18 глава

Суббота обещает быть насыщенной. Сидя в салоне, ожидая колдовство над собой, размышляю о том, как мне с корпоратива незаметно удрать в клуб на вечеринку, соответствуя моему возрасту. Меня будут ждать, мне обещали веселый вечер, наполненный музыкой, танцами и выпивкой. Бонусом может быть знакомство с симпатичным парнем.

Тахирович банкет заказал в одном из лучших ресторанов в нашем городе. Счет там невероятный, говорят и еда безумно вкусная. Денег своих стоит. Поэтому хочется побывать в таком эксклюзивном месте, куда с улицы без предварительной брони не попадешь. Так как именно я проверяла список приглашенных, знаю, что не слишком там много будет людей. Холопов будут развлекать в соседнем кафе попроще, но крепостным в радость там развлекаться без надзора начальства на халяву. А вот мне, крепостной девке, придется присутствовать среди дворян и быть в услужении Маратика. Лучше бы он меня к остальным работникам отправил. Сразу как-то все равно становится до изысканной еды, подающих на фарфоровых тарелках.

В шесть вечера как верный паж я жду Шароева в ресторане. Мое платье, в котором я намереваюсь сбежать на вечеринку, гармонично сочетается с ковровой дорожкой. А бижутерия запросто соревнуется с блеском люстр над головой.

Тиранище появляется с опозданием. Увидев меня, оценивающим взглядом окидывает меня с ног до головы. По лицу сложно понять, как ему наряд, мой образ в целом. Раз умыться и переодеться не заставляет, значит, контроль прохожу. Я не тушуюсь. Дерзко оглядываю его, цокая языком. Шароев, конечно, мог запросто быть моделью для рекламы дорогих костюмов для серьезных бизнесменов. Он невероятно приятный, обаятельный. Если не знать его сущность, его перекосы по пятницам, можно запросто пасть жертвой сшибающей с ног харизме. Благо у меня приобретенный иммунитет. Вакцинировали и ревакцинировали в сжатые сроки.

Гости прибывают. Все предельно вежливые, внимательные. Скучное мероприятие. У меня стойкое ощущение, что я попала на бал девятнадцатого века в современном обрамлении. Живая инструментальная музыка способствует этой ассоциации.

Красиво сервированные столы ломятся от закусок. Дорогущее вино льется рекой. Услужливые официанты внимательно следят за твоим бокалом. Подают салаты. Вкусно, необычное сочетание продуктов. Дома на семейные застолья я бы в жизнь такое не приготовила. Мои провинциальные родители не поняли бы. Им подавай что попроще, вроде оливье да винегрета с картохой.

Запихивая в рот небольшой кусочек бутерброда, то есть канапе, поглядываю на Тахировича. Он сегодня в добродушном настроении. Улыбается, шутит, заставляя своих собеседников громко смеяться. Вокруг него постоянно люди. Все без устали поют ему дифирамбы, льстят как не в себя.

Появляется Тайсум со своей женой. Диана, увидев меня, кивает в знак приветствия. Я тоже. Но нам не удается пересечься, да не положено. Она общается с подобными себе: красивыми, успешными женщинами. Куда ж мне, без особых достижений вчерашней выпускнице, у которой, по их мнению, и молоко на губах еще не обсохло.

Вечер набирает обороты. Официанты приносят блюдо вечера: запеченный осетр. Простым смертным эта рыба недоступна. Особенно тем, кто планирует брать ипотеку, и последующие десятилетия есть лапшу быстрого приготовления. Конечно, я беру себе кусочек. Хочется ведь попробовать на вкус и потом хвастаться всем, что ела осетра. Либо хвалить его, либо плеваться. Рыба в итоге как рыба, но благодаря повару, оставляет после себя приятное послевкусие. Стараюсь не заглушать чувство легкого голода, у меня впереди еще клуб, а там сырная тарелка, коктейли и танцы.

