Глава 29. Станислав

– Ты не можешь требовать от меня того, чтобы я сидела сложа руки! Тем более в свете последних событий! – она вскочила с кресла и заметалась по комнате.

Не верила или не доверяла. Пока не доверяла.

– Я сказал, что я все улажу.

– Как? Твоя мать отказалась от долга?

– Нет, но я закрою его сам. – Был уверен, что поступаю правильно. Моя семья виновата в ее бедах, значит, мне и платить.

– Ты невыносим! Почему я должна брать у тебя деньги? Кто ты мне? Никто! Защищаешь ее? Отлично. Только это, пожалуйста, без меня!

Поморщился. Ненавидел, когда женщины истерят. Хочет хлопнуть дверью, серьезно? После всего того, что нас связывает?

– Стася, мы ведь можем уехать и забыть все это как страшный сон, – взывал к ее благоразумию. – Начать все заново – в другом городе, в другой стране. Я ведь люблю тебя. До сих пор люблю.

Обернувшись, она смотрела прямо в глаза. Будто застыла живой статуей. Старался максимально открыться, больше не хотел ничего скрывать. Самое главное произнесено. Не для нее, нет. Для себя.

– Нам уже поздно начинать все сначала. – Она все-таки вышла за порог номера.

Могла сдаться, дрогнуть, но все еще пыталась сопротивляться. Не мне, себе. Гордячка. Ее силе и стойкости можно было только позавидовать. Еще бы направляла их в правильное русло.

– Никогда не поздно. – Поднявшись на ноги, присел на одно колено и, достав бежевую бархатную коробку из кармана, спокойно произнес: – Принцесса, а выходи за меня замуж?

Ее громкое «Что?» вызвало улыбку. Наблюдал за тем, как испуганно оборачивается. Смешная, но такая прекрасная в своей наивности. Ее хочется защищать, оберегать от всех. Спрятать в самую высокую башню или запереть под тысячами замков. Увезти подальше, чтобы подарить самую настоящую сказку. Счастливую сказку, которую она выстрадала. Которую мы выстрадали.

– Мне повторить еще раз? – спросил, пытаясь сдержать улыбку.

– Когда девушка говорит «Что?» – это не значит, что она не услышала. Она просто дает тебе шанс изменить сказанное, – проговорила Стася, закрывая за собой дверь.

Самолюбие задето, романтические порывы растоптаны, а мне хочется смеяться, потому что точно знаю, что не проиграл. Всего лишь еще один раунд позади.

Выпив кофе, отправился контролировать ремонт. Кабинет уже должны были закончить, да и место для нового оборудования необходимо отметить. Завтрашним утром контейнеры прибудут на железнодорожный вокзал, а там… Еще неделя, и можно подыскивать помещения под магазины.

Достав телефон, отыскал нужный контакт в записной книжке и нажал на вызов. Еще одно дело требовало немедленного решения. И так откладывал слишком долго.

– Привет, Мари.

– Люпофь моя! Ти, как и фсекта, фофхемя! – затараторила девушка.

– Нам нужно серьезно поговорить…

– Та, – перебила она меня. – Как хас сопихалась тепе сфонить. Йа пхилетела фслет са топой.

– Куда прилетела?

Мог ожидать от Мари чего угодно, но никак не желал поверить в то, что она прилетит в чужую страну. Одна. Вслед за мной.

Даже когда самолично встретил ее в аэропорту, не желал верить. Она, как и всегда, светилась счастьем и задором. Чересчур идеальная. Утонченный наряд для истинной леди, дорогие меха и шляпка. Мари не хватало крикливой собачки под мышкой и бусин жемчуга на шее.

– Йа так хата фитеть тепя, тохокой. – Мари повисла на моей шее, а я думал лишь о том, какого черта ее принесло.

Сказать прямо здесь и сейчас? Слишком жестоко даже для меня, но и тянуть смысла нет.

– Я тоже рад тебя видеть. Сейчас мне нужно съездить на работу, а потом предлагаю пообедать в ресторане. Нам нужно поговорить. Серьезно поговорить.

– Та-та, йа помню. Фсе, как скашешь.

Потерял целую кучу времени. Молчали по дороге, и тишина тяготила. Мари улыбалась, с любопытством смотрела по сторонам, а я мысленно подбирал слова. Не хотелось ранить ее. Какникак то, что между нами было, так легко не вычеркнешь.

– Мне нхафиса. Шутесное место. – Она рассматривала здание, которое уже красили на второй слой. Старинная постройка, но тем не менее крепкая. Всего лишь и нужно, что придать лоску.

– Да, совсем скоро здесь будет ювелирная мастерская.

Выставлял задачи, раздавал указания и принимал работу. Кабинет уже действительно был готов. Оставалось лишь немного прибраться, и можно заселяться. Несколько мастеров уже вылетели сюда, чтобы начать работу, пока не найду толковых. Совсем скоро все увенчается успехом. Как и всегда.

– Это путет тфой капинет? Ти не сопихаешься фосфхащаса? – вдруг спросила она, осматриваясь.

– Я звонил как раз для того, чтобы поговорить.

– Хошешь, штопы мы шили стесь? – восторженно улыбнулась Мари, заглядывая мне в глаза. – Йа сокласна!

– Мари, нет. Нам давно пора разорвать отношения, – проговорил холодно.

– Ох уш эти фаши хусские шутки.

Она прижалась ко мне – телом к телу, губами к губам, но я не откликался. Так и сидел на столе, ожидая, когда до нее дойдет. Ничего не чувствовал. Только вновь встретившись со своим наваждением, вспомнил, что такое сумасшедшая страсть, что такое безумная любовь.

Дверь открылась, а на пороге кабинета появилась Стася. Смотрел на нее, видел ее, но изменить уже ничего не мог. Прекрасно понимал, какая картина предстала перед ее глазами.

– Простите, Станислав Александрович. Я не вовремя, – ледяной тон бил наотмашь.

– Стася! – отодвинув со своего пути Мари, вылетел на лестницу, но уже слишком поздно. Рев ее автомобиля все удалялся, уступая место тихим разговорам работников.

– Это она? – спросила Мари, подходя ко мне. – Та, котохую ти ненафитишь?

От прежней улыбки не осталось и следа. Она всегда все прекрасно понимала, но делала вид, будто полная дура. Согласен, иногда так удобнее всего, но не сейчас.

– Да, Мари, это она. Та, которую я люблю.