Глава 6

Очередное убийство.

Склонившись над трупом женщины, Морис выругался. Почерк убийцы не изменился — вдова антиквара погибла так же, как и ее муж.

Сначала начальник Тайного сыска подозревал кровную месть, но проверив все контакты покойных, так и не нашел между ними связи. А теперь, после гибели четы Гемин, и вовсе расследование заходило в тупик. Потому что если смерть архивариуса и библиотекаря еще можно было как-то связать, то обнаруженные тела антиквара и его супруги не укладывалось в построенную цепочку. Здесь одно из двух: либо следствие столкнулось с маньяком, которому неважно, кого убивать, либо Мориса намеренно ведут по ложному следу.

— Господин Керреро, — услышав знакомый голос, начальник Тайного сыска мгновенно выпрямился и обернулся.

Мисс Тархаро, как всегда, была ослепительна. Из уложенной под шляпкой прически выбилась огненная прядь, обрамляя лицо. В синих глазах горела решимость, а соблазнительные губы были тревожно поджаты. Самая красивая и яркая девушка в этом городе. Но, к сожалению, она принадлежит другому…

Глядя на направляющуюся к нему Тайрин, Морис тяжело вздохнул. Еще совсем недавно он подозревал ее в причастности к преступлениям. И неудивительно, ведь именно после ее приезда в город начались убийства и девушка постоянно оказывалась поблизости от мест, где находили тела. Но слежка за мисс Тархаро опровергла ее причастность. В момент убийства жены антиквара Тайрин находилась в своем доме и не покидала его до рассвета.

— Добрый день, мисс Тархаро, — кивнул он. — Должно быть, у вас срочное дело, раз вы решили отвлечь меня от работы?

— Все верно, господин Керреро, — прищурилась она, видимо, готовясь к колкостям с его стороны. — Я хотела.., — она вдруг замялась, но тут же вскинула на мужчину решительный взгляд. — Я хотела узнать, известно ли вам было о исчезнувшей шкатулке в антикварной лавке после смерти господина Гамина?

— О какой шкатулке речь? — нахмурился он.

— Вчера я заходила в лавку, беседовала с вдовой антиквара, — нервно комкая в руках кружевной платочек, ответила мисс Тархаро. — И в ходе разговора выяснила, что пропала шкатулка. К сожалению, миссис Гамин эту пропажу заметила не сразу.

— И что же было в той шкатулке? — правая бровь мужчины заинтригованно приподнялась.

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Вдова тоже была не в курсе, что в ней хранил покойный. Наверное, женщина направлялась как раз к вам, чтобы заявить о пропаже, когда…

Девушка осеклась, взглянув на мертвое тело.

— Что ж, — хмыкнул он. — А теперь ответьте, мисс Тархаро, зачем вы навещали ныне покойную вдову?

— Да потому что вы меня подозреваете! — вспыхнула девушка и со злостью посмотрела мужчине в глаза. — За решетку я не хочу, а вы с удовольствием отправили бы меня в тюрьму при первой удобной возможности.

— И с чего вдруг такие умозаключения? — снова хмыкнул он.

— При допросе вы ясно дали это понять, — отвела она взгляд. — И раз следователи не могут найти виновного…

Она вдруг замолчала. Между аккуратных бровей пролегла тревожная складка.

— Договаривайте, мисс Тархаро, — вздохнул Морис, поймав себя на мысли, что любуется ее красотой.

— А нечего здесь договаривать, — прошептала девушка. — Собственно, я сообщила все, что хотела. Всего доброго, господин Керреро.

Тайрин уже развернулась, чтобы уйти, но Морис поймал ее за руку, и девушка остановилась. Начальник Тайного сыска хотел сообщить ей, что подозрение снято, но заметив браслет, ощутил нахлынувшую злость.

— Вы все-таки приняли ухаживания господина Шеррера, — констатировал он, глядя на браслет.

— С чего вы это взяли?

