Глава 9

Иэрен неотступно следовал за наложницей. Она не останавливалась, но шла так медленно, что хотелось подтолкнуть ее. Только выдавать свое присутствие точно не стоило, хоть промедление и злило его невероятно.

Чего она тащится как вареная? И такая вялая… Плечи опустила, смотрит в пол, сворачивает, не задумываясь куда. Так следующий провал никогда не появится, ведь нужен страх. А девушкой овладела апатия ко всему после пережитого стресса с пауками. Видно, испугалась она сильнее, чем следовало, и теперь вот никак не отойдет.

Когда терпение Иэрена достигло пика, он решил прибегнуть к небольшой магической хитрости. Без особых усилий он создал вокруг наложницы промораживающий холод. Но и его эта несчастная не сразу заметила. Иэрен видел, как девичья кожа покрывается мурашками, как белеют ее щеки и нос. Ну же! Встряхнись, пока совсем не замерзла тут! — хотелось крикнуть ему. А она все шла вперед, пока окоченевшие ноги сами не подкосились. Вот тогда она словно ожила и принялась озираться по сторонам. Иэрен видел, как во взгляд наложницы возвращается осмысленность, и радовался своей находчивости. Не забыл он и вернуть тепло, пока она тут не околела совсем.

— Что это было? — пробормотала Айра. — Или мне все только показалось?

Ощупав себя взглядом и руками, она встала с пола и продолжила путь. А второй провал уже мерцал впереди — Иэрен его заметил первым и подобрался в радостном ожидании. Интересно же, чего еще боится эта трусливая душонка.

***

Лицо Айры пылало и пощипывало. Она так и не поняла, откуда взялась стужа. Могла бы посчитать ее игрой воображения или сном, если бы кожа не вела себя так, словно она какое-то время пробыла голышом на морозе. Не разболеться бы теперь…

Айра растерла себя руками и вгляделась вперед. А там что-то красиво мерцало и переливалось всеми цветами радуги. Что же это такое? Где существует и кем создано место, в котором все настолько далеко от реальности? Вот и пауки ведь были ненастоящими — теперь Айра в этом не сомневалась. Но что-то ей подсказывало, что захоти мохнатые чудища навредить ей, получилось бы у них это без труда.

Первый раскат грома заставил ее вздрогнуть и замереть на месте. И сразу же откуда-то сверху полил дождь. Над головой распростерлось грозовое небо. Все его и очень часто прорезали огненные зигзаги. Гром все усиливался, как и дождь. Айра моментально промокла и побежала вперед, чтобы хоть где-то укрыться от дождя. Она уже и забыла, что и ненастья тут не должно быть, что оно тоже ненастоящее. Страх гнал ее в убежище. От грома она оглохла, а от дождя ослепла.

Убежать далеко не получилось — на пути Айры выросло новое препятствие, пострашнее прежнего. Она стояла на верху лестницы, убегающей далеко вниз, теряющейся в густом тумане. И не было даже перил, в которые бы можно было вцепиться, чтобы удержаться.

— Бедовая ты какая-то, Айра, — выговаривала ей тетка Гела, отругав перед этим как следует и даже похлестав хворостиной. — Видно, в прошлой жизни что-то связано у тебя было с ненастьем и лестницей, будь они неладны! — смачно сплюнула она. — Ох, прости меня, Творец наш всевышний, — тут же воздела глаза к потолку.

Айра сидела на полу возле печи и тихонько всхлипывала. Мягкое место болело после тяжелой руки тетушки. Лишь сочувствующий взгляд дяди Пикрена и служил ей утешением.

Разговор этот состоялся несколько лет назад, когда Айра еще была голенастой девчонкой. Отправила ее тетка за какой-то травой, названия которой Айра уже и не помнила. Росла трава эта на горе, и вела туда выдолбленная прямо в скале крутая лестница. По дороге к скале застал Айру сильный дождь. А увидев лестницу, она и вовсе не смогла двигаться дальше. Так и сидела у подножья, под дождем до самого вечера, где ее и нашел дядюшка. А всему виной стал страх, частенько выливающийся в ночные кошмары, когда снилось ей что стоит она на краю лестницы — крутой и убегающей вниз, такой длинной, что не видно конца ее. Стоит и боится пошевелиться, судорожно вцепившись в перила. Сон делал этот страх чем-то невероятно большим и пугающим. Во сне Айре казалось, что нет ничего страшнее этой лестницы. Наяву она обходила лестницы стороной. Под дождем же, если попадала под него, страдала и душой, и телом. Дождь неизменно рождал в душе тоску, а на глаза просились слезы.

