Глава 25

— Будь осторожен, дорогой, — рассматривала Найна взволнованное лицо Иэрена, отражающееся в магическом шаре. — Меня рядом не будет, я нужна вам тут. Переходи очень аккуратно, чтобы тебя не засекли. Уверена, что следить за тобой будут пристально. Советую тебе пользоваться порталом на драконьей горе — это самое безопасное для тебя место. И передавай привет от меня нашей девочке. Навещу ее, как смогу. Она все еще не пришла в себя?

— Нет пока, — отозвался Иэрен, и лоб его прорезала глубокая морщина.

— Не волнуйся, все с ней будет хорошо. Переход этот тяжелый даже для нас с тобой, что уж говорить о ней…

Со стороны входа в пещеру раздался грохот, и тут же слуха Найны коснулся злой голос:

— Открывай, веуда! Я знаю, что ты прячешься в своем логове!

— Долго ждать не пришлось, — усмехнулась Найна отражению Иэрена.

— Это Алв?

— Собственной персоной.

— Он тебе ничего не сделает?

— Ну пусть попробует, — еще шире улыбнулась веуда. — Я уже и не помню, как он выглядит, столько не видела его. Да и желания не было, разве что, необходимость заставила. Прощай, Иэрен. Берегите себя оба!

Найна быстро потушила шар и легко подскочила на ноги. Пружинящей походкой отправилась к выходу из пещеры.

— Все тот же мрак. И почему я не удивлен? — криво усмехнулся Алв, жадно разглядывая Найну.

Впервые за долгое время веуде захотелось прикрыть свою наготу. Но и ее взгляд блуждал по телу сура долины воинов с не меньшей жадностью.

Алв изменился. Не постарел, нет, но раздался в фигуре — стал еще мощнее. Волосы отросли и придавали его виду некую неряшливость. Свирепую неряшливость. И этот взгляд — хищный и жестокий, как хорошо, оказывается, она его помнила. А ведь прошло столько лет с момента их последней встречи.

— Пустишь? — кивнул Алв на внутренности пещеры. — Или так и будешь держать в дверях?

— Не могу сказать, что гость ты желанный, но проходи, коль заявился, — посторонилась Найна, позволяя Алву войти.

Мимоходом окинула поле перед скалой — нет, пришел к ней Алв один. Что ж, храбрости в нем не поубавилось за эти годы, значит.

— Алв, мое время дорогого стоит. Говори, зачем пожаловал, или проваливай! — не сдержала Найна раздражения, когда минуты текли, а воин продолжал хранить молчание, расхаживая по главной зале пещеры и заглядывая в каждый уголок.

— А ты все такая же радушная хозяйка, — с не самой оброй иронией посмотрел на нее Алв. — Что, даже своей фирменной настойки не предложишь дорогому гостю?

— Гость ты мне не дорогой, в гости тебя не приглашала, настойку не обещала… Переходи уже к делу, — вздохнула Найна и опустилась на шкуру возле камина. Что-то от присутствия этого дракона в ее пещере, стало как-то зябко. Да и воспоминания нахлынули непрошенные.

— Я не соглашалась становиться твоей женой. Отойди, Алв, иначе сделаю больно, — невольно попятилась Найна от воина, когда злость, сочащаяся из его глаз, стала невыносимой.

Он настиг ее, когда она почти дошла до камня предков. В последнее время это место стало излюбленным для Найны — только здесь она находила успокоение для своей метущейся души.

— Тебя обещал мне сур, — сделал Алв шаг ей навстречу.

— Стой, где стоишь! — вытянула Найну руку. — Иначе я за себя не ручаюсь.

— Боишься меня? — усмехнулся Алв.

— Боюсь себя, — отозвалась Найна. — Я не дочь суру и не его собственность. Моя судьба и тело находятся только в моих руках.

— Но ты же любишь меня…

— Не люблю, Алв, и никогда не любила. И я ошибалась, желая видеть тебя не таким, какой ты есть.

— И какой же я? — прищур его глаз очень не понравился Найне. Алв терял над собой контроль, и веуда сконцентрировалась, чтобы вовремя дать ему отпор, если потребуется.

— Жестокий и любящий только себя. Жадный, мечтающий о безграничной власти. Алчный не в меру. Похотливый, любящий истязать чужую плоть… Мне продолжать?

— Таким ты меня видишь, значит?

— Такой ты есть, Алв, — вздохнула Найна.

Она хотела остаться одна. С недавних пор одиночество стало самым надежным ее спутником. С тех пор, как у камня предков ей открылось ее истинное предназначение, что-то умерло внутри Найны. Многое умерло… Она перестала бояться, не ждала больше любви чьей-либо, научилась ценить себя такой, какая есть — изменилось все, кроме ее любви к близким. И Алв в их число не входил никогда!