— Ну, судя по браслету на вашей руке и тому, что он посещал ваш дом среди ночи не сложно сделать вывод, — холодно.

— Откуда вы об этом знаете? Вы.. следили за мной?!

— Мисс Тархаро, это моя работа. Я должен был либо подтвердить подозрения, либо опровергнуть. Но благодаря слежке теперь я знаю, что вы не причастны к этим убийствам.

— Что ж, хоть это радует, — с облегчением выдохнула девушка. — И еще насчет шкатулки… На ее крышке был такой же знак, — Тайрин продемонстрировала замочек браслета. — Вы не знаете, что бы это могло значить?

Мелькнувшее в глазах мисс Тархаро беспокойство не осталось незамеченным. Девушка была неглупа и сразу сообразила, что эти две вещицы могут быть как-то связаны.

— Думаю, мне стоит навестить господина Шеррера и задать ему пару вопросов, — хмуро произнес он. — И вас я жду завтра с утра у себя в кабинете. И браслет захватить не забудьте, — бросил презрительный взгляд на украшение. — А теперь покиньте место преступление. Не мешайте расследованию.

— Господин Керреро, почему вы так негативно всегда отзываетесь об Аристандре? — вдруг спросила она.

— Потому что он меняет любовниц как перчатки, — хрипло. — Потому что не хочу видеть на вашем лице разочарование. Потому что.., — внезапно он замолчал, так и не закончив фразу. — А впрочем, наведите о нем сами справки. Может, тогда и поймете. Хотя, судя по тому, что вы зовете его по имени, уже слишком поздно…

Поджав губы, девушка удалилась. Морис еще несколько секунд смотрел ей вслед, а потом снова взглянул на обезображенное тело вдовы. Мелькнула мысль, что Аристандр Шеррер неспроста подарил Тайрин украшение с таинственным знаком на замочке. И кому, как не ему, будет известно, что значит эта метка. Не хотелось думать, что Тайрин тоже в опасности, но этот момент нельзя исключать.

Морис усмехнулся. Еще вчера он подозревал ее в убийствах, а сегодня беспокоится, что она станет очередной жертвой. Но во-первых, у нее теперь есть алиби, во-вторых, на ее руке браслет с подозрительной символикой, а в-третьих, лишь сегодня утром он смог навести о ее отце справки. И кто бы мог подумать, что Тайрин — родная дочь Ивера. Признаться честно, Морис вообще не догадывался, что у одного из членов Тайного ордена есть дети. Когда он узнал, где проживает мисс Тархаро, сначала подумал, что она его далекая родственница, на которую неожиданно свалилось наследство. Ведь они носили разные фамилии. Но сейчас начальника Тайного сыска мало интересовало, почему Тайрин носила другую фамилию. Намного важнее было понять, угрожает ли ей тоже опасность с учетом того, что ее отец тоже погиб странной смертью.

* * *

Разговор с Морисом оставил неприятный осадок. Мне бы радоваться, что он вычеркнул меня из списка подозреваемых, да только на душе было как-то паршиво. Будто меня помоями облили со спины и убежали, а я не знала, в какой стороне находится мой обидчик.

Мне не давали покоя осуждение в глазах блондина и нечто похожее на разочарование, промелькнувшее в его взгляде, когда он заметил браслет. Это злило меня и одновременно озадачило. Во-первых: какого черта он позволяет себе меня осуждать! Во-вторых: этот мужлан сделал обо мне неверные выводы, основываясь только на факте моего знакомства с Аристандром и принятии его подарка, а также неподтвержденных слухов. И что, собственно, его так разочаровало в том, что я приняла подарок? В конце-концов, он сам не стал помогать мне с обратной отправкой украшения.

Исходя из этих фактов, я могла дать ему характеристику как человеку поверхностному и склонному принимать скоропалительные решения. И пусть он трижды будет начальником Тайного сыска, увлеченный работой и дотошным к деталям. Но обо мне он сделал в корне неверные выводы с самого первого дня знакомства. Видимо, тому виной обманчивое первое впечатление.

