Глава 15. Анастасия

– Анастасия Викторовна, желаете кофе? – голос секретарши вывел из задумчивости, вытянул, словно якорь, из непрошеных воспоминаний.

Каждый год одно и то же. В этот день шрам над грудью рядом с плечом начинает тянуть, болезненно растягиваться, словно открытая рана. Вместе с этими ощущениями возвращаются и воспоминания.

Я снова вижу кровь на своих руках. Темные пятна расплываются по ладоням, стекают вместе с дождем. Ноги слабеют, и я делаю шаг назад. Падаю. Вижу обрыв – резкий, четкий, будто нарисованный карандашом. Смотрю в темное небо, затянутое густыми тяжелыми тучами, а одежда напитывается от холодных капель. Накрывают боль и темнота.

– Нет, Маша. Спасибо. Я сейчас уезжаю на обед. Если кто придет, записывай на прием. Если что-то важное, звони на личный. – Отложив документы о последних поставках, поднялась и взяла сумку.

Мы с Лешей договорились, что он заедет за мной в час, а время уже начало второго. Нехорошо, конечно, опаздывать, но любимой девушке можно позволить немного больше.

– Хорошо, Анастасия Викторовна.

Задумавшись, спустилась на лифте в гараж. Из разъехавшихся створок видела свою девочку, свою красавицу. На выписку из больницы мне ее подарила мама. Какой-то новомодный бренд, навороченная со всех сторон, но больше всего мне нравился цвет. Черный, как густая смола.

Помню, как впервые села за руль. Училась три месяца на права, но будто уже знала все наперед. Легко сдала экзамен и вождение, а потом почти всю ночь каталась по столице, развивая невероятную скорость. Оказалось, я люблю адреналин, и он отвечает мне тем же.

Створки лифта закрылись и открылись уже на первом этаже. Шла через холл и улыбалась подчиненным. Кивала тем, кого не видела утром. Всегда раньше всех приходила на работу, потому что до сих пор не чувствовала себя здесь уверенно. Прошла лишь неделя с тех пор, как мама полностью отошла от дел и передала мне управление корпорацией. Я была не готова. Да и, наверное, никогда бы не была готова, но назад пути нет.

Легкая неуверенность время от времени ложилась на плечи, принося дискомфорт. Прошло уже пять лет с тех пор, как я потеряла память, и я вновь боялась почувствовать себя растерянной, ничего не знающей и беспомощной.

Два года жизни ушли на восстановление. Порой хотелось все бросить, лечь и преспокойно умереть, но я не давала себе отдыха. Массажи, легкая гимнастика, плавание, лечение аппаратами, токи. Те два года стали адом, но каждый день, каждый час я становилась все ближе к нормальному образу жизни. Была до безумия благодарна маме, которая прошла со мной и огонь, и воду, и медные трубы. Я заново училась говорить, ходить, есть. Да, собственно, я всему училась заново.

Но если тело удалось привести в порядок, а здоровье укрепить, то с памятью дела обстояли куда хуже. Нет, я помнила кое-какие обрывки, ничего не значащие картинки. Например, о детском лагере, в котором проводила лето, но целая жизнь оставалась для меня загадкой. И самое печальное – я не помнила маму.

Ей пришлось многое мне рассказывать, хотя она и не любила это делать. Говорила, что мы не слишком-то и ладили последние годы. От нее же я узнала, что училась за рубежом, но в колледж так и не поступила, уйдя с головой в работу. Не знаю, почему мы повздорили, да и неважно это. Важно то, что за эти пять лет она стала для меня по-настоящему дорогим и близким человеком.

Иногда меня мучили головные боли. Черепно-мозговая травма никогда не проходит бесследно, но за прошедшее время я научилась с этим жить. Следующие два года были потрачены на учебу.

Экстернатом закончила юридический факультет. Там же познакомилась с Лешей. Не помнила никого из своих прошлых друзей, а потому проводила с ним все свое свободное время. Его и мама моя одобряла. Как же, наследник крупного бизнеса. То ли замороженным горошком торговали, то ли холодильниками. Черт его знает. Никогда не вдавалась в подробности. Просто знала, что мы из одного слоя.

