Глава 39

Эска успела уйти достаточно далеко, когда землю затрясло и через толщу почвы донесся смутный грохот. На голову посыпались пыль и щебень. Пискнув от страха, что потолок упадет прямо на нее, она ускорила шаг и вообще побежала бы, если бы не опасалась споткнуться, упасть и потерять свечу или, того хуже, ребенка.

Сердце сжалось. Девушка не хотела верить, что мужа больше не увидит, но теперь надежды на это стало еще меньше. Что бы там, наверху, ни обвалилось, разрушение наверняка было серьезным.

Душа звала ее назад или хотя бы задержаться — вдруг муж выжил и догонит? Эска упрямо заставляла себя шагать вперед. Арген поставил на кон собственную жизнь, чтобы жена осталась жива, и приказал бежать прочь со всех ног. Она не собиралась его подводить. Тем более что вернуться означало рискнуть не только собой, но и ребенком.

Этого Эска не допустила бы никогда.

Год назад у нее рука не поворачивалась убить противника, даже несмотря на то что от этого зависела ее жизнь. Но той девушки больше не было. Ее место заняла молодая женщина, которая за семью не колеблясь превратила бы врагов в пыль.

Эска не знала, когда именно изменилась. Может, на нее так повлияло путешествие с Аргеном, раскрывшее глаза на многие вещи. Но скорее всего, она просто наконец встретила тех, чьи жизни стоили для нее гораздо дороже, чем чужие.

Там, в Ольмарке, Эска спалила бы вломившихся в дом переодетых карателей дотла… если бы могла. Ее опоили, теперь она в этом не сомневалась. Похоже, братья подкупили соседку, которая зазвала ее к себе и старательно подливала гостье травяной чай. Девушка помнила, что еще там почувствовала странное недомогание. А дальше были сплошные провалы в памяти с короткими и страшными просветлениями — смерть приютившей их в Ольмарке пожилой женщины, плен, подземелье.

Она не собиралась так легко отдавать себя врагам вновь. Эска шла вперед, и кончики ее пальцев покалывало от энергии, готовой сорваться и испепелить препятствие.

К счастью, коридор пустовал. Где-то его затянуло паутиной, где-то — корнями, где-то потолок прогнулся, а где-то приходилось брести по щиколотку в холодной воде. Эска скоро начала замерзать и пожалела, что торопилась и не прихватила ничего с мертвых карателей. Сейчас бы ей это пригодилось больше, чем им.

Миновало полчаса, а может быть, даже час, прежде чем лица коснулось дуновение ветра, хотя она старалась идти так быстро, насколько хватало сил. Бережно охраняемая свеча, единственный источник света в сыром подземелье, уже почти догорела. Сама девушка, истощенная за дни плена, устала и валилась с ног, но свежий воздух словно открыл ей второе дыхание.

Выход уже близко. Сзади до сих пор не раздалось ни звука, если не считать того жуткого грохота и тряски. Это вселяло надежду и значило, братья либо вообще не ищут беглянку, либо не знают, что она ушла через это подземелье.

Перед глазами появился Арген — такой, каким он провожал ее сюда. Пыльный, грязный, весь в крови, пахнущий железом и смертью, но в желтых глазах горело скрытое от других неугасимое пламя.

— Я выживу, — шептала Эска, торопливо преодолевая последние шаги до выхода. — Ради тебя. Ради ребенка.

Ей повезло. Арген сказал, что проход забросили на сто лет. За это время с ним могло случиться что угодно — обвал, потоп, внутри могли устроить логово опасные звери. Однако тьма в какой-то момент просто закончилась, сменившись узкой пещерой и густыми зарослями кустарника. С неба через обрывки туч устало светил лунный серп.

Это оказался едва ли не самый сложный отрезок пути. Острые ветки рвали одежду, царапали кожу. Стиснув зубы, чтобы не застонать и не выдать своего присутствия кому бы то ни было, девушка продиралась через чащу почти вслепую. Лунного света едва хватало, а о том, чтобы нести в руках свечу, больше не могло быть и речи.

Когда наконец жуткая полоса колючего кустарника прекратилась, Эска выдохнула с огромным облегчением. Теперь следовало понять, где она и в какую сторону идти, чтобы не напороться ни на братьев, ни на селян. Уроки Аргена девушка помнила хорошо — вокруг Штэрхена ей никто не поможет. Окрестные земли принадлежат ордену, и в деревнях его боятся сильнее, чем Бога и Дьявола.

