Глава 12

В гостиной царил полумрак и томная атмосфера, несмотря на утро. Окна кто-то вновь плотно зашторил, так что желанных гостей я заметила не сразу: они расположились на диване около кофейного столика, спиной ко входу, потому я не видела их лиц и не могла угадать настроение, чтобы правильно начать разговор. Мои нарочито громкие шаги привлекли внимание парочки — они синхронно обернулись и посмотрели на меня. Оливия — все тем же буднично-высокомерным взглядом, а Эрик — с любопытством. Судя по реакции, не признал. В таком случае, можно выдохнуть.

— Доброе утро, господа, — вежливо поприветствовала я и поклонилась. — Господин Редмонд прислал меня на временную замену вашей служанки.

— А кого-нибудь хотя бы не больного в доме не нашлось? — процедила Оливия, ее взор стал презрительным. Я с легкостью пропустила мимо ушей ее недовольство, потому что она может засунуть его куда подальше. Но на всякий случай сделала вид, что смутилась, дабы она не разгадала мой истинный характер, а считала наивной и беспомощной служанкой.

— Ты же знаешь, золотко, у герцога сейчас большие проблемы, в том числе и с персоналом, — ответил ей Эрик, улыбнувшись мне. Добродушие накладывало на его лицо маску неестественности, в отличие от Стефана, чье лицо просветлялось и омолаживалось, когда мужчина улыбался. Эрику Кассано скорее подошла бы хитрая ухмылка, подчеркивающая дьявольские черты светлого лица.

— Такими темпами они никогда не решатся, — ухмыльнулась женщина, но я не поняла, чему именно. Ее радовали проблемы герцога? Странное отношение к человеку, у которого гостишь второй день. Ее высокомерие быстро сменилось болью — поднеся платок к лицу, Оливия лихорадочно закашлялась, а Эрик совершенно никак на это не отреагировал, словно женщина страдала приступами не раз и не два на день.

— Давай не будем о грустном, — предложил Эрик и встал, продемонстрировав мне дорогой синий костюм, который идеально на нем сидел, словно был заказан в ателье.

— Я бы предпочел утреннего чаю, — предложил мужчина, когда приступ Оливии закончился.

— А я — кофе, — женщина хотела зевнуть, но прикрыла рот бледной рукой, на которой сверкнуло обручальное кольцо. Жених опускает ее гостить у мужчины в сопровождении другого? Или жених — Эрик?

— Кофе не очень сочетается с рябиновым вареньем, — как бы невзначай бросил Эрик.

— Опять ты про эту кислятину… — пробубнила Оливия и съежилась, демонстрируя, свое отношение. Меня же его вкусовые предпочтения насторожили. Вернее, навели на определенные мысли. Эта сволочь забрала сверток из того дома, в котором мы впервые встретились, поэтому еды, собранной Аннет, я не нашла при последующей облаве. А сейчас он что, издевается надо мной? В таком случае, заканчиваю операцию сегодня и сваливаю в столицу, где буду в безопасности.

— Подай нам чай, — приказал Эрик. Он смотрел на меня безразличным взглядом, за которым не было ни злобы, ни обиды. Либо хорошо маскируется и притаился, чтобы нанести удар, либо… нет, никакой другой вариант не котируется. Я должна быть максимально настороже.

Вежливо кивнув, я удалилась в коридор, затем спешно спустилась в холл, где нечто остановило меня. Стоит прямо сейчас отправить письмо Стефану, иначе… мало ли что. Предчувствие подсказывало, что ничего страшного не случится, если я немного задержусь с чаем, а вот если не пошлю отчет, то ничего хорошего не будет.

Проверив наличие письма во внутреннем кармане, я вспомнила слова Курта о том, что голубятня находится около палисадника. Украдкой осмотрев все вокруг, я никого не заметила, поэтому побежала к запасному выходу, тихо открыла его и выбежала наружу. Утро было тихое, даже слишком, будто бы я вышла не на задний двор поместья, а на кладбище. Со стороны палисадника некто насвистывал песню, разрезая гнетущую тишину мелодичными звуками. Заинтересовавшись, я подошла к открытой двери в обитель растений и украдкой глянула. Шанталь была занята с орхидеями, которым и насвистывала мелодию, совсем не обращая внимания на происходящее вокруг. На ближайшей ко мне руке из под грязной перчатки блеснул браслет, который старушка поспешила спрятать. Чуйка подсказывала мне закончить с отправкой письма и вернуться сюда попозже, дабы посмотреть, что еще случиться в этом мирном царстве цветом и растений.