Весь остаток дня то и дело возвращалась мысленно к этому нелепому и унизительному разговору. Меня даже не задело упоминание Морисом Аристандра во враждебном ключе. Совершенно очевидно, что между этими мужчинами существовала неприязнь, источники которой пока мне не ясны, но до которых я обязательно докопаюсь.

На какое-то время обида на Мориса и размышления о его антипатии с господином Шеррером вытеснили мысли о загадочном убийстве вдовы антиквара. Здесь я понимала одно, что мне нужно выяснить значение загадочного знака на шкатулке и моем браслете, а также постараться найти информацию об авторе пропавшей из библиотеки книги. Но для этого мне, как минимум, нужно отыскать либо того, кто работал на месте убитого библиотекаря, либо того, кто последним из читателей брал ту самую книгу в руки.

Прокручивая мысленно дальнейший план действий, не заметила, как подошел к концу день.

Только ложась в постель, вспомнила прошлую тревожную ночь. Инстинктивно потрогала браслет на запястье и убедившись в том, что он на месте, успокоилась. Потушив лампу, я провалившись в сон без сновидений.

Утро выдалось непривычно солнечным. Словно тучи и туман полностью покинули Тенион. Серый город больше не навевал такой тоски, как в первые дни переезда, хотя по прежнему ему не хватало ярких красок и радости на лицах горожан. Впервые за несколько недель я с легким сердцем шла на работу, улыбаясь встречающимся по пути прохожим и радуясь солнечным лучам. Террис, как и я, только завидев солнце на небе, приободрился и практически вприпрыжку побежал в лицей. Для меня же увидеть ясное небо, оказалось чем-то вроде хорошего знака, говорящего о том, что все в нашей жизни теперь будет хорошо и все неприятности уже позади. Даже предстоящий поход к начальнику Тайного сыска воспринимался совершенно спокойно и без волнения.

Работа текла легко и непринужденно. Господин Бингли был непривычно спокоен и совсем не кричал на меня. Казалось, будто все нормализовалось. Поэтому, отпросившись после обеденного перерыва для визита к начальнику Тайного сыска, шла на допрос с легкой душой. Почему-то была уверена, что господин Керерро ограничится парой вопросов, после которых отпустит меня домой. Как чудесно было бы встретить брата после занятий и прогуляться с ним по набережной.

Погруженная в свои мысли, вошла в здание Тайного сыска, отметившись на проходной. Секретарь проводил меня до кабинета господина Керерро. И только стоя перед дверью в его кабинет я ощутила странное волнение. Потрогала браслет на запястье, снова обретая необходимый покой и только после этого постучала в дверь.

— Войдите! — крикнул Морис.

— Добрый день, господин Керерро! — уверенно распахнула дверь и вошла в кабинет.

— Тайрин? — удивленно посмотрел на меня блондин, поднимаясь с кресла и несколько мгновений молча рассматривая. — Ах, да! — очнулся, словно вспомнив о том, что сам назначил встречу. — Присаживайтесь, мисс Тархаро, — нахмурившись, указал на тот самый стул, на котором я сидела в прошлый раз, при этом даже не вышел из-за стола.

В очередной раз убедилась в отсутствии манер у этого мужчины.

Присев на край стула, положила сумочку на коленки, терпеливо дожидаясь, когда Морис заговорит. Но он лишь молчал, пристально смотря на меня.

— Мисс Тайрин, — наконец, шумно выдохнул он. — Вот скажите, это у вас талант такой попадать в неподходящий момент в неподходящее место и водить компании не с теми людьми? — сложил руки на столе, не отрывая от меня взгляда.

— Простите, господин Керерро, не понимаю, о чем вы говорите, — снова обхватила браслет, теребя его.

— Только у вас мог появиться подарок с такой же символикой, что и на пропавшей с места преступления шкатулке, — произнес он вкрадчиво и как-то устало.

