Глава 30. Анастасия

– Ты уверена в своих словах? Не то чтобы я был не рад, но сама понимаешь, хотелось бы знать наверняка.

Леша сидел в кресле напротив моего рабочего стола и пил свежесваренный Машей кофе. Сама позвонила ему. Сама попросила приехать, чтобы принять окончательное решение. Именно я наворотила дел, а значит, и мне за них отвечать. Как только расплачусь с «Золотым Альянсом», перепишу «ДрагСтрой» обратно на мать. Мне от нее ничего не нужно.

– Леша, я уверена как никогда, но между нами ничего не изменилось. Я не могу пообещать тебе любовь, не могу подарить счастье и…

– Не стоит. Настя, я знаю, на что я иду. Прекрасно знаю, что получу и чего хочу.

– Я рада, что не приходится объясняться вновь. Неловко себя чувствую, но есть еще один вопрос, который стоит обговорить сразу же.

– Деньги будут перечислены «Золотому Альянсу» сразу же после свадьбы, – ответил мужчина, понятливо улыбнувшись.

– А когда наша свадьба?

– Тридцатого апреля.

– Но это последний день.

– Конечно, потому что мне нужны гарантии того, что ты не передумаешь.

* * *

Прошел почти месяц с тех пор, как я согласилась на свадьбу. Смотрела на себя в зеркало, но не видела радости на лице. Под фатой никто не увидит. Только я буду знать, что несчастлива в этот день.

Гладила ткань белого платья, изучала пальцами корсет. Красивое, но лучше бы надела черное. Или вовсе можно было обойтись без платья. И без фаты. И без пышной церемонии. Просто расписались бы, да и все, но нет. Леша хотел, чтобы я запомнила этот день. И я его запомнила.

Говорят, в такой день рядом должна быть семья. Не виделась с матерью с того самого разговора. Не могла ее видеть. Только не после того, что узнала. Но кое-кто на моей свадьбе все-таки присутствовать будет. Алиса, Лиза и Наташка. Если бы не они, наверное, сошла бы с ума наедине сама с собой. Девушки не оставляли меня ни на день, и я была безумно благодарна им за это. Не Леша, а именно они стали моей точкой опоры. Именно они давали мне силы не свернуть с пути.

В особняк тоже больше не возвращалась. Сначала жила прямо в своем кабинете, а потом и вовсе переехала к Леше. Знакомство с его родителями прошло очень даже мило. Оказалось, он многое рассказывал обо мне, поэтому мне оставалось только улыбаться и кивать.

Со Стасом дела обстояли куда хуже. Если мать и не пыталась искать со мной встреч, то этот мужчина попадался мне буквально на каждом шагу. Пришлось даже охрану выставить, чтобы не мог проникнуть ни в квартиру, ни в офис. От него могла ожидать чего угодно.

Сумасшедший. Любила его. По-настоящему любила, но и столько же ненавидела. Ненавидела, потому что не могла быть рядом с ним, потому что не могла позволить ему прикоснуться ко мне. До сих пор ощущала себя продажной. Во мне не говорило благородство, когда я соглашалась на скорый брак с Лешей. Нет, меня глодала обида. Обида на жуткую несправедливость, которая свалилась на мои плечи. На мою бедную голову.

Вспоминала чем дальше, тем больше. Каждый день приносил мне новые картинки – желанные и нет. Видела все, будто это было вчера. Ощущала все эмоции, заново переживая их, пропуская их через себя. Почти каждый день посещала врача. Только с ним могла говорить абсолютно все, не скрываясь. Только он помогал отсеять реальность от снов.

– Стася, уже пора ехать. – В спальню заглянула Лиза, но, увидев меня, она зашла в комнату и закрыла за собой дверь. – Еще не поздно передумать.

– Поздно, Лиза. Поздно. Сегодня я выйду замуж, а Леша закроет долг компании. – Накинув на плечи белый меховой полушубок, завязала ленты.

– Но это не твоя компания, не твоя проблема. Так зачем складывать на жертвенный алтарь свою жизнь?