Голубятня приветствовала меня невыносимым запахом и кучей перьев. Птички вмиг разлетелись, едва ли я переступила порог и стала осматриваться. Стоги сухого сена, стойла, пустые корыта. Раньше здесь держали скотину? Ладно, не время для выяснения прошлого этого места, вернусь к почте. Среди присутствующих голубей не было ни одного с красной лентой на лапках, хотя мне говорили о трех. Может, в отдельном помещении? Все же обычно почтовых птиц держат в клетках, чтобы они ненароком не улетели в место назначения по собственному желанию, без письма. Слева оказалось хозяйственное помещение с различным инвентарем: и лопата, и грабли, и вилы, все, что угодно, только не то, что нужно. Заглянув за дверь справа от входа, я обнаружила небольшое светлое помещение с окном без рамы, где стоял рабочий стол со свечой и старыми письменными принадлежностями, а рядом стояла широкая чистая клетка с тремя голубями.

— А вот и вы, — удовлетворенно прошептала я, подобравшись к птичкам. Они поприветствовали меня дружным курлыканьем. Осматривая их через решетку, я спешно выбирала самого крепкого на вид голубя, который в силах перенести путешествие до столицы в непогоду и магическое воздействие. Мой взгляд остановился на белой птичке. — Пойдем ко мне, дружок.

Я открыла простую защелку клетки и отворила дверцу. Голуби не двинулись со своих жердочек. Протянув палец, я привлекла внимание белого красавца, а он, к счастью, был не из пугливых. Повертев головой, птичка прыгнула мне на руку, позволяя ее вытащить из домика. Хорошо выдрессировали.

Очень хотелось погладить красивую птичку, найти, чем покормить, но времени совсем не было, поэтому я свернула письмо и прицепила к лапке. Конечно, полноценный отчет ни один голубь не унесет, и тут в дело должна вступить магия. Я не специалист по благословениям, но для работы меня обучили заклинанию, позволяющему придать сил птице или любому другому живому существу, если нужно вдруг срочно и не особо заметно переправить корреспонденцию. Взмахнув руками, я надеялась, что ничего не перепутала, а голубь продолжал невозмутимо смотреть на меня, лишь курлыкнув в ответ на мои действия. Письмо, привязанное к лапке, он поднял, словно пушинку, и вылетел в окно. С десяток секунд смотря ему вслед, я надеялась, что все пройдет хорошо, он доберется без проблем и почта окажется там, где нужно.

Теперь оставалось вернуться на кухню, на скорую руку сделать чай и придумать для господ оправдание. Возвращаясь мимо палисадника, я вдруг остановилась, вспомнив, как несколько минут назад меня накрыло с головой чувство, что надо заглянуть туда еще раз. Я не могла противиться этому порыву, потому подошла к входу и осторожно глянула внутрь. Шанталь все также возилась с растениями, но за время моего отсутствия оставила цветущую орхидею и перенесла на стол горшки с другими растениями. Издалека я призналась полынь, мяту и чертополох. Отличный набор для профессионального зельеварения. Шанталь открывала необходимое количество от растения, сильно перед ним извинялась. Затем занялась перемолкой в ступе. Я знала, что это долгий процесс, поэтому не видела смысла дожидаться окончания. Однако обязательно надо будет вернуться, когда старушки уйдёт отдыхать. Чувствую, что упущу из виду нечто важное, если не сделаю этого.

Шанталь словно ощутила, что за ней наблюдают, и обернулась. Я успела спрятаться, и от греха подальше стала пятиться назад, пока не вышла на дорожку, ведущую к запасному входу, через который попаду на кухню.

Ближе к ночи я постучала в дверь спальни герцога, чувствуя себя уставшей и вымотанной, словно неделю без перерыва провела на работе. Лучше бы так и было, учитывая, что мне пришлось прислуживать надменной Оливии, причём не осталось времени даже на уборку первого этажа, чему я хотела посвятить день.

За дверью послышались твёрдые шаги. Ручка повернулась, из комнаты в коридор стала проникать разрастающаяся полоска света. Устроил нам ужин при свечах, что ли? Романтик, блин, мрачный.