— Вы узнали, что означает этот знак? — сердце застучало быстрее.

— Выяснил, — потер переносицу, и только теперь я заметила пролегающие у него под глазами круги. — Это оккультный знак. Колдовской.

— И что же это означает? — вцепилась в браслет, отыскивая в нем успокоение.

— Ответьте честно, Тайрин. Вы практикуете оккультизм?

* * *

Услышав новое обвинение, я ошарашенно застыла и не обратила внимание, что он уже дважды назвал меня по имени, плюнув на все законы приличия. Да и не до того мне сейчас было.

— Вы снова меня обвиняете? — прошептала я.

— Пока я только задал вопрос, — смотря мне в глаза, ответил он. — В любом случае, я должен проверить все предположения. И это моя прямая обязанность. Видите ли, Тайрин, колдовство тем и опасно, что действует на жертву на расстоянии и, как правило, помочь ей уже невозможно.

— Но тогда можно подозревать каждого в этом городе, — нахмурилась.

— Верно, — кивнул он, отложив в сторону кипу бумаг. — Мисс Тархаро, снимите браслет. Я хочу досконально изучить символ на застежке.

Взглянула на сверкающее украшение и вдруг поняла — я не хочу его снимать, вернее, не могу…

— Боюсь, я не могу с ним расстаться, — ответила я. — Но вы можете рассмотреть застежку на моей руке.

Во взгляде мужчины промелькнуло что-то странное, но, наконец, Морис протянул руку, в которую я вложила свое запястье. Несколько секунд он молчал, сверля взглядом застежку, а потом выпустил мою руку и, откинувшись на спинку стула, сцепил пальцы в замок.

— Все верно, — задумчиво произнес он и снова взглянул на меня. — Итак, мисс Тархаро, вы утверждаете, что не знаете о значении символа на вашем браслете?

— Нет, господин Керреро, — уже с нажимом.

— И даже не сочли нужным поинтересоваться у того, кто подарил вам это украшение? — правая бровь мужчины удивленно приподнялась.

— Я еще не видела господина Шеррера, — пожала плечами, пытаясь выглядеть спокойной. На самом же деле мои нервы были натянуты как струны.

Неожиданно он удовлетворенно улыбнулся, но быстро справился со своими эмоциями, снова приняв серьезный вид. Взгляд стал цепким, пугающим. Невольно я поежилась.

— Тогда я вам поведаю его значение, — сухо. — Это руна защиты. Также ее используют, чтобы скрыть истину. А теперь вопрос, мисс Тархаро, что вам скрывать? Вернее, что хотел скрыть в вас Шеррер и от чего защитить?

Я молчала, ошарашенная новостью. Возможно, Аристандр даже не знал о значении символа, когда приобретал браслет в антикварной лавке. А вот здесь появилась небольшая несостыковочка. Раз на украшении есть оккультный знак, значит господин Шеррер купил его не у ювелира. Тогда где? В антикварной лавке? Или перекупил у кого-то? Почему? Зачем было дарить мне этот браслет?

— Есть о чем подумать, верно? — хмыкнул Морис. — Например, о собственной безопасности. Ведь не исключено, что ваша жизнь тоже под угрозой. Я бы посоветовал вам все же расстаться с браслетом и, как вариант, вернуть его Шерреру. Ну или выкинуть в ближайшую сточную канаву. Здесь уже сами решайте, как поступить, но избавиться от него нужно. Также в целях расследования и вашей безопасности я хочу, чтобы вы постоянно были у меня на виду. По счастливому стечению обстоятельств у меня нет помощника. Вы достаточно умны и способны для того, чтобы занять это место. К тому же вы будете получать больше, чем на прежней работе, — все это он произнес спокойно, без каких-либо эмоций. — Еще раз, мисс Тархаро, я вас ни в чем не подозреваю, просто беспокоюсь за вашу жизнь.

