53. Леон

– Я обдумаю ответ на твой вопрос…

Дракон внутри недовольно фыркнул, но, к удивлению Леона, больше не возмущался, а затаился и из глубины поглядывал на худышку, изредка подбрасывая в воспоминаниях картинки пещер королевства Миенского, до которых не добирались простые драконы. А потом и выспаться не дал, вспоминая веселый полет в ночи вокруг смеющейся Эжени. И утром разбудил, чуть расцвело – собирать цветы и подыскивать пещеру поближе. И не важно, что ночь прошла в ответах, которые не только нужно было внести в опросник, но еще и расцветить разными цветами по градации важности. Уже закрадывалось подозрение, что девушка не сама придумывает задания для толпы кандидаток в невесты, а берет готовый шаблон. Леона, конечно, это напрягло – где худышка умудрилась узнать все методы отборов? А дракон, на удивление, снисходительно отмахнулся от тяжких дум человека: подумаешь, у каждого свое хобби – может же у девушки быть подобное увлечение.

В общем, с утра дракон облетел несколько полян с самыми-самыми красивыми цветами, чего он никогда не делал, ведь цветы в оранжереях всегда доступны, красивы и пахнут – чего еще от цветов требовать. А вот для Эжени, почему-то, потребовались именно полевые, еще не распустившиеся и в росе.

Леон только улыбался, ведь дракон пока не шел наперекор его желаниям, хотя упорно не отвечал однозначно насчет истинности – молчал как руины древнего алтаря в Лурии. Когда на террасу под дождь из цветов выскочила девушка, а затем с визгом унеслась обратно в комнату, Леон только и смог рассмотреть блондинистую макушку, но от шутки не удержался. Что-то произошло с ним самим с появлением в его жизни худышки – хотелось смеяться и слышать смех Эжени.

А еще он предложил дракону сорвать поцелуй с алых губ, но тут вторая сущность резко воспротивился и даже развернулся от террасы, с возмущением заявляя, что только пещера может стать наградой за столь невероятный подвиг – сбор цветов на рассвете.

А Леон неожиданно для себя ощутил вместе с драконом беспокойство: вдруг поцелуй не покажет истинность, а худышка расстроится или испугается? И перестанет им улыбаться, откажет в ухаживании. Или еще хуже – сбежит в Лурию. Если раньше Леона не заботило, что произойдет после наспех сорванного поцелуя, то сейчас он готов ждать… Кажется, он сошел с ума.

И только сумасшествием можно объяснить, что он, завидев Эжени, несущую по аллее корзину для пикника, затолкал негодующую вторую сущность в самую глубь и незаметно последовал за девушкой. Правда идти пришлось недолго, ведь на аллею поперек дороги выскочил Кастр. Эта рыжая махина с кулачищами-кувалдами и голосом самого древнего простуженного дракона нависла над Эжени, его худышкой, которая выглядела хрупкой тростиночкой рядом с огромной скалой, и принялся наступать.

Дракон внутри вырвался, готовый разорвать обидчика в клочья, но в недоумении притормозил в начале оборота и сконфуженно ретировался на место. Леону оставалось радоваться, что он сам не выскочил из кустов, за которыми скрывался, ведь в порыве гнева дракон умудрялся рвать самые зачарованные одежды. Вот был бы конфуз, узри его Эжени в ошметках штанов, болтающихся на талии, и в лоскутах от рубашки, развивающихся парусами за спиной. А от насмешек друга вообще бы не отделаться целый год.

А у пары за кустами тем временем шел разговор, где оба даже не слушали друг друга.

– Ты эту корзину Камилле несешь? Где она встречается с этим молокососом?

– Разве принц Лассер не одного возраста с тобой? И он, к слову, более уравновешенный, чем ты.

– Он ей не подходит! – кажется, друг ударил по стволу дерева, потому что на Леона посыпались листья.

– Так она не собирается за него замуж прямо сейчас. Ты же ходил на свидания с теми девицами, что пришли на отбор, так почему ей нельзя? И не говори, что она еще маленькая – это мы уже проходили – придумай причину посущественнее.

Над всей аллеей повисла тягостная пауза, потому что прервать мыслительный процесс Кастра не рискнули бы даже кузнечики или мухи.

– Она пришла на отбор, а Лассер вообще в нем не участвует!

– Ну, так все принцы заняты, – был спокойный ответ, а дальше пошло рассуждение, от которого брови Леона удивленно поползли вверх – нахалка придумывала на ровном месте. – Филипп отбивается о трех или четырех свиданий, близнецы собирают опросники, Шун снова отправился дозаряжать артефакт, а Леон…

В этом месте произошла заминка, потому что голос у Эжени непривычно сел, отчего у Леона потеплело все внутри, а дракон довольно заурчал словно кот, которому чешут шею. От удовольствия, что принесли всего два последних слова, Леон чуть не пропустил то, чем он, по версии блондинки, занимается на данный момент – очень, кстати, занимательное занятие.

– Леон, – Эжени прокашлялась и продолжила, – помогает Мухе разобраться с артефактами перевода, что прислали сегодня. Ну, а ты тут на меня кричишь. Так что все заняты.

– Я не занят, – после продолжительной задумчивой паузы ответил Кастр, – я как раз туда шел – дай сюда.

По короткому «ой» Эжени и недовольному упоминанию руко-нижних умельцев, которые магию не могут правильно наложить, Леон догадался, что корзина для пикника перекочевала к принцу, а тот в свою очередь отправился дальше и, похоже, на свидание.

А Эжени осталась одна. Правда, ненадолго. Кусты рядом зашуршали, и на аллею вышел следующий человек, желающий пообщаться исключительно с худышкой.

Леону пришлось остаться в "засаде", поправлять магией одежду и злиться на собственную несдержанность, отчего ему приходится подслушивать разговоры, словно он соглядатай.