Глава 2
Она только вздохнула, чтобы задать вопросы, но он опередил и заговорил сам.
— Еду я заказал, ее привезут через двадцать минут. Только не делай глупости на глазах у курьера.
Стелла кивнула, а про себя удивилась — он позвонил в обычную доставку? Рискованно, ведь продукты вполне могли бы подогнать подельники. Неужели он действует один? Впрочем, это была не самая насущная тема.
— Потом ты поешь и отправишься спать, — мужчина перебил ее мысли, — обживайся в спальне.
Она вскинула голову.
— Сколько ночей я там проведу?! Обозначь хоть порядок цифр! Одну, две, двадцать?
Он прищурился.
— Хоть сто одну, — отрезал он, — разве это так мало в сравнении с целой жизнью?
Стелла ничего не ответила. Она не любила философские рассуждения о жизни, и уж тем более не горела желанием разводить их с этим мудаком. Он на какое-то время оставил ее в гостиной, и она просто лежала, рассматривая потолок. Если так дальше пойдет, ей станет плевать на ту самую жизнь. Девушка ощущала дичайшую слабость.
Вскоре киллер снова появился в комнате и велел ей отправляться на кухню. Стелла слышала до этого стук двери из прихожей, вероятно, приезжал курьер. Голод погнал ее ослабшее тело в пищеблок. На всякий случай девушка держалась за косяки, чтобы вновь не свалиться.
Она ожидала увидеть на кухне его, но помещение оказалось пустым. Лишь на большом овальном столе стояло несколько контейнеров из доставки. В одном Стелла нашла рис с курицей и овощами, в другом неожиданно грибной суп-пюре. Девушка хмыкнула — мужлан сделал выбор прямо как заботливая бабушка.
Ела она быстро. Стелла бы не припомнила, чтобы когда-то так торопливо поглощала пищу. Самым нутром она боялась, что ее прервут, и она не успеет насытиться. Суп обжигал небо, но ей было плевать. Желудок согрелся, сердце забилось ритмичней, и она хоть немного пришла в себя. Но все же также оперативно старалась проглотить второе.
— Я обещал тебе еду, не нужно так спешить.
Стелла вздрогнула всем телом в ответ на эту успокаивающую фразу. Ей показалось, она прозвучала самодовольно.
— А я не привыкла верить обещаниям, — ей хотелось обесценить его пафос.
Но тот лишь усмехнулся.
— Тогда почему ты здесь?
Стелла не переставала жадно есть.
— Я не хочу умирать, — искренне сказала она, — а защитить от отморозка такого высокого уровня меня просто некому.
***
Клим и сам не понимал, какого черта назаказывал этих супчиков и прочей горячей еды. Дядя велел кормить ее остатками хлеба и пустой кашей, которые станут привозить из его кафешки каждый вечер. Но исполнитель, очень рискуя, решил накормить «гостью» нормально. Он объяснял это только тем, что если она загнется, дело пойдет насмарку. Ради цели он даже ослушался наставника, хотя такие случаи можно было перечесть на пальцах одной руки. Да и то прежние произошли в детстве.
Двадцать пять лет назад мальчик Клим Жемчугов твердо решил стать врачом. Он мечтал вылечивать сердца взрослых и детей, чтобы больше никто не умирал, так как его мама. Он знал, она болела с рождения. И уже в старшем возрасте понял, окончательно ее ослабили роды. Женщина в прямом смысле выжала из своего здоровья жизнь для него и его сестры.
Медицина стала не просто мечтой, а целью. Уже в седьмом классе Клим углубленно штудировал биологию и химию. Ходил на экскурсии в музей в медицинском университете. Пусть и без материнской ласки, но его дни протекали спокойно и в принципе счастливо. Он делал уроки, иногда их прогуливал, влюбился в тоненькую девчонку из параллели.
Но на пороге выпускного класса его жизнь кардинально изменилась. Он уже был наполовину сиротой, но внезапно из семьи веселого отца, воспитывающего детей по принципу дружбы, и маленькой тихой сестренки попал под кров к властному опекуну.
