Глава 6

Макс

Она смотрела на меня так, словно не понимала, что делает в моей машине и вообще кто я. Или, может, просто задумалась и не услышала?

И вдруг я почувствовал то, чего не уловил раньше. Или не обратил внимания. От нее пахло не только дождем и пряной свежестью цветов.

Слабый, но отчетливый запах алкоголя. Не просто хорошо знакомо, но еще и очень триггерно. А я с некоторых пор не выносил пьющих баб. Видимо, крепко в башку спермой ударило, если не заметил.

Ну ясное дело — дурь выветрилась, запах остался. Хотя, походу, и дурь тоже никуда не делась. Иначе с чего ее вдруг выперло на шоссе ночью, в такую погоду? Про секс с незнакомым мужиком вообще молчу. Ну да, я-то был трезвым, но… неважно.

Я снова спросил, как ее зовут, и добавил с неожиданным для себя раздражением:

— Или что, перепихнуться — не повод для знакомства?

Судя по ее взгляду, я ляпнул какую-то глупую пошлость. Или пошлую глупость.

— Маргарита, — сказала сухо и повернулась назад. Наверно, выяснить, где ее платье.

Ну там же, где и моя рубашка. Она-то хоть в пледе, а мне в мокрых штанах ну просто полный кайф. Вспомни детство, Мак.

— Максим, — представился, хотя вряд ли ей это было интересно.

Да, точно. Реакции не последовало. Помер Максим — ну и хер с ним.

Я чувствовал себя кромешным идиотом и адски злился.

Какого хрена, что это было-то?

Ну как сказать? Вообще-то, это был секс из параллельного измерения. Нечто запредельное. Как во сне. В реальности со мной ничего похожего никогда не происходило. Моя дикая ярость по отношению к Нике, ночь, гроза — все сложилось, и получился Big Bang. Не люксовые швейцарские часы, а тот самый Большой Взрыв, от которого родилась вселенная.

Да, но…

В общем, какого хрена, а?

— Куда тебе? — спросил, глядя на дорогу.

— В город. Если можно, — ответила Маргарита.

— Куда в городе?

— На Карповку.

Учитывая, что я жил на Гражданке, это было абсолютно не в тему. Но какая, собственно, разница? Все равно меня никто нигде не ждал.

Ехали молча. Шоссе, сделав стопицот петель, влилось в «Сортавалу».

— Адрес скажи, — попросил, притормозив на обочине.

— Зачем?

Она что, совсем ку-ку? Или, может, еще и обдолбанная?

— В навигатор.

— Двадцать восемь.

— Что двадцать восемь? — не понял я.

— Карповка. Набережная. Дом двадцать восемь.

Кажется, мы оба слегка того. Или не слегка?

Забил адрес, вырулил обратно на трассу. Несмотря на позднее время, поток шел. Ехали молча. Маргарита смотрела прямо перед собой, в одну точку. Между сдвинутыми бровями четко пробилась вертикальная морщина. И если за периметром гроза закончилась и даже дождь едва капал, то в салоне напряжение становилось все более плотным, искрящим.

— Откуда ты вообще взялась? — не выдержал я.

— В смысле? — холодно уточнила она.

— На дороге. Ночью, в грозу. Одна.

— А что, это запрещено?

И таким тоном! Вот же стерва! Наверняка поссорилась со своим мужиком и гордо, врагам назло, ушла в закат. То есть в грозу.

Что ж вы все змеи-то такие?

— Знаешь, мне бы в голову не пришло трахаться с незнакомой бабой, да еще подобранной на трассе. Если бы…

— А мне — с мужиком, у которого в машине детское кресло, — зло перебила она. — Какого черта?

Я даже забыл, что хотел сказать. Так вот на что она там смотрела — сзади.

— Я тоже себе этот вопрос задаю. Какого черта? — Правда, для себя я формулировал иначе. Сильно матерно. — Потому что…

На этот раз перебил навигатор, предупредив: пора сворачивать на КАД.

Продолжать я не стал. К чему? Ну случилось и случилось. Во всех смыслах случилось. Оба хотели, никто никого не насиловал. Выплеснули эмоции. Мощно выплеснули. Сейчас довезу ее, высажу — и больше уже не увидимся. Будет о чем вспомнить… потом. Когда пыль уляжется.

— Извини. — Я коснулся ее руки. — Это было… грубо.

Более чем грубо. Как будто сказал, что подобрал на трассе шлюху. За такое надо бить по мордасам. Возможно, даже ногами.

— Я в гостях была. — Маргарита снова отвернулась к окну. — Пришлось уйти. Была причина. Хотела вызвать такси — машин не оказалось рядом. Решила до шоссе дойти. Думала, успею до грозы. Сумку уронила с моста в реку.

Я заметил, что у нее в руках ничего не было. И платье, вроде, без карманов. Да уж, просто любимица фортуны. Как и я.

— И как? Без ключей? Кто-то есть дома?

— К маме сейчас. У нее возьму.

Больше до самой Карповки мы не проронили ни слова. Только когда остановился, проигнорировав запрещающий знак, у сливочно-желтого сталинского дома, Маргарита сказала с сомнением:

— Мне бы… одеться как-нибудь.

Я опустил спинку сиденья, и она перебралась назад. Повозилась там, натягивая мокрое платье, открыла дверь.

— Подожди!

Я не представлял, что сказать. Номер телефона попросить? Но зачем?

— Максим… Спасибо, что подвез. — Маргарита дотронулась до моего плеча и выбралась из машины. Наклонилась и добавила: — И вообще… спасибо.

Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась под аркой. Потом глянул на часы и обнаружил, что еще нет и двенадцати. А казалось, что скоро утро: тяжелые темные тучи висели над самыми крышами. Взял телефон и набрал номер Витьки.

— Макс? — удивленно спросил он. — Что-то случилось?

— Ты дома? Один?

— Прикинь, да. А что?

Это и правда было нетипично. Обычно в субботу вечером Вик где-то отрывался. В компании или с дамой.

— Нет желания бахнуть?

— Ну… — задумался Витька. — Если найдешь что, то давай. Приезжай.

Интернет подсказал ближайшую круглосуточную алкотеку. Кассир притворился, что не замечает моих мокрых штанов и голого торса. Наверно, и не такое видел. Долго искал ключ от стеклянной витрины, чтобы достать запыленную коробку с двенадцатилетним «Macallan». Для такой «наливайки» покупка за пятнадцать кило наверняка стала событием года. Он даже перестал жевать жвачку и подрезал акцизную марку ножом с выражением глубокого благоговения.

— Приходите еще, — пригласил на прощание.

— Непременно, — буркнул я. — Спокойной ночи.