– Привет, малышка. Задерживаешься. – Леша, как и всегда, едва коснулся губ. Так легко, так играючи.

– Большие начальники не задерживаются. Просто все остальные приходят раньше. Тебе надо бы это знать. – Обнимала за шею, наслаждаясь тем, что мы снова вместе. Рядом с ним чувствовала себя комфортно. Спокойно. Уютно.

– Вот когда стану большим начальником, тогда и поговорим. – Нравилась его учтивость. Галантно открыл для меня дверцу автомобиля, как и полагается мужчине. – Готова пообедать? Как тебе французская кухня?

– Знаешь, совсем недавно открыла для себя роллы. Правда, не все из них съедобные, но, может быть, попробуем?

* * *

Легкая улыбка блуждала по губам. Просматривала договоры о сотрудничестве с крупными компаниями, но не видела ни буквы. Думала о том, что ждет меня этим вечером. Немного волновалась.

Не привыкла к большим сборищам или просто отвыкла, а здесь все-таки первое знакомство с Лешиными друзьями. Раньше никогда не показывал меня никому, да и я, собственно, не слишком-то и хотела. Всегда отказывалась идти на праздники и вечеринки, отговариваясь делами или плохим самочувствием. Что примечательно, он каждый раз оставался подле меня. Это было так мило и правильно.

Что изменилось в этот раз? Да черт его знает. Возможно, неделя была чересчур напряженной, и мне требовался настоящий отдых, чтобы отрешиться от дум, бесконечных цифр, заводов, пароходов и от всего того, чем заполнены головы больших начальников. А возможно, я просто наконец готова к тому, чтобы выйти в люди и показать себя.

Звонок ворвался в тишину кабинета равномерной вибрацией. Личный мобильник елозил по столу, намереваясь соскользнуть и шандарахнуться вниз.

– Привет, мам, – ответила, улыбаясь.

– Как твой день? Все хорошо? – спросила она как-то слишком обеспокоенно.

– Да, все отлично. Уже заканчиваю. Скоро заеду домой, но ненадолго. Леша пригласил познакомиться с друзьями. – Отчего-то покраснела, будто открыла маме страшную тайну.

– О, так это же замечательно. И когда мне ждать свадебку? Годы, знаешь ли, идут, а внуков с каждым днем хочется все больше.

– Не начинай. Сама знаешь, сейчас не до этого. Кроме того, ты у меня далеко не старуха, да и для бабушки выглядишь молодо. И это, между прочим, комплимент. – Откинувшись на спинку кресла, повернулась к окну. Рассматривала панораму города, который никогда не спит.

Вечер потихоньку окутывал улицы, но сегодня было довольно-таки тепло. В этом году конец марта выдался на удивление жарким.

– Знаю я твои комплименты, – рассмеялась мама. – Ладно, меня дома не будет. Валерий пригласил в ресторан, так что не теряй.

– А когда мы погуляем на твоей свадебке? – не удержалась от подколки.

– Как только «ДрагСтрой» полностью перейдет к тебе. Остались какие-то незначительные детали, поэтому еще пара недель, и ты станешь самой завидной невестой. Придется твоему Лешке охрану для тебя выставлять, а то ведь украдут.

– Не украдут. Кому я сдалась такая вредная?

– Мне сдалась.

И я, и мама, и Леша знали, что мы поженимся. В этом и сомнений не возникало. Лучше, чем он, на свете просто не существует мужчины. Пока не думали над датой свадьбы. Да что там! Даже над годом свадьбы не думали. Просто знали, этот день когда-нибудь придет.

Время за работой пролетело незаметно. Сегодня я даже умудрилась ни разу не позвонить маме с каким-нибудь важным вопросом, что, несомненно, считала своей собственной победой. Правда, на одну интересность, которую не понимала, я все-таки наткнулась. Среди организаций, с которыми мы сотрудничали, я откопала одну, условия работы с которой не пересматривались уже много лет. Да они нас натурально обдирали! Цены, по которым к ним отходили драгоценные камни, были не то что из прошлого века, я бы сказала из прошлого тысячелетия.