После гибели отца и сестры дядя не дал ему оказаться в приюте, но вначале мальчик даже мечтал о нем. Он был в шоке от спартанской дисциплины, четкого графика и правил, что установил дядюшка. Делами Клима стали лишь учеба и спорт. О друзьях и девочках пришлось забыть. Уже взрослый тогда парень даже плакал порой среди ночи. В то же время оспаривать опеку и самостоятельно сдаться педагогам не хватало решимости. А через пару лет он уже не мыслил другого образа жизни.
В медицинский он даже не подавал документы, дядя пристроил его в военное училище. А параллельно сам начал готовить к особой тайной службе. На благо общественного порядка страны.
Клим поднялся с кровати, по времени девушка уже должна закончить с едой. Не нужно оставлять гостью без присмотра, приказал он себе. А еще в нем подняло голову любопытство, в чем он, конечно, себе не признался. Мужчина медленно, не делая шума, прошелся по квартире.
В гостиной и на кухне Стеллы не оказалось. Дверь комнатки с фиксаторами на кровати была не заперта, но и там было пусто. Он прислушался — в санузле рядом лилась вода. Девушка вновь принимала душ.
Он должен все контролировать, именно так. Клим опустил ладонь на дверную ручку, повернул. Створки в этой квартире не запирались, он сразу увидел сквозь прозрачную стенку душевой стройный силуэт. На загорелой женской коже он не заметил пены, девушка просто стояла под струями воды.
Клим плотно сжал челюсти, кивнул сам себе. Отличный момент для нового видео, он и не думал, что будет делать их по нескольку за день. Мужчина не мог назвать себя ходоком в плане секса. Напряжение, конечно, снимал регулярно, но не испытывал стояк на всё, что движется. А Стелла его манила…
Он резко дернулся в сторону спальни, снял с полки маленькую камеру. Прибору была не страшна влажность и высокая температура. Мужчина примостил его на зеркале над раковиной. Резко распахнул душевую. Не сняв футболки и брюк, резко схватил ошалевшую девушку за попу. Плотно прижал к себе.
Она ахнула, не устояла на ногах и завалилась на него. Клим держал достаточно крепко.
— Только не надо снова имитировать обморок, — попросил он ее на ухо.
Стелла открыла от возмущения пухлые губы, на которых дрожали капельки воды. Мужчина проводил одну струйку взглядом — она скользнула по гладкому язычку и разбилась об обнаженную грудь. Он не выдержал и впился губами в ее рот, такой нежный и вкусный. Это явно не входило в правило игры, член отреагировал мгновенно и уперся ей в живот.
Девушка ни на секунду не ответила, но он все равно сделал несколько жадных движений языком. Еще одно и его губу обожгла боль. Он почувствовал характерный привкус крови.
— Найди себе бабу и лезь ей в рот, — прошипела его «секс рабыня».
Немыслимая дерзость, ему стоило выгнать ее тут же или припечатать лбом о кафель. Хотя бы оставить памятную шишку. Но он только пригвоздил ее к стене, опустив ладонь на острую ключицу. Большим пальцем одной руки чуть нажал на горло, а другой провел меж бедер. Она инстинктивно сдвинула ноги, но не успела помешать ему. Мужчина уверенно скользнул рукой в уже другие гладкие губки.
Проникнуть глубоко у него внезапно не вышло. Клим прищурился — девственницей она явно быть не могла, значит, слишком сильно напрягла мышцы. Они охватили его палец колечком. Девушка вскрикнула.
— По-моему, в правилах не было сопротивления, — напомнил он.
Она поморщилась.
— Ты будешь иметь меня каждый день? — спросила она, глядя больным взглядом.
— А ты разве не хочешь скорее покончить с этим?
Она лишь молча раздвинула ноги. Ему вдруг стало противно, но не от нее… Трахать податливую куклу ему совсем не желалось. Но не выгонять же ее и бороться со стояком рукой? Он посмотрел на ее тонкие пальчики, и его орган вновь сделался каменным.