А сейчас все было как в страшном сне, только еще и с грозой, которая все усиливалась. Дождь лил уже стеной, и под его струями ступени лестницы становились скользкими. Айра чувствовала, как ноги начинают скользить к краю верхней ступени. И рядом не было ничего, за что она могла бы зацепиться.

А может, так и лучше? Пусть все сейчас и закончится — ее жизнь со всеми кошмарами. Пусть эта лестница заберет ее и избавит от дальнейших страданий.

***

Иэрен приглушенно выругался, когда наложница не удержалась и соскользнула с лестницы. Невидимой тенью он рванул за ней раньше, чем успел хорошенько подумать. И через мгновение тело девушки, что находилась без сознания сейчас, сжимали его руки.

Она была вся мокрая и безжизненно бледная. А еще холодная как сосулька в белой долине.

— Пожалуй, для первого раза с нее хватит, — пробормотал Иэрен, невольно прижимая наложницу к своему горячему телу в попытке отогреть. — Кто ж знал, что твои страхи так велики, — посмотрел он на ее лицо и убрал прилипшую к виску темную прядь волос.

Вскоре Иэрен вынес ее из лабиринта. В холле замер на короткое время, но так ничего и не придумал лучше — отправился со своей нежеланной ношей в свою же спальню.

На лестнице Иэрену попался слуга.

— Передайте мне вашу ношу, хозяин. И скажите, куда отнести ее, — протянул к нему слуга руки.

— Нет! — ответ прозвучал раньше, чем успел сообразить. — Я сам.

— Но…

— Я сам, сказал! — повысил голос Иэрен и прошел мимо удивленного слуги.

Дверь в спальню открыл ногой, хоть так выплескивая часть злости, что росла в душе. Почему она такая слабая?! Куда как проще мстить сильному врагу, а не той, кто теряет сознание от вида пауков или боится дождя, как кары небесной. А он… Он повел себя как тряпка! Вместо того, чтобы велеть слуге отнести наложницу на мукомольню, притащил в свою спальню. Зачем? Спать он с ней не собирается, да и невозможно это сейчас.

Иэрен опустил девушку на кровать и застыл над ее неподвижным телом. Взгляд скользил по девичьей фигуре, и Иэрен поймал себя на мысли, что любуется плавными изгибами и природной грацией. А потом он увидел ее руки и нахмурился. Опустился на край кровати и взял одну руку Айры. Вся ладонь была покрыта мозолями — застарелыми и совсем свежими. Грубая шершавая ладонь, вызывающая отвращение. Разве такими должны быть руки красивой девушки?

Взгляд Иэрена сместился на лицо наложницы. В глаза бросилась пугающая бледность и изможденность. Тени под глазами, которые и делали их неестественно огромными. Губы какие-то бескровные и потрескавшиеся. Волосы тусклые. На ступнях, что выглянули из-под подола платья, проступили голубые жилы — признак натруженности, скорее всего. И даже такой она казалась Иэрену красивой. Ненавистно красивой, какой только может быть заклятый враг.

Быстрым шагом Иэрен покинул спальню. Слуга дожидался его в холле, ведь он не отпускал его еще на покой, а ослушаться его никто не смел в замке.

— Приведи мне Керна, — велел Иэрен и опустился на мягкий диван. — И поторопись.

Он знал, что Керн уже крепко спит, но и это его мало волновало. Решение созрело в голове, а о последствиях он подумает позже.

Надсмотрщик за наложницами явился быстро. Заспанный, всклоченный, но готовый исполнять любые поручения хозяина. Слугу Иэрен отпустил — лишние уши ему сейчас были ни к чему.

— Садись, — кивнул Керну на стул возле небольшого столика на изогнутых ножках.

