – Чисто.

Полина молча идёт рядом. Спокойная, но руки дрожат. Ясен хер она в шоке.

– Садитесь, – Артём открывает заднюю дверь, я сажаю малявку, которая всё ещё с закрытыми глазами. – Полина?

Она грязная и заплаканная. Вещи порваны и в пыли. Волосы в беспорядке. Не та кукла, что встречала меня на работе при полном параде.

Но всё равно моя. Красивая. И сильная.

Полина кладет руку на грудь и отбегает за машину. Её рвет от стресса. Закрываю дверь и иду за ней.

Девочка моя держится за запаску и едва стоит на ногах.

– Поля, – перешагиваю лужу и поднимаю её лицо. – Уже всё хорошо, – вытираю ладонью её губы. – Сейчас вас посмотрит врач. Мы едем к родителям Демьяна, там безопасно.

Она слушает, но не слышит. Глаза бегают от полнейшей дезориентации.

– Асылжан, я… Это кошмар. Твой мир – это просто…

– Знаю, – хватаю ее на руки. – Всё знаю, девочка моя. Мне жаль, мне пиздец как жаль.

Полина кладет голову мне на плечо и я давлю внутренний вой. Это не должно было случиться, не должно!

Артём стоит на улице и через открытое окно что-то говорит Милане. Она не плачет, но перепугана. Друг открывает дверь и помогает усадить Полину. При виде дочери, она берет себя в руки, но глаза…

– Я тоже назад, – двигаю Полину и сажусь за водительское сиденье. Артём кивает и с такой жалостью смотрит на Милану, что мне хочется удавиться. – Ложись, – укладываю Полину на грудь, она обнимает малявку и прижимается ко мне.

Со стороны выглядит, будто мы семья. Идеальная, я бы сказал. Но на деле всё не так. Если бы не обстоятельства, которые на идеальной картинке ставят жирный крест.

У родителей Геры огромный дом. Дёма обеспечил их всем, чтобы жили и бед не знали. Территория большая. Вижу Анькина собака копает под забором, а Слава, отец Геры, наблюдает за этим. На секунду мозг цепляется за стабильность, которую дают эти люди, но тревога всё равно накрывает.

– Глеб уже приехал, – Слава помогает Артёму вылезти из машины и сразу обнимает его. – Тёма, ну еб вашу мать, ну когда этот беспредел закончится?

– Если бы я знал, бать, – Артём опускает голову. – Мои где?

– В твоей комнате. Всё нормально. О, – Слава улыбается Милане, когда видит её. – Девочек в нашем детском саду ещё не было.

– Нас чуть не подорвали, всех. Так что, – Артём наклоняется к Трою и чешет за ухом. – Надо время, чтобы прийти в себя.

Слава поднимает брови и смотрит на нас с Артёмом с разочарованием.

– Понял, – кивает. – Давайте в дом, кушать, мыться и всё остальное.

Полина вылезает сама и обнимает собаку. Я вижу, что она плачет и хочу забрать весь страх, что она пережила. Мне плевать, мне ничего не страшно. Я пережил слишком много, чтобы «отходить» от таких ситуаций, их было вагон и маленькая тележка. Но Полина – это другое. Им с малявкой не нужны такие приключения.

Держу Милану на руках и чувствую, как она теребит пальцами воротник моей футболки.

– Ты не уйдешь? – спрашивает на ухо.

– Нет, – захожу в дом.

Аня бросается к Артёму и от её плача у меня разрывается сердце.

Я не могу это выносить.

– Привет, – Варя, мама Демьяна подходит к нам и заглядывает в лицо малявки. Милана жмется ко мне и я ловлю странное ощущение, как будто радость, что девчонка меня не боится. Даже после всего, что случилось сегодня, она спокойно сидит у меня на руках.

– В какую комнату нам? – снимаю с Миланы своё пальто, но смотрю на растерянную Полину.

– Рядом с комнатой Артёма, – Варя показывает рукой на коридор.

– Поля, пойдем, – беру ее за руку.

Нам выделили большую комнату с двуспальной кроватью. Девочки будут спать здесь, а я найду другой угол.

– Дочь, надо помыться, – Полина проводит руками по волосам, пытается собраться. – Иду в ванную, я сейчас приду.

– Я сама, – Милана слезает с моих рук.

– Уверена?

– Я не маленькая.

Полина вздыхает и не спорит. Идёт в ванную, включает свет и ставит на раковину шампунь.

– Волосы промой несколько раз, – опускает душ.

– Хорошо.

Милана уходит мыться и мы останемся с Полиной вдвоем.

– Иди ко мне, – сажусь на кровать и раскрываю объятия.