Клим закрыл кран, поток воды остановился, теперь их окутывал лишь пар. Мужчина открыл дверцу кабины так, чтобы их тела попали под прицел камеры. Девушка молча хватала ртом воздух, пышная грудь взымалась и чуть подрагивала. Зеленые глаза смотрели в упор.
Он выдержал взгляд, взял ее за запястье и опустил руку себе на пах. Ее ногти непроизвольно царапнули плоть, по его телу прокатилась волна возбуждения. Почему он заводился наедине с пленницей как молокосос, Клим не знал. Но словно под гипнозом он потерся членом о ее ладонь.
Стелла все поняла правильно и обхватила рукой его пенис. Судя по силе нажатия, она была не прочь оторвать его, но на рожон не полезла. Девушка старалась казаться равнодушной, а, может, и была таковой. Клим не понимал ее чувств, да и не хотел размышлять об этом. Он думал только о том, что выполняет заказ.
Впрочем, очень скоро он вообще лишился способности соображать. Нежные пальцы ритмично скользили вдоль члена, он инстинктивно положил ладонь ей на грудь, сжал меж пальцами сосок. Она закусила губу, но не отстранилась. Движения становились все сильнее и быстрей, она явно хотела приблизить его оргазм.
Клим был не против, ощущая, как возбуждение разрывает мозг. Он подавался вперед, когда ее пальцы замедлялись у головки. А стоило ей резко сжать мошонку, зарычал от наслаждения и излился на хрупкое запястье. Горячка отступала, и на ее место приходил страх — он слишком остро реагирует на близость той, чью жизнь намерен разрушить.
Она демонстративно вымыла руки и уже ушла к себе, а он все стоял у открытого окна, стараясь выгнать все эмоции. В итоге так и не добился цели и отправился спать, чуть не забыв отключить и забрать прибор для съемки.
***
Стелла лежала на спине на той самой кровати, где он впервые тронул ее. Но ей было плевать на этот факт и на кандалы, поблескивающие в сумраке спальни. Она смотрела на белеющий сверху потолок, и никак не могла прийти в себя после того, что только что произошло. Хотя его действия оказались еще сравнительно безобидными, но вот ее ощущения такими нельзя было назвать.
Отец считал ее испорченной, такой же, как мать. Она не помнила, когда он впервые ей это сказал, она просто была в курсе его отношения всю жизнь. В подростковом возрасте он перешел от слов к действиям — не давал лишних карманных денег, строго следил, чтоб дочь ночевала дома. Узнавал, не видели ли ее с парнями.
Отчасти ее выручал его характер — папаша постоянно создавал новые лекарства и просто помешался на своих изобретениях. Что творилось вокруг, мало замечал. Она могла тусить весь день и вечер где угодно, а потом он возвращался домой под ночь и проверял ее наличие в комнате.
Не улавливал он запах алкоголя, сигарет. Хотя Стелла и сама не любила дурманить себе сознание. Что-то пробовала, но прелести не ощущала. Постоянная и желанная гостья золотых компаний не имела вредных привычек, спать уезжала домой. Но никогда не чувствовала себя правильной или хорошей.
Очередное доказательство пришло только что. Рядом с голым киллером она испытала не только страх. А потом эта нормальная эмоция вообще ушла на задний план. Стелла возбудилась… От вида набухшего пениса с ровной кожей, ощущая рукой его крепость, жар его плоти. Она с силой ласкала его и хотела слышать все новый и новый рык удовольствия. Девушка прижала ноги к груди.
В этой квартире она совсем выпала из реальности. Если она выйдет отсюда, ей понадобится психотерапевт. Стелла лежала, не двигаясь, и ждала спасительного сна.
***
Клим по привычке открыл глаза в 6 утра, и хотя еще чувствовал потребность в сне, поднялся. Он цеплялся за обычный график как за соломинку, чтобы не утратить способность контролировать себя. У него даже проскочила уверенная мысль не трогать пару дней эту девку. Он начинал бояться ее, словно это он был ее пленником.
Но повод отвлечься пришел сам собой. Около семи на его мобильный раздался звонок от дяди. Тот приказал явиться к нему.
— Как мне оставить ее? — нахмурился Клим.