– Лиза, ты не понимаешь…

– Прекрасно понимаю. Тебе хочется доказать всем, что ты сильная, что ты сама со всем справишься, но иногда женщине, даже самой сильной, стоит хоть ненадолго побыть слабой. Стоит дать другим помочь ей.

– Я не изменю своего решения. – Обувала туфли, не представляя, как продержусь на них день и вечер. Не сама выбирала свадебный наряд, хотя стоило бы.

– Я знаю. Но подумай вот над чем. Если ты свяжешь свою жизнь с Лешей, а лично я против него ничего не имею, то всегда будешь стоять впереди него. Потому что ты сильная – сильнее него. А теперь представь мужчину, рядом с которым ты не только сможешь стоять рука об руку, но иногда и за его спиной.

Отчетливо понимала, кого именно она имеет в виду. Льдистые голубые глаза, что всегда пронизывают душу. Темные волосы, в которых так сладко запутаться пальцами, чтобы оттянуть пряди и услышать рык. Широкие плечи, мощная грудь, аппетитная задница. Что он делает в этот час? Я хотела бы знать. А может, и нет.

Я могла бы запросто встать за его спину. Стать его принцессой – той, которую бы он оберегал от всех невзгод. Могла бы купаться в его нежности, упиваясь тем, что он приберег исключительно для меня. Только я могла бы видеть его таким – любящим и любимым. Но вполне могла бы стоять рядом. Он бы позволил играть на равных. Не лишил бы свободы.

– Время, Стася. Или сейчас, или никогда, – проговорила Лиза, вырывая меня из напрасных мечтаний.

– Значит, так тому и быть.

Ехали в лимузине до отеля, в котором был снят бальный зал. Там меня уже ждал регистратор и, конечно же, Леша, но дрожь все сильнее пронизывала тело, собираясь на коже колкими мурашками страха.

– Может быть, откроем шампанское? – кивнула Наташа на ведерко с бутылкой.

– Если хотите, пейте, – ответила приглушенно и отвернулась к окну.

– Настя, так дело не пойдет, – откликнулась Алиса. – Сегодня ведь твой праздник.

«Скорее, траур», – хотелось ответить, но промолчала. Рассматривала город, людей, что спешили по своим делам. Им не было никакого дела до той, что сегодня собирается выйти замуж. Их жизнь продолжалась.

– Алиса, выпьем чуть позже. Когда Стася скажет «да». Вот тогда и напьемся, – излишне весело проговорила Лизавета. Специально давила на самую больную мозоль.

– Приехали, – оповестила всех Наташа, когда автомобиль остановился перед главным входом в отель.

Девчонки вышли первыми, но Лиза задержалась.

– Подумай еще раз, Стася. Дай себе минуту тишины и подумай. Уверена, потом ты скажешь мне за это спасибо. – Девушка захлопнула дверцу прямо перед моим носом.

Усевшись на сиденье, тяжело вздохнула и закрыла веки. Иногда бывает настолько плохо морально, что буквально нечем дышать. Просто не можешь сделать глубокий вдох, потому что в груди тяжесть. У меня было именно так. Ощущала огромные булыжники где-то между грудями, но чуть ниже. Предполагала, что именно там прячется человеческая душа. Та, которая принимает решения. Верные и неверные.

Не знала, каким было мое, но точно понимала: собираюсь поступить как эгоистка. Уже хотела позвать девчонок обратно в лимузин да дать деру куда-нибудь подальше, как автомобиль резко тронулся с места.12727c

– Эй, мы куда? – закричала водителю. – Остановитесь!

Меня шатало из стороны в сторону по лимузину, потому что водитель искусно лавировал средь потока машин. Да ладно искусно. Он вел габаритный автомобиль как самоубийца. И меня угробить хотел!

– Немедленно остановитесь! – добравшись до окошечка, отодвинула стекло, за которым скрывался водитель. – Вы меня слышите?

– Слышу, принцесса. Но не остановлюсь, – обернулся Стас, улыбаясь. – Только не в этот раз.

