Глава 6

Вероника

Когда я приоткрыла тяжёлые после глубокого сна веки, то сначала не сразу сообразила, где нахожусь. Повернула голову и заметила Анатолия Сергеевича, сидящего на стуле рядом с моей кроватью. Он поднял на меня отрешённый взгляд, и устало покачав головой, спросил:

— Как же ты умудрилась влезть во всё это дерьмо, Вероника?

Я удивлённо округлила глаза. Он что ещё меня в чём-то обвиняет? Капец!

— Анатолий Сергеевич, разве я виновата в том, что меня похитили, а сейчас… ещё раз похитили! Я не просилась, не напрашивалась!

— Я знаю… знаю… Но всё же… Как же так? — в его глазах читалось непонимание и сожаление. — Я бы не удивился, если бы это была моя Варька. Она всегда была взбалмошной и любительницей приключение на свою пятую точку, но ты… Ты всегда была примерной девочкой, здравомыслящей, поэтому я был очень рад, что ты общаешься с моей дочерью, надеялся, что рядом с тобой она не скатиться в какую-нибудь глубокую яму. Ты всегда мне была как дочь. Сашка просил меня, чтобы я о тебе позаботился если с ним вдруг что-то… И я заботился… как мог. Не доглядел… Не сдержал слово, — качая головой мрачно произнёс он. — И мать твоя тоже, хороша! Выскочила замуж за этого австралийца и бросила тебя одну…

— Это неправда! — возмутилась я, защищая мать. — Мама меня не бросала! Я сама отказалась ехать в Канаду. Хотя она и умоляла меня поехать с ней. И сейчас зовёт. Я сама не хочу покидать Москву и нашу квартиру. Хотела стать самостоятельной. Да и слишком много воспоминаний… о папе… И с Варей не хотелось расставаться, тем более что мы поступили в один вуз, — я присела в кровати и с надеждой взглянула на Немирова. — Анатолий Сергеевич, прошу вас, помогите мне. Я не понимаю, почему я здесь и зачем, — глаза вдруг наполнились слезами и готовы были вот-вот покатиться по щекам. — Мне страшно! Я хочу домой.

— Ох, Вероника. Если бы всё было так просто, — тяжело вздохнул он. — Ты даже сама не понимаешь, во что ты вляпалась и как глубоко увязла в этом. Олег Петрович сказал, что вампиры с тобой что-то делали, какие-то эксперименты, и ты теперь носишь в себе плод этих варварских опытов.

Мне даже стало обидно и больно за то, что моих малышей здесь воспринимают как что-то неодушевлённое, как какой-то инородный предмет внутри меня. А слышать это от почти родного (как я считала) человека вдвойне больней.

— Да ничего они со мной не делали, Анатолий Сергеевич! Ни каких опытов, ни каких экспериментов! Это вы тут пытаетесь сделать из меня лабораторную мышь. А то, что вы называете ПЛОДОМ, так это ведь живые дети. Мои малыши, которых я уже безумно люблю. И мне плевать на вампиров и что они там планировали… они только мои.

— Вампиры тебя изнасиловали?

— Нет, меня никто не насиловал, — я отрицательно замотала головой. Нахмурилась, признавая горькую правду. — Всё было взаимно.

Анатолий Сергеевич долго сидел молча, хмурил брови, словно что-то обдумывая и что-то решая. И когда, наконец, решил, произнёс:

— Видит Бог, я пытался защитить вас с Варей от всего этого ужаса сегодняшнего мира. От этой вампирской нечисти, — с ненавистью выплюнул он слова, — и позорной участи быть кормом для кровососов. Но судьба распорядилась иначе…

— Вы поможете мне? — с замиранием сердца спросила я.

— Конечно, я помогу тебе. Отвезу домой, сделаю всё что нужно, но… только после того, как из тебя вынут… ЭТО, — он брезгливо кивнул в сторону моего живота.

Я тут же инстинктивно прикрыла его руками в защитном жесте.

— Нет, — шепчу, ели слышно, а из глаз текут слёзы, прокладывая жгучие дорожки по щекам. Чувство обречённости и абсолютной беспомощности накрывает меня с головой. — Пожалуйста. Я вас умоляю! Не делайте этого. Они ведь ни в чём не виноваты. Это всего лишь маленькие беззащитные крошки. Я уже люблю их и хочу, чтобы они жили.