Несколько секунд я молчала, обдумывая его предложение. Да, конечно, господин Бингли был не сахар, порой даже позволял себе поднимать на работников голос. Но работать помощницей начальника Тайного сыска и каждый день сталкиваться с господином Керреро? Нет уж, увольте! Я лучше буду и дальше работать за небольшое жалованье, чем терпеть скверный характер Мориса.

— Извините, господин Керреро, но я вынуждена отказаться, — осторожно подбирая слова, сказала я. — Тем более, сейчас господину Бингли некем меня заменить. А я не люблю подводить людей.

— Что ж, похвально, но это было не предложение, — не моргнув и глазом, произнес он. — Теперь вы постоянно будете у меня на виду, мисс Тархаро, хотите вы этого или нет. Проблема в том, что я не хочу однажды обнаружить ваше тело на месте преступления.

Вот что-что, а Морис умел ввести любого в состояние ступора, когда вдруг теряется дар речи, а мозг отчаянно пытается переварить только что услышанное. Наконец, совладав с переполняющим меня негодованием, я произнесла:

— А вам не кажется, что вы слишком много себе позволяете?

— Отнюдь, — хмыкнул он. — Да и вам стоило бы обезопасить себя, учитывая, что вы в большой вероятности можете пополнить список жертв. Так что уже завтра жду вас на новом рабочем месте. Всего доброго, мисс Тархаро.

Давая понять, что разговор окончен, и он не приемлет отказа, начальник Тайного сыска уткнулся в бумаги, делая вид, что не замечает моего сверлящего взгляда.

— Мисс Тархаро, вы еще здесь? — наконец он снова обратил на меня внимание.

Да, я еще здесь! Так хотелось сейчас высказать ему все в лицо о его характере и методах убеждения.

–— Вы…

Услышав громкий стук в дверь, я осеклась, так и не высказав начальнику Тайного сыска все, что о нем думаю.

— Войдите! — крикнул Морис.

— Госодин Керреро, — появившийся на пороге секретарь выглядел взлохмаченным и запыхавшимся. — Только что обнаружено новое тело.

— И кто же стал очередной жертвой? — прищурился Морис.

— Священнослужитель.

Господин Керреро встал, подхватил мундир и быстро покинул кабинет. Я последовала за ним и догнала, когда он уже садился в экипаж.

— Я поеду с вами, — безапелляционно заявила, все еще находясь в негодовании.

— Не думаю, что это хорошая идея, — хмыкнул он.

— Ну мне же надо привыкать к новой должности, — в тон ему ответила я и без посторонней помощи забралась в экипаж.

* * *

Находиться с господином Керерро в такой близости, оказалось не по себе. Одно дело сидеть с ним отделенными друг от друга широкой столешницей и совершенно другое, когда наши колени разделял ничтожно маленький промежуток свободного пространства. Весь путь до места убийства, я старательно пыталась не смотреть на Мориса, а теперь еще и своего начальника. Делала вид, будто меня безумно интересует вид за окном. Хотя, так оно и было. В лучах солнца город выглядел по-другому. Надежда прогуляться с братом все еще теплилась в груди. А как только повозка свернула к набережной, и я увидела блики солнца на поверхности моря, то лишь больше укрепилась в желании побродить вдоль берега.

Весь путь Морис листал какие-то бумажки и будто забыл о моем присутствии. Лишь поняв это, я расслабилась, ругая себя за паранойю. Господин Керерро относится ко мне не более, чем к возможной жертве. И нечего себе придумать то, чего нет.

Думая о погибших с волнением ждала прибытия на место преступления. Стыдно признаться, но мне не терпелось узнать, стал ли погибший очередной жертвой колдуна или же этот случай не имел отношения к предыдущим трем.

Повозка затормозила у величественного храма. На крыльце топтались жандармы и чуть поодаль, как и во всех предыдущих случаях, толпились зеваки, которых разгонял один из жандармов.

Выходя из повозки, начальник Тайного сыска подал мне руку, помогая спуститься.