— Я пошлю Федора, — отмахнулся начальник, — дождись его, и сразу отправляйся.
Климу не совсем понравилась идея — Федя Лещев был новеньким, молодым и, как казалось Жемчугову, слишком идейным. Да и самостоятельность из энергичного парня так и перла. Внутри Клима завозилась тревога.
Впрочем, инструкции шефа тот вряд ли нарушит, убить или покалечить Стеллу не решится. А остальное не должно его волновать, хватит вестись на поводу у странных эмоций.
Девушка еще спала, когда прибыл Федор. Клим окинул ее взглядом, прикрыл дверь в спальню и поспешил к наставнику.
Часа через два с половиной Клим подъехал к ничем не примечательной многоэтажке. Его дядюшка всю жизнь прожил в трехкомнатной сталинке. Когда-то именно здесь он выделил комнату сыну младшего брата. Сейчас тот подошел к двери, привычно утопил звонок и услышал отголоски птичьей трели из недр квартиры.
Дядька открыл. Коренастый, лысый, в черном тренировочном костюме он походил на обычного московского пенсионера. Мужчина кивнул Климу и чуть хлопнул по плечу, приглашая войти. Затворил за ним дверь, и они оказались в полностью звукоизолированном помещении.
Внутри жилье старшего Жемчугова также было непритязательным. Добротный аккуратный ремонт без излишеств, скромный интерьер, обустроенный холостяком. Если вдруг зайдет сантехник из жэка или забежит кокетливая соседка — ничего странного они здесь не увидят.
Родственник даже традиционно предложил Климу чай, словно они сейчас начнут обсуждать политику или погоду, а не шантаж человека интимными видео его дочери. Клим согласился посидеть на кухне, и мужчины расположились за круглым старинным столом.
— Докладывай, — велел дядя, отхлебнув напиток из белой чашки.
Племянник сцепил пальцы на столе.
— Два видео уже готовы, — сообщил он, — но насколько целесообразно… Думаешь, Спасского достаточно встревожит эта домашняя порнуха?
Дядя поджал губы.
— Я всегда знаю, что делаю. А вот ты слишком горишь местью. Мы могли бы, конечно, истязать девчонку. Избить до полусмерти, грубо изнасиловать целой группой. Но тогда ее отец сразу побежит в полицию!
— А увидев ее под посторонним мужиком на видеозаписи, он так не поступит? — приподнял брови Клим.
— Это не в его интересах, — отрезал начальник, — и пока ее жизни не угрожает опасность, он сохранит трезвый ум. Привлечение внимания органов ему совсем не нужно. Да и нам тоже…
Клим вскинул взгляд.
— А нам чего опасаться? Неужели ты не сможешь договориться о разделении сфер влияния? Мы же тоже…
— Ты слишком многое хочешь знать!
Хозяин квартиры почти отшвырнул от себя кружечку, янтарные капли прыснули на белую скатерть.
— Я понимаю твое желание отыграться на Элле, — наставник взял себя в руки, — но пока никакого насилия. Если я передумаю, она будет в твоем распоряжении. Причинишь ей столько боли, сколько захочешь.
Клим на миг оцепенел, представив корчащуюся девушку. Черт, он совсем не желал этого! Столько лет он мечтал заставить ее отца испытать те же чувства, что переживал он, потеряв близких. Теперь инструмент для цели в его руках, и он… Не хочет его использовать.
— Ты очень странно себя ведешь, — дядя констатировал уже понятные Климу вещи, — раньше ты не спорил, не лез с инициативой. Включи рассудок, сынок!
Племянник опустил голову. С детства обращение «сынок» означало высшую степень недовольства опекуна. Наверное, дядя прибывал в шоке. Ведь Клим действительно прежде лишь точно и молчаливо исполнял его приказы.
Он и сам не помнил, с какого момента начал слепо доверять дяде. Уж в восемнадцать Клим твердо верил — впереди его ждет служба на страже справедливости. Но что «добро» придется отстаивать, убивая людей, узнал лишь к двадцати пяти.
