Глава 11
Варвара Немирова
Я металась по комнате, как раненый зверь. В душе всё саднило от боли. Почему он так поступил? Ну почему?
Ведь папа не такой. Он не мог… не мог… не мог!
Отец всегда был заботливым, он любил и оберегал меня и маму. И я не верю, что он мог причинить кому-то зло.
Всё, что сейчас происходит, просто не укладывается в моей голове. Словно я сплю и это какой-то кошмарный сон.
Ещё долго нарезала круги по комнате, размышляя о том, что случилось и что ещё может случиться. И, наконец, решилась на отчаянный шаг.
Поздний вечер… вернее уже ночь. Я иду по коридору с гулко бьющимся сердцем.
Подхожу к его двери. Стою и не могу решиться.
Сердце в груди начинает ускорять свой бег, отдаваясь набатом в висках.
Подняла руку, чтобы постучать.
Нет…
Боже, зачем я здесь? Как вообще на это решилась.
Возможно, он даже слушать меня не станет. Поднимет на смех. Прогонит.
Кто я, а кто он…
Небо и земля.
Стою возле двери минут пять, переминаясь с ноги на ногу, но так и не решаюсь постучать.
Вдруг дверь открывается (даже вздрогнула от неожиданности) и на пороге он — Михаил.
Боже, как же он красив и… недосягаем своей холодной надменной красотой.
Стоит с голым торсом, босой, в одних тонких хлопковых брюках, приспущенных на узкой талии. Высокий, под два метра ростом. По сравнению с ним, я просто пигалица. Мощная аура силы и власти волнами исходит от его тела. Она подавляет, подчиняет, заставляет трепетать.
— Варя? Что вы здесь делаете? — удивлённо прищурился.
— Хочу поговорить… с вами, — говорю охрипшим от волнения голосом.
— Проходите.
Захожу в его комнату. От волнения всё тело начинает колотить дрожь, и сердце больно бьётся о рёбра.
Хлопок закрывшейся двери возвестил о том, что я осталась одна, наедине с хищником… посреди ночи… в его комнате.
Михаил подошёл и встал за моей спиной так близко, что я почувствовала жар его тела.
— Что случилось, Варенька? — слышу почти у самого уха.
— Я… я… хотела…
От волнения леденеют руки и голос, кажется, осип. Мысли путаются, слова застревают в горле.
Сама себя не узнаю…
— Что вы хотели? М-м-м?
Его голос, как бархат, с лёгкой хрипотцой, заставляет всё тело покрываться мурашками.
Развернулась к нему лицом и решительно произнесла:
— Я хотела попросить вас… за отца. Прошу вас… не убивайте его, пожалуйста. Я готова…, — замешкалась, от волнения с трудом выдавливаю слова. — Готова… предложить себя взамен на его жизнь. В любом… качестве… каком захотите.
Отступаю на пару шагов назад и развязываю пояс халата дрожащими руками, нерешительно сбрасываю его с плеч, оставшись перед ним в одном белье.
Опустила голову, боюсь поднять на него взгляд и, кажется, начинаю мелко дрожать.
Бесшумной мягкой поступью хищника Михаил двинулся ко мне. Подошёл почти вплотную, коснулся рукой моего подбородка и приподнял его, запрокидывая голову вверх.
Мои веки подрагивают, но я не решаюсь их открыть. Боюсь взглянуть в его стальные холодные глаза, боюсь увидеть в них призрение, гнев и злость.
У меня сейчас такое чувство, словно весь мир замер во времени. Слышу только бешеный стук своего сердца и ощущаю тепло и силу его тела.
Мгновение… и его губы накрывают мои. Они мягкие и тёплые, а поцелуй нежный и трепетный. Он длиться совсем недолго. Невесомый, осторожный, но от этого не менее будоражащий кровь.
Чувствую, как бабочки начинают порхать в животе, и, кажется… коленки… подгибаются. Но не успела я об этом подумать, как всё резко прекратилось.