Мельком бросаю взгляд на дисплей телефона. Два часа вполне нормально, чтобы без зазрения совести свалить из ресторана и пойти веселиться. Допиваю бокал вина, прихватываю сумочку и под видом того, что нужно в туалетную комнату, покидаю зал. Между лопатками чувствую прожигающий взгляд, даже знаю, кто так на меня смотрит. Надеюсь, Шароев будет слишком занят, чтобы выясняться, куда это я запропастилась.

В туалет заглядываю, вызываю там такси и ухожу. Насовсем сегодня. Сначала был план заскочить домой и переодеться, но передумываю. Я столько денег угрохала в сегодняшний образ, пусть любуются все. Буду королевой танцпола.

В клубе на крыльце весело. Молодежь веселится, гогочет, отовсюду играет музыка. Однокурсники, вышедшие покурить, замечают меня, машут руками. Все парни зависают от моего вида. Слышу кучу комплиментов. Девчонки смотрят с кислым выражением, но молчат. Я им подмигиваю. Выпитое вино на корпоративе расслабляет, не зацикливаюсь на том, что кому-то моя персона не по душе.

Увидев знакомые лица, с которыми приятно общаться, я окончательно забываю о недовольных личностях. Музыка настолько громко орет, что приходится перекрикивать ее, чтобы тебя услышал собеседник. Наш столик находится в таком месте, где видно все и всех. Я танцую в такт мелодиям, любуюсь красивыми девушками на сцене. Они невероятно пластичны и у них идеальны тела. Делаю себе мысленно заметочку, что стоит начать посещать зал для красивой попы. Модный ди-джей выбирает идеальную музыку, под которую колбасит всех присутствующих. Никто не стоит скромно в сторонке, не подпирает стенку. Прошли такие времена.

— Отпадно выглядишь! – орет в ухо незнакомый мне парень. Точнее его милое личико смутно знакомо, но я не помню, где мы могли пересечься.

— Спасибо, - кокетливо улыбаюсь, играюсь трубочкой в своем стакане.

— Где работаешь? – парень слишком близко ко мне стоит.

Я сначала хочу отойти, а потом решаю не быть клушей. Сближаюсь с ним. Мы так близко, что чувствую запах его туалетной воды. Пахнет свежо, бодряще. Совершенно не так, как Тахирович. Нет ощущения удушья.

Называю компанию. Новый знакомый присвистывает и уважительно качает головой. Несколько высоких баллов в его глазах я определенно набираю. Компания Тайсума на слуху. Конечно, я не уточняю, кем работаю, кто мой начальник. Тут напускаю таинственного тумана.

Музыка в клубе отдается приятной вибрацией в теле. Танцевать мне нравится, особенно, когда настроение улетное. Каждый бит выбивает что-то невообразимое внутри меня. Тянет на танцпол. За мной уплетается и парень, имя которого я до сих пор не знаю, не могу вспомнить.

Танцующих много. Кто-то переступает с ноги на ногу, кто-то крутит бедрами. А кто-то просто завораживает своей пластикой. Именно своей пластичной меня привлекает темноволосый парень. Завидев мой заинтересованный взгляд, он подмигивает и идет ко мне. И мы совпадает. Как две детали одного механизма. Мы прям ключ с замком.

Танцуем несколько танцев подряд. И под быструю музыку, и под медленную. Желание разойтись в разные стороны не возникает. Я даже не стремлюсь узнавать его имя. Мне итак хорошо с ним. Он еще довольно таки симпатичный. В какой-то момент мы впечатываемся друг в друга. Трогаем руками тела, дышим тяжело и прерывисто, смотря в глаза. Наши танцы не просто танцы, это вакханалия душ. Какой-то магический ритуал под современную музыку. Живот к животу, мои груди упираются в его грудь. Я провокационно двигаю бедрами, вызывая в своем партнере не шуточный огонь. В свое время мне безумно хотелось виртуозно танцевать танец живота. Танцевальной соблазнительницей не стала, но все кто видел мой а-ля восточный танец, приходили в восторг.

Вокруг нас образовывается круг. У нас появляются зрители. Нас подзадоривают, подбадривают, нами восхищаются. Я упиваюсь этой сомнительной славой, алкоголь в крови притупляет чувство реальности, позволяя на вечер быть не собой.