— Я не отступлюсь, ты знаешь, — прорычал Алв, глядя на Найну исподлобья.

— Тебе придется это сделать, если не хочешь, чтобы я заставила тебя силой.

Кончики пальцев уже покалывало, и Найна знала, что долго сдерживать себя не сможет. Если Алв сейчас не уйдет, то она за себя не ручается.

— Ты еще пожалеешь об этом, веуда! — отступил (хвала Творцу!) воин. — Жизнь длинная, и кто знает, где нам придется пересечься.

Вот они и пересеклись… Нет, Найна и раньше видела Алва — на тех же полях сражения. Но она избегала с ним встреч. А теперь вот она перешла ему дорогу, и чем это закончится, пока даже она не знала.

— Где она? — приблизился к ней Алв и смотрел сверху вниз. Тяжесть его взгляда Найна ощущала физически.

— Там, где ты ее никогда не достанешь, — ответила веуда, не глядя на воина.

— Зачем тебе это?

— А тебе зачем, Алв? — вскинула Найна на него глаза, чувствуя, как внутри разгорается злоба и желание защитить во что бы то ни стало.

— Она совершенное оружие, как ты не понимаешь! Она так сильна, что даже мне становится страшно… С ней мое войско будет непобедимым, мы сможем одолеть всех врагов… Найна, ты должна мне отдать ее…

Алв упал перед ней на колени и больше всего сейчас напоминал Найне душевнобольного. Он не молил ее, а словно бредил. Глаза воина заволокла пелена одержимости. И одержим он был властью над всем миром. Вдруг стало так страшно от мысли, что если он получит желаемое, что Найна невольно поежилась.

— Стань моим союзником, веуда, и ты не пожалеешь…

— Уходи, Алв! — громко перебила его Найна. — Уходи, пока я еще могу себя сдерживать. Ты никогда не получишь Айру. Пока я жива, точно! Прочь из моего дома!

Медленно Алв выпрямился. И все это время не мигая смотрел на Найну.

— Тогда мне придется убить тебя, веуда, — процедил сквозь зубы. А глаза его уже горели ярко-желтым.

Если он перекинется в ее пещере, то убьет себя сам. Но опасения едва успели зародиться, как сразу же угасли. Алв быстрым шагом направился на выход.

— Я найду ее, — обернулся на середине пути. — И тогда я убью еще и того, кто дорог тебе. А девчонка все равно станет моей — во всех смыслах! — громко хохотнул он и скрылся из виду.

Значит, война, — с грустью подумала Найна. Впрочем, и ее она предвидела с недавних пор.

***

До чего же смешная и даже нелепая комната, хоть и довольно просторная. Но сколько тут всего лишнего и непонятного. Например, что это за полосатые куски материи на полу? Или вот эти картинки на стенах? И зеркало мутное и старомодное…

Иэрен оглядывался, стоя посреди комнаты с драгоценной ношей на руках. Айра выпала из межпространственной воронки прямо ему в руки. Она была без сознания, и первым делом Иэрен связался с Найной. Веуда успокоила его, что обморок наложницы плавно перейдет в глубокий сон, что очнутся она может не раньше завтрашнего дня, и что он может не волноваться за нее. Но не волноваться он не мог, зная, через что сегодня пришлось пройти бедняжке. И поддержать он ее не мог, а вот посходить с ума в потайном мире Найны ему пришлось изрядно, пока дождался…

В углу комнаты стояла совсем узкая кровать — на нее Иэрен и опустил девушку. Какое-то время рассматривал ее бледное лицо и бескровные губы, прежде чем сообразил накрыть ее одеялом. Должно быть, она ужасно замерзла, да и ее ледяные руки говорили об этом. Освободить Айру от одежды Иэрен не рискнул, хоть и в какой-то момент мелькнула такая мысль.

В комнате имелась еще одна кровать, в точности такая же, как первая. Недолго думая, Иэрен придвинул ее вплотную к той, на которой лежала Айра, быстро разделся и тоже забрался под одеяло. Получилось ложе, где они помещались вдвоем без труда.

Он крепко обнял девушку и прижал к своей груди. Жутко мешало тяжелое и немного колючее платье, но мысль раздеть ее в очередной раз пришлось отбросить. Кто знает, как она отреагирует. Он же уже тому был рад, что она спаслась от смерти, что держит он ее в своих объятьях, как и вдыхает неповторимый аромат ее волос и кожи. Единственное, что позволил себе Иэрен, прежде чем сон завладел и им, так это прижаться губами к бархатистой коже на девичьей шее. И даже эта невинная ласка отозвалась напряжением в паху.