Михаил накинул на мои плечи халат и поправил растрепавшиеся волосы.
— Не стоит…, — он посмотрел мне в глаза. — Не стоит жертвовать собой ради тех, кто вас не достоин… Варенька. Не волнуйтесь ни о чём. Всё будет хорошо. А сейчас идите в свою комнату и ложитесь спать.
И что сейчас произошло? Он меня отверг, пожалел или проявил благородство и не воспользовался тем, что ему предложили? Для меня это так и осталось загадкой.
Готовая провалиться сквозь землю от стыда, я выскочила из комнаты вампира и пулей понеслась к себе.
Уже в своей комнате, лёжа на кровати, я прикоснулась рукою к губам. Провела по ним пальчиком. Губы всё ещё жгло, и они до сих пор помнили вкус его поцелуя.
Вероника
После ужина в компании дружной вампирской семейки я утащила Варю в свою комнату, чтобы кое-что выяснить.
— Варь, что с тобой происходит? — спрашиваю обеспокоенно, присаживаясь на диван и увлекая подругу с собой. — Ты какая-то странная весь вечер. Молчишь. И за ужином почти ничего не ела. И эти ваши гляделки с Михаилом… Что происходит?
— Какие гляделки? О чём ты, Ники?
— Ну, как же… Я же вижу, как он смотрит на тебя, как будто хочет тебя съесть. И ты… всё время прячешь взгляд. Боишься? Он что, как-то обидел тебя? Что-то сказал? — не унималась я, устраивая допрос по полной.
— Да нет же, Ники! Он ничего мне не сделал. Он… наоборот… Он был очень обходителен со мной… учитывая то, что я здесь на правах пленницы.
Кажется, Варя покраснела или мне показалось?
Да, ладно!
Чтобы Варя смутилась? Никогда такого не было! Это меня можно было легко вогнать в краску, а чтоб её…
Ну, дела!
— Слушай, Варь. Я вообще заметила, что ты как-то изменилась за эти два месяца, что меня не было. Даже не знаю… повзрослела что ли.
— Повзрослеешь тут! И поседеешь заодно, — грустно усмехнулась она. — Столько печальных событий за такой короткий срок. Этот Эрик — гад! Твоя смерть… мнимая. Теперь вот папа, — выдохнув, она посмотрела на меня. — Я на многое в жизни теперь стала смотреть по-другому. Ну, а ты… скажи, приходили к тебе близнецы? Вы померились?
— Нет. Не приходили, — качаю головой, а у самой кошки на душе скребутся. Скучаю по ним, и уступать не хочу. Ни в этот раз!
— Скучаешь по ним?
— Очень!
— Думаю, вряд ли они просто так отступятся от тебя, ведь ты их невеста и мать их будущих детей. Когда-нибудь придётся мириться, — Варя широко улыбнулась и заговорщически мне подмигнула.
— Угу. Непонятно ещё, какая я невеста. Они мне так и не объяснили, что значит этот статус. Любовница, наверное. Другого объяснения нет.
— А мне Михаил совсем другое говорил, — вдруг выпалила Варя, удивив меня ещё больше. И когда это они успели такие откровенные разговоры вести? Что-то Варька темнит на счёт Михаила.
— И что он сказал? — прищурилась я.
— Что они тебя выбрали. Что ты теперь их… и что они теперь тебя, на фиг, никуда не отпустят, — говорит, а сама улыбается. Издевается, зараза! — В общем, замуж они тебя взяли. Навечнооо.
— Ага! Значит, без меня, меня женили? — плотно сжала губы, прорабатывая в голове будущий план мести. — Ладненько. Я им это ещё припомню.
Ещё долго болтали с Варей о том и о сём, пока странное чувство не оглушило меня. Ещё после обеда я почувствовала ЭТО, но не придала этому большого значения. А сейчас это чувство усилилось и буквально выпирало из меня, ища выход.
Звуки. Запахи. Ощущения. Они стали другими, более насыщенными, яркими.
И это было так… необычно и волнительно.