Еще у меня напрочь атрофировался инстинкт самосохранения. Иначе через толпу бы почувствовала прожигающий взгляд. Тот самый взгляд, который пару часов назад смотрел мне вслед, когда я покидала зал в пафосном ресторане.

Никого вокруг не вижу, наслаждаюсь моментом. Внезапно меня сзади обхватывают за живот и рывком прижимают к крепкой груди. Доля секунды и я понимаю, чьи руки удерживают. Так же понимаю, что уговорить остаться не смогу. Незаметно удрать, как у меня получилось ранее, тоже не получится.

Выпитый алкоголь замедляет мыслительные реакции, поэтому туго соображаю. Кто-то из однокурсниц кричит:

— Это наша девочка! Куда вы ее тащите?

— Эта девочка моя, а не ваша! – рявкает над ухом Шароев.

Я не успеваю увидеть выражение лиц знакомых. Едва успеваю перебирать ногами по полу. Марат не тащил меня за шкирку, а буквально нес. Сквозь толпу на танцполе. Мимо охраны в клубе, которая и ухом не ведет, глядя на нас. Идея просить их помочь, тает как дым в небе. Проходим холл, спускаемся по лестнице. Курящие завсегдатаи клуба с любопытством на нас поглядывают. За нами кто-то бежит, кричит:

— Эй! Стойте!

Я не успеваю оглянуться, чтобы посмотреть на смельчака. Марат запихивает меня на заднее сиденье. И пока прихожу в себя, слышу:

— Это ее сумочка и телефон.

Рядом со мной оказываются мои вещи. Смотрю на серый потолок, размышляю что делать. Шароев тем временем занимает водительское место. Заводит машину, трогается с места. Куда он меня везет? Что будет со мной делать? Казнит или помилует?

Я не задумываюсь о том, сколько по времени мы едем. Мыслей тоже в голове не слишком много. А если есть, то какие-то примитивные. Например, как заставить босса сморщить свой нос и вышвырнуть меня из машины. Можно опустить себя в его глазах до самого плинтуса, что при виде меня Шароев бы испытывал чувство отвращения и брезгливости. Вариант только один: уподобиться алкоголику в завершающей стадии.

Меня слегка подбрасывает на какой-то кочке. Поворачиваю голову, разглядываю темноволосый затылок. Коротко стриженые волосы на затылке так и манят, хочется протянуть руку и зарыться пальцами. Интересно, чего он поперся за мной, когда у него сто пудов есть и получше варианты, как приятно провести ночь. Почему шефу не дает покоя моя скромная персона? Чего у него на мне все встает?

Опять подбрасывает. Я сдавленно смеюсь. Марат Тахирович не спрашивает, что со мной. Он ощутимо скидывает скорость и внезапно останавливает машину. Куда привез? В лесочке закопать планирует после того, как доберется до меня и развлечется, как пожелает душа? А главное, что делать мне в этой ситуации.

Задняя дверка у моих ног распахивается. Я вижу силуэт Марата. В свете уличных фонарей он сейчас напоминает мне оборотня. Я его жертва. Что мне делать? Драться с ним? Кусаться? Царапаться? Вряд ли поможет. Я ведь знаю, что у шефа хватка бульдога, если что-то вбил себе в голову, ничто не свернет с намеченного плана.

— Мааарааттт Таххииирооовииич… - растягиваю имя Шароева как только можно. – Не думаю, что сегодняяяя стоииит переееступать чеертуууу… - каждое слово получается певучим. Не вижу, но слышу смешок.

— Иванова, - Тахирович хватает меня за щиколотки и тянет. Платье естественно неприлично задирается. – Все, что касается тебя, давно все пересек.

— Ииии всеее жеее… - меня внезапно ставят в вертикальное положение. Я неожиданно оказываюсь прижатой к груди босса, его руки по-хозяйски держат меня за талию. Поднимаю глаза.

— И все жее… - икаю. – Есть хоть крохотная надежда?

— Увы, нет, - твердо заявляет Марат и подхватывает меня на руки. Я ойкаю и цепляюсь за него, уткнувшись лицом ему в шею.