***

— Не может быть! — эти слова сорвались с губ Айры первыми, стоило ей только распахнуть глаза.

Она лежала в своей кровати, в общей с Миакой комнате. Сквозь занавеси на таком знакомом окне робко пробивались солнечные лучи, а с улицы доносился воробьиный щебет и шелест листвы. Только почему-то кровать Миаки была сдвинута с ее. Зачем, интересно?

Айра села и вспомнила все, что с ней произошло. Могло ли случиться так, что воронка вернула ее в человеческий мир, в ее родной поселок, в дом тетушки и дядюшки? Если нет, то как, все-таки, она оказалась в своей светелке?

Под толстым одеялом, да еще и в этом парчовом платье было ужасно жарко. К тому же, жесткий воротничок натер шею, как и манжеты — запястья. На кресле-качалке, за которое они с Миакой все время сражались, Айра обнаружила свежие блузу и сарафан. Это была ее одежда — выстиранная и выглаженная. Должно быть, тетушка Гела позаботилась и принесла ту в ее комнату.

Не мешкая, Айра сбросила с себя надоевшее платье и облачилась в легкую и приятную одежду. А потом приблизилась к двери и прислушалась. В доме она находилась не одна — до слуха отчетливо доносились какие-то звуки. И это не тетушка гремела кастрюлями на кухне. И точно не дядюшка занимался ремонтными работами в сарае. Звуки были незнакомыми Айре. А еще она отчетливо различила чье-то надрывное дыхание, очень похожее на мужское.

Она очень хотела верить, что оказалась дома, и до ужаса боялась разочарования. Все это может быть лишь продолжением ее сна, похожего на явь. Да и Найна, когда обещала ей надежное убежище, ни словом не обмолвилась про родной дом.

Дверь получилось отворить так, что та не скрипнула. А на пороге Айра замерла, окончательно перестав что-либо понимать. Из собственной спальни она попала в один из залов замка сура зеленой долины. И пусть раньше ей не доводилось бывать именно в этом зале, но отделка зеленым шлифованным камнем ей была хорошо знакома.

К ней спиной стоял по пояс обнаженный мужчина. Мышцы бугрились на его торсе, когда он выполнял какие-то упражнения руками, в которых удерживал тяжеленные с виду гири. И это он так громко дышал.

Кто это?

Что тут делает?

И как ее дом мог превратиться в замок сура?

Вопросы вихрем пронеслись в голове Айры. Она оглянулась и убедилась, что светелка никуда не делась. В тот момент, когда снова собралась спрятаться за дверью, чтобы не обнаруживать себя раньше времени, мужчина с грохотом опустил гири на каменный пол и резко повернулся к ней лицом.

— Торин! — крик вырвался из самой души, и Айра не сразу сообразила, что кричала именно она.

А ноги уже сами несли ее к тому, о ком она мечтала и плакала одинокими ночами, чье лицо помнила до мельчайших подробностей, а вкус губ до сих пор ощущала на своих губах. И именно его она видела сейчас все ближе. А еще через секунду и прижалась к горячей и немного влажной груди, вдыхая такой родной и ни с чем не сравнимый запах.

— Я так хотела!.. Так хотела!.. Боялась верить и ждала! Я так люблю тебя, что, кажется, сейчас умру! Я скучала, тосковала, мечтала…

Слова выплескивались из Айры рваными и неразборчивыми. Она хотела высказать их Торину все сразу, а получалась какая-то белиберда.

— Тише, родная, тише… Все хорошо, успокойся, — гладил ее Торин по спине, лаская губами ухо и обдавая то жарким шепотом. — Это я, и никуда я не денусь. Я тут, с тобой. Все хорошо, не плачь…

Его губы ловили ее слезы, осушая те. Прижимались к ее губам, заглушая всхлипы. Сильные руки дарили тепло и защиту. А еще Айру переполняло счастье, которого раньше она не испытывала. И от всей этой смеси чувств голова шла кругом.

— Это правда ты? — спросила она через какое-то время, когда смогла успокоиться. Но перестать обнимать Торина была не в силах, как и гладить его лицо, ощущая под пальцами легкое покалывание щетины.

— Я, любимая, — улыбнулся он, а потом снова припал к ее губам. Они пили друг друга, и никак не могли утолить эту жажду. Сейчас Айра отчетливо понимала и верила, что Торин испытывает все то же, что и она.