— Ты сама не понимаешь, о чём ты говоришь, Ника! То, что внутри тебя, это не человеческие дети, это монстры, которых мы не можем впустить в наш мир. Ещё не известно на что они будут способны и, вообще, сможешь ли ты их выносить. Вдруг они убьют тебя ещё до рождения? Поэтому так будет лучше, Вероника. Олег Петрович возьмёт эмбрионы для исследований, а потом мы решим, как вернуть тебя домой.

Теперь я уже точно осознаю, они меня не выпустят отсюда. И сделают всё, что задумали. Последний человек, на которого я надеялась, предал меня, без сожалений и жалости, в угоду каким-то непонятным амбициям.

Сжала кулачки, до боли впиваясь ногтями в ладони, а потом, вскинула на него полный ненависти и презрения взгляд.

— Если бы на моём месте была Варя, вы бы ей тоже так сказали — сделай аборт?

— Сказал бы, — не раздумывая, ответил он, снова повергая меня в шок. — Этим тварям не место в нашем мире.

Он вышел за дверь, а я осталась с чувством дикой тревоги и безысходности.

За дверью услышала голос Берга. Он подошёл к Анатолию Сергеевичу, и они о чём-то начали спорить. Напрягла слух. Неожиданно появившаяся способность сейчас была как нельзя кстати.

— Ну, что она, что-нибудь сказала? — спросил Берг.

— Нет. Она утверждает, что вампиры с ней ничего не делали. Я не знаю, Леон, может мы ошибаемся насчёт неё? Может Иванов что-то напутал?

— Олег Петрович не мог ошибиться. Ты же знаешь, он повёрнут на своих опытах над вампирами. Семь лет исследований так ни к чему и не привели, а тут появился реальный шанс покончить с этой заразой. Он уверен, что то, что внутри девчонки приведёт нас к успеху.

— Хорошо, — согласился Анатолий Сергеевич. — Но после всего я заберу её домой. В Москве же вся семья думает, что она умерла.

— Погоди, Толик. Мы не можем пока её отпустить, мы же это уже обсудили. У нас, наконец, появился реальный шанс отловить первородного. Я уже договорился, завтра нам доставят эту нановулереновую суперклетку. Она точно сможет удержать в себе первородного вампира. А девчонка нужна нам, как приманка. Тем более, если её и так считают мёртвой, значит одной проблемой меньше. В случае неудачи можно пустить в расход.

— О чём ты, Леон?! Вероника дочь моего друга, она с детства росла у меня на глазах, я не могу так поступить с ней.

— Перестань, Толик! Ты же знаешь, слишком много поставлено на карту. Мы потратили бешеную тучу миллиардов на эту чёртову клетку. Мы не можем сейчас отступить только потому, что в тебе взыграли жалостливые чувства, — раздражённо произнёс Берг. — Тем более моя разведка доложила, что вампиры уже активизировались. Все! Понимаешь? Все пять кланов рыщут по всему миру. Они ищут её, — он поднял руку, указывая пальцем прямо на меня. — И рано или поздно они её найдут. Поэтому мы должны быть готовы к этому. И готовы к любому исходу…

— Ты думаешь, мы сможем… их победить? — неуверенно спросил Анатолий Сергеевич.

— Нет ничего невозможного, — приободрил его Берг. — Сейчас наша главная задача поймать хотя бы одного первородного. Посадим его в клетку, научимся убивать. А когда он сдохнет, тем же способом убьём остальных. Мы с тобой ещё войдём в историю, Толик! — Берг по-дружески потрепал Немирова по плечу. — Наши правнуки будут читать про нас в школьных учебниках! Возьми себя в руки. Идём.

Берг увёл Немирова куда-то по коридору, а я так и сижу на кровати в тихом ужасе от всего услышанного.

Они точно все тут сумасшедшие!

А близнецы…

Они меня ищут. Но найдут ли? Успеют ли?

Не думала, что после всех последних событий скажу это, но сейчас я очень хочу, чтобы они нашли меня, спасли наших малышей. А потом будь что будет.

Из раздумий меня вырвал голос Олега Петровича. Он зашёл в комнату с медицинским подносом в руках, поставил его на тумбочку.

— Вероника. Я сейчас сделаю тебе укол очень сильного успокоительного. Хочу, чтобы ты успокоилась и не впадала в истерику. Через пару часов сделаем операцию и поверь… Всё у тебя будет хорошо.

Олег Петрович взял шприц и потянулся к моей руке. А я как-то автоматически, действуя на инстинктах, перехватила его руку, сжав с такой силой, что очкарик даже побледнел от неожиданности. Если честно, то я сама от себя не ожидала такой реакции. И откуда у меня в руках взялось столько силы? Скачок адреналина, что ли?