– Маша, вызови ко мне Александра Аристарховича, пожалуйста, – проговорила по селектору.

Начальник одного из отделов явился уже через несколько минут. Мужчина в годах внешне представлял собой эдакого доброго дядечку с претензией на божий одуванчик, но на самом деле его можно было сравнить с проворной матерой акулой, у которой зубы отросли не в три, а во все тридцать три ряда.

– Добрый вечер, Александр Аристархович. У меня возникло некоторое недопонимание ситуации. Хотелось бы, чтобы вы помогли мне разобраться, – начала я беседу, указывая мужчине на стул, расположенный по другую сторону моего стола.

И да, я специально отодвинула два удобных кресла к стене и выставила стулья для посетителей. Во-первых, с комфортом положено принимать далеко не всех гостей, а во-вторых, чем неудобнее посетителям, тем меньше они здесь будут сидеть. За последнюю неделю паломничество в мой кабинет достигло неописуемых по своим габаритам размеров. Каждый первый считал своим долгом познакомиться со мной лично и уточнить, не собираюсь ли я увольнять конкретно его.

С одной стороны, в этом была виновата мама, которая посчитала нужным распустись обо мне определенные слухи еще до того, как я единолично заняла это проклятое кресло. В глазах подчиненных я стала зверем, который не имеет сердца и горит желанием внедрить в работу корпорации крупные новшества.

С другой стороны, наши сотрудники отличались высшим уровнем фантазии и говорливости, и уже через короткое время каждая собака во всех шахтах знала, что я на завтрак предпочитаю поедать младенцев, а обедаю исключительно девственницами. Так что ничего удивительного в паломничестве не было, но надоело жутко.

– Все, что смогу, – проговорил мужчина, кое-как усаживаясь.

– Взгляните в эту папку. Некая компания «Золотой Альянс» сотрудничает с нами уже почти двадцать лет. Что вы о них знаете? – я незаметно включила диктофон на смартфоне, чтобы потом иметь возможность еще раз послушать рассказ Александра Аристарховича и подумать в одиночестве.

– Да ничего примечательного. Они, можно сказать, оптовые покупатели. Мы им продаем почти половину добытых камней.

– Вы цены видели? – спрашивала, толсто намекая на великий трындец.

– Видел. Цены были установлены еще при вашей матушке. Она только-только приступила к управлению корпорацией, когда был заключен этот договор.

– И договор вы читали?

– Естественно. Могу пересказать, даже если среди ночи поднимете, – оптимистично заверил мужчина.

– Тогда вы знаете, что мы можем в одностороннем порядке разорвать этот договор. О неустойке в нем ничего не сказано. – И да, договор я проштудировала несколько раз, пытаясь отыскать такой важный пункт.

– Можем. – Ответы стали осторожнее. – Но тогда нам нужно будет срочно искать новых покупателей на немаленький объем. Вы уверены, что не хотите для начала переговорить с руководством «Золотого Альянса»?

– Уверена. Подготовьте документы. Уже завтра мы должны разорвать с ними все договоренности, – ответила жестко и неоспоримо.

– Но, Анастасия Владимировна…

– Время – деньги, Александр Аристархович. Время – деньги.

Возможно, я бы и не обратила внимания на этот договор. Возможно, пролистала бы, как и несколько перед ним, потому что рабочий день уже подходил к концу. Возможно… Да только владельцем злосчастного «Золотого Альянса» значился некий Снежный Александр Эдуардович. Человек, который носил такую же фамилию, как и мой несостоявшийся убийца.

Скажете, совпадение? Не верю я в такие совпадения. И пусть того парня признали невиновным, а человека, который пришел в полицию с чистосердечным признанием, отправили за решетку, я по-прежнему чувствовала обман. То, что случилось со мной, объявили неосторожным обращением с оружием. Я чудом не погибла из-за чьей-то неосторожности – это даже не смешно.

Нееет… Я четко знала, кто виновен в том, что моя жизнь заново началась в двадцать лет.

Славочка – так ласково называла его та женщина, что обивала порог моей палаты в больнице.