— Держитесь поблизости и старайтесь не теряться из поля зрения. Убийца может все еще находиться где-то здесь, — давал краткие инструкции, взбегая по высокому крыльцу. — И лучше спрячьте браслет под перчатки, если так не хотите с ним расставаться, — последняя фраза прозвучала как насмешка.

Проглотив негодование по поводу замечания Мориса, молча шла следом, осматривая громадный храм, раскрыв рот от восхищения. Более красивого и грандиозного сооружения мне еще не доводилось видеть. Многочисленные колонны, украшенные кружевными деталями, чередующиеся с окнами в обрамлении ажурных каменных деталей, а над огромными дверьми расположилось огромное витражное окно в виде цветка. Над крышей храма красовались высоченные шпили. На какое-то время я даже забыла с какой целью мы здесь оказались. Лишь перешагнув порог храма, пришла в себя, рассматривая помещение.

Ряды скамеек, алтарь со свечами и жандармы, снующие из стороны в стороны. Взглянула на высокий арочный потолок, уходящий куполом в небо, на многочисленные колонны по сторонам и еще раз невольно восхитившись красотой собора.

Прошла по длинному проходу до алтаря, замирая. Тело лежало прямо у его подножия, раскинув руки в стороны и белесыми глазами взирая на купол храма.

Господин Керерро прошел вокруг тела и отошел в сторону скамейки, где сидел шокированный священник.

— Здравствуйте, Отец Алесио,— поздоровался с ним Морис. — Это вы нашли тело?

— Что? — словно только заметив его присутствие, посмотрел на начальника сыска священник.

— Вы нашли тело? — повторил вопрос.

— Ах, да. Я, — снова поник головой старец.

— Когда вы обнаружили его?

— Наверное, около сорока минут назад, — нахмурился священник.

— При каких обстоятельствах?

— Я шел из кабинета, направляясь к себе в комнату и увидел аколита Эрика, лежащим на полу, — голос старика дрожал, и мне было по-человечески его жаль.

— Вы трогали тело? — с удивительным хладнокровием допрашивал священника Морис.

— Да. Сначала я испугался, увидев его глаза, да простит мне Господь Милосердный эту слабость, — перекрестился старик. — После этого я пытался растормошить аколита и только потом понял, что он не дышит.

— Где вы находились в последние несколько часов? — не собирался отставать от священнослужителя господин Керреро.

— У себя в кабинете, писал воскресную мессу.

— Вы слышали какие-то подозрительные звуки или видели кого-то подозрительного?

— Нет. Совершенно ничего не слышал и не видел. Знаете, процесс написания мессы настолько священен, что я словно погружаюсь в транс, записывая на бумагу слова Господа нашего.

— Кто еще находился в это время в храме? — закидал его вопросами Морис, игнорируя откровения.

— Больше никого, — пожал плечами отец Алесио.

— Кто может подтвердить, что вы находились у себя в кабинете и не выходили наружу?

Начав понимать, к чему клонит господин Керерро, ощутила, как сердце шумно скакнуло и побежало куда-то галопом. Не мог же он в самом деле подозревать в этой безумной серии убийств безобидного, седовласого священника? Уже открыла рот, чтобы остановить Мориса от этого опрометчивого обвинения и тут же плотно сжала зубы, игнорируя зудящую потребность высказаться.

— Боюсь, что никто, — смотрел на Мориса грустными глазами отец Алесио.

Господин Керерро сдвинул русые брови, несколько мгновений думая о чем-то.

— Чем занимался аколит Эрик в храме?

— Как обычно, — пожал плечами отец Алесио. — Зажигал и тушил свечи, подготавливал хлеб и вино для служения, и выполнял мои поручения.

— Вы поручали ему что-то сегодня, что не входило в его прямые обязанности?

— Да, мы начали подготавливать подвал для ремонта. Там хранится много икон и серебра.

— Мы можем осмотреть подвал? — выпрямился господин Керерро.

И я поняла, сейчас нам предстоит обнаружить пропавший предмет.