— Но как? Как ты тут оказался? — уткнулась Айра носом в ямку на шее Торина и в который раз шумно втянула воздух. И ей было все равно, что он может подумать, она никак не могла им надышаться.

— Это долгая история, которую я тебе обязательно расскажу. А сейчас, если ты позволишь, я бы хотел… любить тебя со всей страстью, — с легкой заминкой проговорил Торин, глядя на Айру такими глазами, в каких она читала все и без слов.

Она хотела того же и с не меньшей силой, чем он!

— Да, — только и смогла ответить, а уже в следующий момент он заносил ее на руках в спальню.

Айра не узнавала Торина — того немногословного сурового воина, которого боялась, несмотря на силу своей любви к нему. Внешне он не изменился, но вел себя так… как будто дороже Айры не было у него никого в целом свете.

— Я сдвинул кровати, — проговорил он, бережно опуская ее на ложе. — Ничего?

— Хорошо, — улыбнулась ему Айра.

Он волновался не меньше ее — она это читала в его глазах. И сейчас ей хотелось подбодрить его, хоть из них двоих именно он был сильнее. А еще в голове зрело много вопросов, которые она обязательно задаст Торину, но после…

Айра принялась расшнуровывать сарафан, тайком поглядывая на Торина. Он же продолжал стоять рядом с кроватью, словно не знал, на что решиться дальше. И взгляд его был прикован к пальцам Айры, которые от волнения принялись дрожать.

— Давай, помогу, — опустился он на кровать, заметив, что Айра окончательно запуталась в шнуровке.

Какие у него сильные пальцы! И как ловко он ими управляется! Айра залюбовалась руками Торина и не заметила, как он расшнуровал сарафан и спустил лямки с плеч. А когда взялся за верхнюю пуговичку на блузе, то взглядом испросил у Айры разрешения.

Им нельзя быть вместе, ведь она принадлежит суру, как и он служит в его войске. Но разве что-то имеет сейчас значение?

Возможно, они рискуют жизнь, намереваясь любить друг друга в этом тайном и уединенном месте. Но если они откажутся от этого, то вряд ли смогут жить дальше.

Айра первая приникла к губам Торина, когда и от блузки он освободил ее. Он же накрыл ее своим телом.

Лицо Айры уже горело от поцелуев и смущения, когда Торин проскользил губами по шее и прикоснулся к груди. Сколько затаенной ласки было в его смелых касаниях. Айра невольно выгибалась ему навстречу, забыв про стыд и страх. Она чувствовала руки и губы Торина повсюду, и дарили они ей настолько полное наслаждение, какого не испытывала никогда.

— Мне кажется, что ты любил меня уже. Наверное, это случилось с нами во сне… — счастливо пробормотала Айра и сразу же застонала от новой волны наслаждения.

А вот Торин повел себя странно — он замер и настороженно посмотрел на Айру. Рука его чуть сильнее сжала ее грудь, а глаза загорелись желтым.

— Я сказала что-то не то? — удивилась Айра.

Она страстно желала продолжения откровенных ласк, о которых даже в тайных мечтах не грезила, и тело ее, не укрытое его телом чувствовало себя сиротой.

— Нет, любимая, все хорошо, — улыбнулся Торин, но как-то поспешно. Глаза его оставались серьезными, когда он приблизил лицо к Айре. — Не думай ни о чем, просто позволь мне любить себя. И если даже что-то тебе покажется странным, не обращай на это внимания. Всему есть объяснение, поверь, — и он снова припал к ее губам. Мысли же Айры, не успев созреть, вновь пустились в радостное парение.

Он точно ей приснился — все было так знакомо и естественно. То, как ласкал губами и языком ее грудь, заставляя внизу все скручиваться в тугой узел. А потом покрывал поцелуями ее живот, оживляя самые потаенные струны в душе. И когда язык Торина коснулся ее там, между ног, Айра беззастенчиво позволила ему это сделать, потому что знала заранее, насколько полное удовольствие от этого получит.

А когда Торин медленно опустился на нее, и его упругое естество уперлось ей в лоно, Айра лишь пошире раскинула ноги, чтобы впустить его в себя как можно глубже. И в тот момент ее не волновало больше ничего: ни сур зеленой долины со всеми возможными запретами; ни кара за то, чем они сейчас с Торином занимались; ни опасность, которой оба они подвергались, прячась в потаенном мире Найны… Все, кроме них и того, что между ними сейчас происходило, отошло на второй план. Айра поняла, что этого мужчину любит настолько сильно, что любовь эта затмевает все остальное.

А после того, как они одновременно достигли наслаждения, и их любовные соки смешались, Айра счастливая уснула в объятьях Торина, вверяя ему свою жизнь.