Тот послушно подчинился.

— Наложница с мукомольни проведет эту ночь в замке. Завтра ты явишься за ней на рассвете и отведешь обратно. С завтрашнего дня ты уменьшишь ей норму вдвое…

— Как? — вскинул на него Керн удивленные глаза.

— Ты плохо слышишь? Снизишь ей норму вдвое. Дашь ей два выходных и разрешишь гулять по долине.

— Но тогда она будет встречаться с другими наложницами и жителями долины…

— Пусть! — перебил Иэрен. — Пусть гуляет где пожелает и сколько пожелает. Еще усиль ее питание, давай ей больше продуктов.

— Сделаю все, как вы велели, — кивнул Керн. — Что-то еще?

Если он и был удивлен, то виду больше не подавал. И это правильно — начни Керн задавать вопросы, Иэрен за себя не ручался. Он и сам пока не знал, зачем все эти послабления. Но чувствовал, что поступает правильно.

— Завтра отведи ее к целительнице. Пусть подлечит ее. Все. Можешь быть свободным.

Керн поклонился и молча покинул замок. Иэрен же еще долго сидел в темном холле и вспоминал то, что увидел в лабиринте. И перед глазами его стояло измученное и испуганное лицо наложницы. Еще и с желанием подняться в спальню и взглянуть на нее приходилось бороться. Сон так и настиг его на этом диване.

***

Айра пробудилась от холода, что сковал все ее тело. Сначала ничего не могла вспомнить, как и сообразить, где находится. Она лежала на огромной кровати в чьей-то богато обставленной спальне. Ее не раздели и не укрыли (наверное, потому она и замерзла), и с ней рядом никто не спал — это тоже было очевидным.

Преодолевая ломоту в теле, Айра встала с кровати и прошлась по пушистому ковру к камину. Зола оказалась теплой, значит, погас камин совсем недавно. И сразу же в комнату проникла утренняя прохлада.

И тут Айра вспомнила минувшую ночь. Зеленую дверь, странный коридор за ней, пауков и лестницу… Кто вынес ее оттуда и доставил сюда? Платье на ней высохло, как показал беглый осмотр. И переодеть ее тоже не посчитали нужным.

Взглянув в зеркало, Айра ужаснулась собственному виду. Лицо бледное, волосы всклочены, платье измято. И нет возможности привести себя в порядок — где взять воду, чтобы умыться, Айра не знала. Пришлось пригладить волосы при помощи пальцев, а лицо растереть ладонями, чтобы к нему вернулись хоть какие-то краски. Ну и платье Айра постаралась разгладить хоть немного.

А что дальше? Не успела она так подумать, как дверь распахнулась, и в комнату вошел Керн. В отличие от нее, надсмотрщик выглядел свежим и опрятным. Айре даже немного завидно стало, как и стыдно за свой вид.

— Выспалась на хозяйском ложе? — усмехнулся Керн и окинул Айру многозначительным взглядом.

Тут же лицо затопил жар. На что это он намекает, ведь ничего такого и не было.

— Чего вытаращилась? Пошли уже! — прикрикнул на нее Керн.

— Куда? — поинтересовалась Айра.

— А чего это ты раскудахталась? — нахмурился Керн. — Думаешь, если получила послабления, то теперь будешь ходить в фаворитках? Как бы не так!

— Какие послабления? — едва поспевала Айра за Керном, спускаясь по лестнице. А тот несся вперед, словно за ним гнались.

— А, ну да! Ты же еще не знаешь, — неожиданно рассмеялся Керн. — Я тупица! — хлопнул себя по лбу. — Расскажу все по дороге, не боись. Райская жизнь теперь для тебя наступает.

Что? В подобное верилось с трудом, после того, чем занималась Айра в последнее время. И чем она заслужила какие-то там милости?

— А куда мы идем? — вновь поинтересовалась она, когда поняла, что ведет ее Керн в противоположную от мукомольни сторону.

— К целительнице, — буркнул паренек, который снова стал угрюмым.

— Зачем?

— Ну чего ты заладила. Сказал же, что все расскажу. Иди за мной и не отставай!