Придется полагаться на саму себя.

Немного передохнув, Эска поднялась с холодной земли и направилась туда, где, как ей показалось, плескала вода. По реке всегда легче определить местонахождение, особенно если та крупная. Возможно, она течет к Ольмарку, и именно так девушка доберется до Саттвека…

Впереди раздались мужские голоса. Эска замерла, пытаясь разобрать слова, но люди говорили тихо. Ей удалось понять лишь то, что их двое и они куда-то спешат.

Голоса быстро приближались. Еще немного — и чужаки буквально наступят прямо на нее. Девушка в панике огляделась, но никакого укрытия лучше, чем куст поблизости, не нашла. Она ступила к нему…

Проклятая ветка, разумеется, не могла не треснуть под ногой.

Послышался характерный шелест вынимаемого из ножен оружия.

— Кто там прячется во тьме? — гаркнул низкий мужской голос. — А ну выходи, коли не демон, иначе сами найдем и на куски порубим.

— Приблизитесь ко мне — и сгорите в пламени, — отозвалась Эска, стараясь говорить ровно, как это всегда делал Арген. — Если не хотите отправиться в ад раньше срока, идите мимо своей дорогой.

Мужчины замолчали. С места они не двигались — по крайней мере, этого не было слышно, и девушка занервничала.

Толку с того, что ей удалось сбежать из крепости, если ее сейчас поймают?

Она уже сконцентрировала в руках энергию, действительно способную вмиг испепелить любого, кто перед ней появится, но вдруг тот же мужчина недоверчиво спросил:

— Девонька, тебя не Эской случайно звать?

В груди похолодело. Неужели это посланные за ней каратели?

— Как бы меня ни звали, идите дальше, — приказала она.

— Эска, — позвал второй мужчина, и что-то в его голосе показалось знакомым. — Меня зовут Хейнир. Ты должна меня помнить, мы встречались у Саттвека — я работаю в его охране. Мы приехали сюда с Аргеном, чтобы помочь ему освободить тебя.

Он отошел в сторону, вставая на чистый от лесной поросли участок. Луна осветила лицо — светлые волосы и борода, черты коренного райнландца. Рядом с ним встал и второй — это тоже оказался человек Саттвека. Невзирая на то что обоих покрывала кровь, а спутник Хейнира еще и прихрамывал, Эска узнала обоих. Они правда служили ольмаркскому купцу.

— Нас было больше, — продолжал говорить Хейнир, и его тон стал печальным. — Выжили только мы двое. Судя по тому, что Аргена я не слышу, он тоже остался там, под обвалом?

— Обвалом? — не удержавшись, переспросила она.

Мужчины удивленно переглянулись.

— Ты не видела этого? А как ты тогда сюда попала? Здания внутри крепости просто взяли и обрушились, погребя под собой и орденцев, и вообще всё. Мы думали, это вы от отчаяния какой-то ужасный артефакт использовали.

На память Эске пришел крупный алмаз в руке Аргена, когда тот ломал магией стену. Рухнувший замок и дар разрушителя у мужа…

— Боже, — вырвалось у нее.

Из груди рвался всхлип. Глаза опять намокли, по щекам потекли слезы. Эска шмыгнула носом и попыталась их вытереть, но это не помогло.

Арген уничтожил всю орденскую цитадель, только чтобы она могла сбежать.

Плач ее выдал. Однако мужчины не напали, а спрятали оружие и медленно подошли к ней. Хейнир сочувственно похлопал девушку по плечу.

— Мы бы не выбрались из Штэрхена, если бы не этот ваш трюк. Раз Арген погиб, то, получается, мы обязаны жизнью тебе. Идем. У нас тут недалеко спрятана лодка. До самого Ольмарка, конечно, не доплывем, но путь все равно подсократим, да и тебе с пузом таким полегче будет, чем пешком тащиться.

— Спасибо, — ответила Эска и, придерживая живот, последовала за ними.

Но даже когда они сели в лодку и отплыли, она продолжала оглядываться, лелея хрупкую надежду, что Арген еще может выбежать из пещеры и крикнуть, чтобы его подождали…