46

Ева

Сколько помню себя, всегда находила оправдания людям, причинявшим мне боль. Выросла с этим, наверное. Думаю, всё началось с отца, бросившего маму будучи беременной. Он предал меня ещё до рождения. Отказался, видимо посчитав, что я ему не нужна.

По правде говоря, ребёнком, я искренне надеялась, что мой отец, как и Маши — погиб. Поэтому он не приходил в гости. Не интересовался мною, не приезжал поздравить с днём рождения и с Новым годом.

Ему не было плевать на дочь, просто он умер.

Уже повзрослев, я поняла, что записывать живого человека в мертвецы плохо. Но почему - то не думала, что плохо поступил, как раз таки он, а не я. С тех пор оправдываю папу тем, что, возможно он не был готов становиться родителем и брать ответственность. Так жить намного проще, чем копить обиды и злость.

Но сейчас я не ищу оправданий. Я пытаюсь понять. Понять Демида и, самое главное, понять себя.

Почему, несмотря на ту жестокую ночь, он не вызывает во мне отвращения? Почему я думаю о нём гораздо чаще положенного? Нет, слово «чаще» не подходит. Проклятый Волк занимает все мои мысли! Двадцать четыре часа в сутки он не вылазит из головы.

Днём – в мыслях, а ночью – во снах...

За прошедшую неделю, я видела Демида все несколько раз и то мельком. И больше всего в творящемся водовороте хаоса на душе, меня раздражает одно: мне чертовски мало внимания!

Какого хрена я скучаю по нему? Как идиотка брожу, в ожидании, что сейчас он приедет? Жду, что бросит, какую - нибудь колкую фразочку. Прикажет, отчитает. Заставит постирать шмотки или... утащит в спальню.

От последней мысли, сжимаю челюсть до скрежета, яростнее протирая пыль в гостиной. Я до смешного устала прислушиваться к малейшему дуновению ветерка в доме. К звукам открывшейся двери и гудящему мотору хозяйского внедорожника на территории особняка, которые, в основном, мерещатся больной фантазии

И каждый раз, когда я осознаю, что показалось, внутри всё сжимается от тоскливого разочарования. Ненавижу глупую себя за то, что жду его и больше всего на свете жажду встретить этот тёмный взгляд, полный желания, как в ту самую ночь.

Что этот Зверь, твою мать, сделал со мной?

Приворожил? Подсадил на себя? Вживил под кожу чип и запрограммировал?

Какого лешего происходит?!

Мощная мужская энергетика, исходящая от Демида, сводит сума. Я никогда не испытывала такого всплеска адреналина в крови от находящегося рядом Макса, в отличии от присутствия Волка. Клянусь, порой мне становится страшно от порочных мыслей и желаний. Ощущение, будто кто-то залез в голову и поменял там заводские настройки.

Вам, небось, интересно, как ведёт себя Демид? Не волнуйтесь, у него своя жизнь, где моё присутствие минимизировано.

Да, мозгами я понимаю, что Волк делает для меня слишком много. Оплатил запредельную сумму за операцию мамы, плюс за его счёт будет проходить и её реабилитация. Я живу под барской крышей, и можно сказать, ни о чём не парюсь. Больше нет переживаний о завтрашнем дне и заработке грошей.

Демид – настоящий мужик, взявший на себя все проблемы, какой-то левой дурочки, что пыталась ограбить его.

Я знаю, что буду обязана ему до конца своей жалкой жизни... Но меня мучительно терзает его отчуждённость после нашего первого раза. Понимала ведь ещё тогда, что ему нужна опытная женщина. А я только и делала, что выла и исполняла приказы, как кукла тряпичная во время процесса.

Конечно, Демид больше не хочет меня. Наверняка нашёл себе другую, более искушённую.

Чтобы не сойти с ума, решаю сегодня прогенералить. Пыль, кажется, скопилась везде, где можно. Работа всегда помогает упорядочить мысли, поэтому уже с самого утра я привожу дом в порядок.

Ноги сами ведут меня к его кабинету. Стоя у порога, я недолго сомневаюсь, стоит ли заходить. Обычно, стараюсь избегать бандитского рабочего пространства, но сегодня, что-то тянет, словно магнитом.

Прикинув, что за долгое время там с вероятностью в двести процентов скопилась грязь, нерешительно вхожу внутрь. Каждая мелочь, деталь, древесный запах, смешанный с едва уловимыми нотками сигаретного дыма, напоминают о нём. Кабинет Демида похож на него – такой же сдержанный и серьёзный. Без единой ненужной вещи, с идеальным порядком и разложенными по местам предметами.

Начинаю уборку с того, что вытираю влажной тряпкой стеллажи с книгами, а затем переключаюсь на подоконник. Натираю стёкла специальным средством после подхожу к столу из отполированного дерева. Руки сами отодвигают кожаное кресло на колёсиках коричневого цвета. Не знаю, что движет мною, но я сажусь в него и закрываю глаза. Представляю, как Волк сидит на этом самом месте. Курит, вдумчиво перебирает документы, отдаёт кому-то очередные приказы, а ещё, командует своим властным голосом.

Тяжело вздохнув, распахиваю глаза и поднимаюсь на ноги, решая поскорее закончить и уйти от греха подальше. Хотела отвлечься, а в итоге сделала в миллион раз хуже. Я собираюсь протереть стол, но взгляд цепляется за кулон, лежащей на папке с документами. Маленький, изящный, красивый. Тот самый с буквой «А».

Подняв вещицу, с горькой ухмылкой осматриваю предмет, понимая, что, вероятно, он очень много значит для хозяина. Судя по реакции, вспыхнувшей в его глазах в тот день, когда я чуть не проглотила украшение, он значит для Демида намного больше, чем я. И кладу голову на отсечение, вещица явно принадлежит женщине.

Опустив глаза на скоросшиватель, где лежал кулон, борюсь сама с собой, чтобы не раскрыть его.

Вдруг там, что-то важное?

«Это не твоё дело! Грех, лазить по чужим вещам» — нравоучительным тоном, предостерегает внутренний голос.

— Ну да, грабить дом — это не грех, а вот копаться в документах – ещё какой, да? Логика железная, Ев! — бормочу себе под нос токсичным шёпотом.

Ни у кого не возникает сомнений, что побеждает та часть души, которой пофиг на совесть? Вот и чудненько.