Убирать крупных чиновников, бизнесменов, с которыми ничего нельзя было сделать согласно букве закона. Впрочем, та система, на которую он работал тоже была государственной. Но туда попадали, не подписывая трудовой договор. Орган был совершенно закрытым для всех посторонних, его туда привел дядя.
О профессии киллера Клим не мечтал. Однако дядя поставил вопрос прямо — или племянник с ним в одной упряжке, или они разбегаются навсегда и забывают о существовании друг друга. Парень не представлял своей жизни без старшего родственника, на подсознательном уровне он уже просто каждый день ждал приказы. Остаться одному казалось равносильно смерти, да и цель новой работы представлялась благой. Его семья как раз пала жертвой человеческой лжи и предательства. Теперь он будет защищать от дурных людей целую страну.
***
Стелла проснулась от прикосновений, шершавая рука наглаживала ее шею. Она уже приготовилась сообщить киллеру, что он ненасытное животное, но распахнув глаза, просто громко ахнула. Перед ее постелью стоял совсем другой человек.
— Привет, крошка, — полноватый молодой брюнет улыбался наивно и почему-то радостно.
Она прокашлялась и села.
— Ты кто такой? — быстро спросила Стелла.
Еще не хватало ей поменять мучителя. У этого верзилы явно на лице написан интеллект улитки.
— Я за тобой присмотрю, пока Клим отъехал по делам, — бесхитростно сообщил парень.
«Значит, Клим», — кивнула про себя Стелла.
— Хочу поесть, — сказала она вслух.
Стоило как-то заставить бугая выйти из ее спальни, а самой одеться.
— Перетопчешься, — хмыкнул он.
Да уж, а начиналось все мило.
— Оставь меня одну, я оденусь, — она сказала прямо.
Но охранник лишь ухмыльнулся.
— Ага, сейчас. Хочешь в окно сигануть?
Стелла закатила глаза.
— Я бы могла это сделать давным-давно.
Она не верила, но сейчас бы не отказалась от присутствия этого Клима. Раздевающий взгляд темных глаз напротив заставлял нервничать.
— За что ты угодила сюда?
Забавно, он не знает?
— Тебе видней, — отрезала она.
— Что он с тобой делает? Почему тебя нельзя бить? Что ты должна рассказать?
Незамутненность парнишки поражала, но Стелла решила не посвящать его в подробности своего заключения. Еще решит встать на место Клима.
При взгляде на лоснящееся лицо и плотное тело девушка чуть не испытала рвотный позыв. Почему она не чувствует того же с Климом?
— Он трахает тебя?
Пора остановить это интервью.
— Послушай, — резко сказала она, — отвянь! Задавай вопросы своему дружку.
Собеседник прищурился.
— Он трахает тебя? — с удовольствием повторил он. — Наверное. Так ты быстрее расколешься. Про это мне указаний не было, но сейчас ты сама захочешь выдать информацию. Или наоборот будешь молить не останавливаться…
В пару шагов он оказался рядом и грузно повалился на ее кровать.
Толстяк закинула на нее ляжку, и хоть их ноги соприкоснулись через одеяло, Стеллу передернуло. Ситуация выглядела все хуже, помощи девушке ждать неоткуда. Даже этот псих Клим и не думал возвращаться, хотя не факт, что он встал бы на ее сторону. Может, они бы устроили групповичок. Однако Стелла уж точно на это не подписывалась.
Пока она размышляла, что ей делать, ее временный охранник не медлил. Он облапал ее за все части тела, что смог достать, пока она уворачивалась. Тяжело дышал и все больше заползал на нее. Когда он оттянул резинку трико и достал короткий толстый член, девушка поняла — ее спасение только в ее руках, причем в прямом смысле этого слова.
Она отвлекла похотливого бандита томным взглядом, которым впилась в его глаза. Превозмогая тошноту, Стелла скользнула пальцами по его животу, плотным зарослям на пахе. Несколько секунд и в ладони оказалась горячая плоть. Парень довольно засопел, она до боли прикусила губу.