Он запер окошко, чтобы не слышать моих криков, а кричать я хотела еще как. Злилась, неимоверно злилась на то, что он все решил сам. И за себя, и за меня! А ведь это именно я приняла решение! Разве трудно было дождаться, пока приду, чтобы поговорить? Но нет! Лучше выкрасть меня прямо перед свадьбой!

Когда лимузин наконец-таки остановился, я уже накрутила себя до предела. Собственно, и бутылку шампанского выпила – так сказать, для храбрости. Даже подумывала ей же вооружиться, но мозг пока еще не отключился и пытался работать автономно. Ну, по крайней мере, как выбираться из автомобиля, он помнил.

– Оооой! – оступилась, запуталась в юбке, но Стас меня поймал и ловко подхватил на руки.

– Кого-то укачало по пути.

– Или раскачало, – проговорила, цепляясь за его шею. – Где мы?

– Там, где я буду держать тебя до тех пор, пока ты не признаешься в том, что любишь меня, – заявил он слишком самоуверенно, открывая ногой дверь в особняк.

Лимузин остался стоять во дворе, а у меня вдруг возникла гаденькая мысль угнать его.

– Не дождешься! – Стас поставил меня на пол в холле, а я ударила его кулаком в грудь. – Я тебя ненавижу!

– А я тебя люблю, – ответил он, улыбаясь. Даже не пошатнулся, засранец!

– Ну и черт с тобой! – собиралась развернуться и уйти, да только мужчина больно схватил меня за руку, рывком прижимая к себе.

– Ты со мной, – прошептал мне в губы, вонзаясь в них.

Сопротивлялась. Пыталась сопротивляться, но под его напором таяла, сдавалась, капитулируя вместе со свадебным платьем. Раздевала его, жаждала прикоснуться к телу, желая подобраться как можно ближе, проникнуть в душу.

Отбросив в сторону его рубашку, прижала мужчину к стене, но в секунду позиции изменились. Удерживал мои руки над головой, впиваясь губами в шею. Дышала как загнанный зверь, вдыхала такой родной горький аромат и пьянела, упиваясь страстью.

– Хочу стать для тебя самым необходимым, – шептал, удерживая за подбородок. – Как воздух, как вода. Стать твоей жаждой и голодом. Стать твоей сытостью.

– Хочу играть у тебя на нервах, – отвечала с тем же азартом. Целовала, прижимаясь всем телом. – Хочу быть твоим удовольствием, дразнить твоего зверя, дружить с твоими демонами. Хочу быть твоим искушением и твоим проклятьем.

Приподняв меня, усадил на круглый стол, сметая разноцветную высокую вазу вместе со скатертью. Гладил щеки, шею, спину. Дарил нежность, которой так не хватало.

– Ты моя душа, моя болезнь, но я привязан к тебе не меньше, чем ты ко мне.

– Ты любишь меня.

– А ты меня.

Его пальцы нашли край белья. Отодвинув его в сторону, мужчина вошел в меня одним болезненным рывком. Стон прокатился по горлу, а я обхватила Стаса ногами. Пила его губы. Сливалась с ним воедино, питаясь рваными выдохами. Отзывалась на каждое движение. Царапала плечи, спину, причиняя боль. Хотела этой боли. Получить и дать. Потому что мы сумасшедшие. Всегда сумасшедшие.

Именно здесь и сейчас мы признавались в том, насколько сильно нужны друг другу. Порывистыми движениями, болезненными объятиями, жадными поцелуями. Слезой, что скатилась по щеке. И стонами, что сливались единой мелодией. И мы любили друг друга – настолько сильно, насколько никому не под силу.

Плевать, что будет завтра. Наплевать на тех, для кого мы лишь достижение целей. Все они подождут – год, пять, всю жизнь. Кто бы что ни говорил, стойкими нас делает любовь. Именно любовь дает нам неисчерпаемую энергию на то, чтобы бороться и побеждать. И пока мы рядом с теми, кого любим, нам все под силу.