Вот, прямо сейчас… Могу поклясться, что слышу, как течёт кровь по венам у Вари. Слышу, как сердце толчками выбрасывает кровь, открывая клапаны. Чувствую её сладковатый запах… он приятный… и не отталкивающий. Совсем не такой, как был день или два назад.
Да, кровь мне предлагали ежедневно, но я боялась её пить и даже нюхать. Мне это казалось неестественным, ведь я всё ещё ощущала себя человеком.
А сейчас…
Сейчас, мне хочется попробовать. Хотя бы капельку… на язычок… всего одну… ощутить её вкус… распробовать…
— Ники-и-и!!!
Сквозь туманную пелену слышу испуганный голос Вари. Поднимаю на неё глаза и тут же сталкиваюсь с её взглядом. В нём плещется дикий страх и ужас. Да что же случилось такое?
— Ники, — её голос дрожит, и она с трудом произносит слова. — У… у тебя… клыки.
Что?! Клыки?! Уже?!
Поднесла руку ко рту и нащупала два длинных острых клыка.
Мамочки! Началось!
В панике резко соскочила с дивана, и тут же меня метнуло к стене так быстро, что я даже сообразить не успела, как это произошло. С ужасом вжалась в стену и громко закричала, глядя в перепуганные глаза подруги:
— Уходи отсюда, Варя! Уходи! Быстро! — хватаю ртом воздух, паника меня захлёстывает.
Варя соскакивает с дивана и пулей несётся к двери.
— Я кого-нибудь позову, — успевает сказать, прежде чем захлопнуть дверь.
А меня начинает трясти… в буквальном смысле этого слова. Дрожь по всему телу волнами расходиться по позвоночнику. И внутри меня всю распирает от чего-то необъяснимого. И жжёт… Словно по венам течёт не кровь, а раскалённая лава.
Я в панике заметалась по комнате. Потом меня начало бросать от стены к стене резкими толчками. Наверное, проявляется моя суперскорость. Только я, блин, не умею ей управлять! Вот совсем! Поэтому набила себе уже с десяток шишек на лбу, врезаясь в стены на бешеной скорости. И да, это было больно.
Врезаясь в стену, я реально чувствовала боль, но она быстро притуплялась, буквально за одну секунду, а потом исчезала совсем. Это радует! Вы даже себе не представляете как, потому что, то бесчисленное количество раз, что я «поцеловалась» со стеной, в любой другой ситуации кончилось бы весьма печально.
Кое-как добралась до ванной, опять же не вписавшись в дверной проём. Залезла в душ и включила воду… ледяную. Постояла под ней минут десять и только потом меня отпустило. Тело перестало дрожать и жжение внутри прекратилось.
Облегчённо выдохнув, вышла из душевой, подошла к зеркалу и взглянула на своё отражение. Клыки исчезли, даже не заметила как и когда это произошло. Как появились внезапно, так и исчезли. Зато в глазах появилось багровое марево.
Жуткое зрелище.
Вернувшись в комнату, я обнаружила на столике бокал с кровью.
Кажется, кто-то уже вовремя подсуетился. Наверное, следующим этапом будет жажда… или желание кого-нибудь загрызть.
Если честно, то я очень этого боюсь. Боюсь причинить кому-то вред.
Подошла к столу и взяла бокал. Сладковатый терпкий запах ударил в нос.
Приятный…
Во рту вдруг всё пересохло, как в Сахаре.
Я нетерпеливо облизала губы.
Раз у меня всё равно нет выбора, то лучше уж так, чем чьё-то горло.
Поднесла бокал к губам и сделала первый глоток.
А ничего так. Вроде даже вкусно. Словно это и не кровь вовсе, а какой-то вкуснючий заморский напиток. Даже сама не ожидала.
Присосалась к бокалу и не заметила, как опустошила его до дна. И чувствовать себя стала гораздо лучше. Довольная и умиротворённая забралась в мягкую постельку и уснула в обнимку с подушкой.