Девушка провела пальцами по стволу, бугай подался вперед. Она постаралась вывернуться из-под него, села на край кровати. Более подходящие условия для своего плана Стелла создать не могла, потому не стала медлить и что есть силы дернула наглеца за мошонку. Тот взвыл так, что у нее заложило уши.
— Отпусти, с-сука! — парень со свистом втянул воздух.
Он согнулся пополам, так и лежа на кровати. Стелла сама не знала, до какого момента будет держать его за чувствительное место. Стоило как следует отбить у него желание на интим. Заместителю Клима дан приказ не бить ее, потому она надеялась остаться целой. Но не учла, от дикой боли насильник утратит способность соображать.
Парень еще раз вскрикнул и размашисто зарядил ей пощечину. Она успела отпрянуть, пальцами он лишь задел ее скулу. Хотя и этого хватило, чтобы щека загорелась огнем. Стелла зашипела. Прихвостень бандитов и сам испугался, отдернул руку.
— Чего ты добиваешься, тварь?.. — он уже хрипел.
Стелла выпустила из рук его яйца и быстро отбежала к окну.
— А ты чего? — спросила она, вытирая ладонь краем длинной футболки.
Он не ответил. Скатился с кровати и почти ползком покинул ее спальню. Из недр квартиры еще раздавалось протяжное — у-у-у.
Девушка же осталась в комнате и просто сидела на широком подоконнике. Ее временный охранник явно растерял пыл и больше лез к ней. А вот как отреагирует Клим? Не возьмется ли мстить за дружка. У них отчего-то работает правило не подвергать ее насилию, хотя оно всегда может измениться.
Прошло не меньше часа, когда в коридоре послышались шаги. Сердце Стеллы заколотилось, на пороге спальни вновь появился молодой здоровяк. Его лицо еще оставалось перекошенным, из глаз пропал плотоядный блеск.
— В твоих интересах молчать о своей выходке, — сообщил он ей.
Интересно.
— И в твоих, значит, тоже, — устало хмыкнула Стелла, — начальство не оценит инициативу? Хотел расколоть объект, а чуть не лишился парочки своих.
— Послушай, ты!..
Он поднял вверх руку, снова скривился от боли.
— Да ладно, поняла я тебя, — сказала девушка.
Он прямо, но как-то затравленно посмотрел ей в глаза. Развернулся и вышел из спальни. Слава богу, до приезда Клима толстяк больше не подавал признаков жизни.
Тот вернулся, когда минуло еще часа полтора. К тому времени на лице у Стеллы уже налился синяк от лапы глупого урода. Спасало, что отека почти не было, и в сумке девушки нашелся старый тональник. Она замазала синеву, распустила волосы, навесив их на щеку. На каком-то подсознательном уровне посвящать Клима в драку не хотелось.
Стелла стояла на пороге спальни и прислушивалась к звукам. Клим зашел в квартиру, они перекинулись с напавшим на нее бугаем несколькими незначительными фразами. Общий смысл диалога сводился к тому, что парень может идти, и по хлопку входной двери Стелла поняла — он это, собственно, и сделал.
Только тогда она решилась выйти, желудок скручивало от голода. Девушка плохо соображала и не подумала надеть джинсы. Она вспомнила про них лишь когда заметила пристальный взгляд серых мужских глаз на ее ноги. Господи, только б и он сейчас не начал приставать! Кожа против воли покрылась мурашками.
Но киллер, похоже, сам не был настроен на сексуальные развлечения. Он быстро поднял взгляд на ее лицо.
— Я хочу есть, — сообщила Стелла.
Тот пожал плечами.
— Хочешь — приготовь.
— Чего?
Но мужчина лишь кивнул ей на кухню. Стелла медленно прошла в просторную комнату, посреди рабочей столешницы лежал белый пакет. Она заглянула и увидела целую тушку сырой курицы. Девушка скривилась.
— Я не умею делать еду, — равнодушно призналась она.
— Меня это мало волнует, — в тон ей ответил Клим.
Мужчина еще раз пробежался по ней глазами и вышел. Стелла осталась наедине с бедняжкой-курой.
— За что ж нас с тобой так? — спросила она, двумя пальцами схватив скользкую ногу.