Олег Петрович поправив на носу очки, повернулся к двери.

— Девил. Помоги мне.

Опять этот мерзкий тип, что лапал меня в самолёте. Не нравиться он мне.

Девил вошёл в комнату и с похабной улыбочкой направился ко мне. Подошёл к кровати, навалился, придавив меня одной рукой, даже особо не напрягаясь. А второй помог очкарику справиться с моей рукой, пока тот колол укол.

Сделав своё «грязное дело» мужчины скрылись за дверью. А меня, кажется, начало клонить в сон. Совсем некстати. Что он мне за дрянь опять вколол? Я не должна спать. Нет. Не должна…

Не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как я упорно боролась со сном. Я, то засыпала, кажется всего на мгновение, а потом снова выныривала из сна, с тревогой озираясь по сторонам. Я боялась… боялась и с ужасом ждала того момента, когда они придут за мной.

В очередной раз, вынырнув из сна, я заметила мужскую фигуру, стоящую возле окна. Мужчина стоял спиной и задёргивал плотные жалюзи, отрезая нас от окружающего пространства. Тревожное чувство закралось под кожу, разгоняя остатки сна.

Мужчина обернулся, одарив меня предвкушающей ухмылкой.

Девил! Кто бы сомневался.

Всё то время, что я здесь нахожусь, он не спускает с меня своего мерзкого сального взгляда. Я ещё тогда в самолёте поняла, что он не оставит меня так просто в покое. Обязательно найдёт момент, чтобы воспользоваться…

Я пулей соскочила с кровати и отбежала к стене, больше мне деваться было некуда.

— Что тебе нужно? — испуганно говорю я.

Внутри нарастает паника. Предчувствуя беду, сердце в груди начинает колотиться с бешеной силой.

— Иванов решил отложить свои опыты до вечера, а с тебя велели глаз не спускать, — ухмыляясь, произнёс Девил. — Вот я и буду сейчас тебя охранять… основательно. Всё равно тебя в расход пустят, если начнётся заварушка с вампирами. И я подумал… Чем чёрт не шутит. Попробую хоть раз такую сладенькую девочку. Порадую себя, — хрипло произнёс мужчина и двинулся ко мне.

Я вжалась в стену, с диким ужасом наблюдая, как этот истекающий слюной «козёл» медленно приближается.

— Не подходи ко мне! Я буду кричать! — говорю дрожащим голосом.

— Комната звуконепроницаема, кричи сколько влезет. Я не против, — мужчина довольно ухмыльнулся.

Я даже глазом не успела моргнуть, как он придавил меня к стене своим огромным телом. Задрал мои руки над головой, крепко удерживая одной рукой, а второй принялся жадно шарить по моему телу.

— Кровососы умеют выбирать себе шлюх, — довольно заметил Девил, тиская мою грудь. — Красивая. Ладная. Было бы больше времени, я бы с тобой позабавился. Ну а сейчас можно и по-быстрому.

— Нет! — пискнула я.

— Что нет? Не нравлюсь? — презрительно скривился мужчина. — Кровососам своим давала, а мне не хочешь, — он с силой сжал мой подбородок рукой, заставляя смотреть в его глаза. — Вампирская подстилка! Ну, скажи… понравилось тебе трахаться с вампирами, а? Как они тебя имели по очереди или сразу вдвоём?

Меня вновь затопило отчаяние. По щекам потекли слёзы и всё тело начала бить крупная дрожь. Чужие грубые прикосновения приносили только боль и ужас безысходности. Я начала впадать в состояние истерики.

— Поверь, я тебя сейчас не хуже отделаю. Будешь стонать подо мной, как под ними, — зло прошипел Девил и впился ртом в мои губы.

Я думала, что сейчас задохнусь от жуткого тошнотворного чувства. Его язык настойчиво шарил по моим губам пытаясь проникнуть внутрь. Никогда ещё не чувствовала себя настолько отвратительно.

Не знаю, откуда у меня взялись силы, напитанные первобытной яростью, но в следующее мгновение я со всей дури вцепилась зубами в его вертлявый язык. Девил взвыл, как раненый зверь. Отпустил мои руки и отскочил в сторону, закрывая рот рукой. Вскинул на меня дикий звериный взгляд и зарычал:

— Ах ты, сука! — сплюнул кровь и с размаху ударил меня по лицу.

Удар был настолько сильный, что мне на мгновение показалось, будто из глаз посыпались искры. По инерции я упала на пол, больно ударившись локтем о кафель. Во рту появился металлический привкус крови. Наверное, губу мне разбил. Сволочь!

А дальше всё происходило как в самом страшном фильме ужасов. Только это было не в кино, а прямо на моих глазах.

Девил навалился на меня, оседлав сверху, и обездвижив моё тело. Схватил руками пижаму и с силой рванул, разрывая тонкую ткань.

Я завизжала изо всех сил, срывая голос.

А в следующее мгновение мужчину оторвало от меня и с грохотом впечатало в стену. Девил заскулил, сыпля отборным матом.

Я подскочила с пола и в панике отползла к стене. А потом, увидела их…

Мои близнецы…

Как два дьявола в ночи. Все в чёрном и с полыхающим адским пламенем в нечеловеческих глазах.

— Что за бляд*** — Девил не успел договорить.

Николас схватил мужчину за шкирку и, развернув его к себе спиной, с диким рыком впился в его шею клыками. И, кажется, он даже не пил кровь, а именно вгрызался, остервенело, рвал зубами его плоть, вены, со звериной яростью выдирая сухожилия, отчего кровавые брызги хлестали во все стороны.

Спереди к нему подошёл Алекс и в одну секунду с маниакальной лёгкостью (как нож в масло) пробил грудную клетку рукой. А потом с невозмутимым видом вынул оттуда ещё пульсирующее сердце.

Всё… Конец…

Мужчина мёртвым кулем упал к ногам первородных.

Я сижу возле стены с огромными круглыми глазами, в которых плещется дикий ужас и одновременно восторженный трепет от того, что я снова вижу их.

Они всё-таки пришли за мной… не оставили… не бросили…

Видок у них, конечно, был тот ещё. Увидела бы при других обстоятельствах, напугалась бы до дрожи в коленках. Все в крови, глаза горят безумием и диким блеском. Но сейчас я так рада была их видеть, что просто не могла налюбоваться.

И видимо я ещё не до конца отошла от пережитого стресса, потому что даже не заметила, что по моим щекам продолжают течь слёзы, а руки дрожат, придерживая обрывки пижамы на обнажённой груди.

Одно краткое мгновение и близнецы уже сидят возле меня на полу. Они нежно гладят меня по волосам, вытирают слёзы и шепчут… шепчут… шепчут…

— Тише… малышка… успокойся…

— Всё хорошо, маленькая моя. Всё кончено…

И тут меня прорвало, словно плотину. Громкие, надрывные рыдания рвались из груди. Слёзы градом. Завываю и всхлипываю уже на груди одного из близнецов, а он прижимает меня к своему телу, такому сильному, надёжному и… родному.

— Всё… всё, маленькая. Успокойся, — шепчет Алекс и гладит меня по спине.

Вдоволь наревевшись, я немного успокоилась и притихла.

Николас сорвал с постели покрывало и завернул меня в него, а затем поднял на руки, как пушинку, и понёс по коридору. А я прижалась к его груди, как к спасательному кругу, чувствуя себя абсолютно спокойно и защищено.

Когда Николас нёс меня по коридору, я сначала не обращала внимания на то, что происходит вокруг, но когда мы вышли на улицу, и я почувствовала свежий прохладный ветерок, то подняла голову… из любопытства. Ох, лучше бы я этого не делала. Зрелище было похлеще любого ужастика.

Возле здания лаборатории и по всему периметру территории базы было… Даже не могу описать словами. Это было… как… сплошное кровавое месиво. Трупы солдат с оторванными головами и конечностями были… везде. Из живых, похоже, остались только вампиры. Их было много… очень много. Целая армия с горящими кроваво-красными глазами и со звериным оскалом на окровавленных лицах.

— Не смотри на это, Ники, — тихо говорит Николас и заботливо прикрывает моё лицо пледом.

Я даже не думаю сопротивляться, только крепче прижимаюсь к его груди.

— Как она? В порядке? — слышу встревоженный голос Иво.

Ого! И он здесь!

Похоже, близнецы действительно подняли все кланы, чтобы найти меня.

— Она в порядке, не волнуйся. Мы уезжаем. Алистер, — позвал Ник. — Сделайте здесь зачистку. Пленных доставите к Михаилу.

— Не волнуйся, мы здесь приберём, — ответил Алистер.

Николас осторожно усадил меня в большой внедорожник, сам сел рядом с одной стороны, а Алекс — с другой. Прижалась к нему, тыкаясь носом в плечо, как бездомный котёнок. Так было тепло и спокойно рядом с ними, что я не заметила, как уснула.