— Что-то ты поздно, — посетовал мужчина, окинув меня обеспокоенным взглядом, и пригласил войти. Ступив в комнату, я ощутила приятный запах мясного рагу, заполнивший все помещение. Голодный желудок неприятно свело. С утра ничего не ела, успела только перехватить чуток из остатков, когда готовила чай на кухне. Надеюсь, Курт не сожрал все сам, а оставил мне хоть немного мясного рагу.

— Много работы, — призналась я, но хотела жаловаться дальше, потому сменила тему: — Не скучал?

— Не успел, — Курт притянул меня к себе и прошептал это буквально в губы. Я хихикнула и игриво уклонилась от поцелуя. Ну уж нет, если хочет постель, пусть для начала накормит. Как говорится: кто девушку ужинает, тот ее и танцует.

— А я скучала, — мечтательно посмотрев вверх, я добавила: — Кроме тебя еще и по еде.

— Ах вот как мы заговорили, — сощурился Курт, а в его серых глазах проскочили искорки озорства. — Значит, я для тебя не самый важный?

Я хохотнула. Действительно хорошая шутка получилась, учитывая характер наших отношений и как долго мы знакомы. Тем не менее, разыгрывать влюблённость надо было. К счастью, мне удалось не потерять голову перед столь очаровательным мужчиной, хотя естественное желание он вызвал у меня одним своим видом. Особенно сейчас, при томном свете свечей, в рубашке, половина пуговиц которой расстегнуты, обнажали шрамы на его мощной груди. Курт был, пожалуй, на полголовы выше Стефана и намного крупнее, хотя это сравнение ничего не значило для меня, ведь второй очаровывал женщин отнюдь не внешностью.

— Вы для меня будете единственным и неповторимым… но только после небольшого ужина, — я склонила голову набок и сложила руки на груди, настаивая на своём. Курт расплылся в снисходительной улыбке и покачал головой.

— Я кто по-твоему, чтобы голодную женщину звать в постель? — Курт отошёл вбок, и моему взору открылся небольшой стол, накрытый на двоих. И правда, романтический вечер. Не надо было сомневаться в манерах этого мужчины. Облизав губы, я решила немного подлить масла в огонь неприкрытой пошлостью.

— Голодную женщину звать в постель как раз таки надо, если речь не про физический голод, — на моем лице появилась неприличная ухмылка, которая Курту очень понравилась. Предложив мне руку, он довёл до стола и усадил за него, придвинув стул, будто бы ухаживал за благородной дамой. Да уж, манеры не пропьёшь.

— Физически голодную женщину устроит мое скромное меню? — поинтересовался Курт, когда сел напротив меня. Под светом свечей я могла разглядеть его внимательнее: черты лица сияли неприкрытым благородством, томный взгляд серых глаз намекал, что он уже с момента моего прихода кувыркается со мной в постели, но из уважения вынужден проявить хоть немного обходительности, чтобы наша встреча не была похожа на любовный вечер у проститутки.

— Мясное рагу и вино? — спросила я, но тут же добавила: — Конечно. Судя по запаху, ничего вкуснее в жизни не пробовала.

Курт самодовольно хохотнул.

— Сам готовил, — признался мужчина. Я удивленно посмотрела на него.

— Серьезно? — спросила я, наблюдая, как он взял штопор и начал расправляться с винной пробкой.

— Да. Очень любил готовить раньше, но перестал после того, как… — было видно, что слова не шли на язык, застревая в горле плотным комом. Курт неприязненно повёл губами и с громким хлопком вытащил пробку из бутылки. — Вам налить?

— Трудно отказаться от вина в такой приятной компании, — продолжала кокетничать я, не желая разрушать атмосферу разговорами о прошлом. А то с его-то пылкостью, боюсь, одно неверное слово, и вечер испорчен. И как тогда достать ключ от его кабинета? Постараюсь больше не говорить ни о чем, кроме отвлеченных тем.

Курт разлил вино по бокалам. Я наблюдала, как он пригубил свой, по старой традиции боясь, что в бутылке яд, но опасения были напрасны. Не будет же мужчина травить сам себя? Ох уж эта моя подозрительность, как бы она настрой не испортила.

— Боишься быстро опьянеть? — спросил Курт, видя мою нерешительность. Я улыбнулась и пригубила вино. На вкус, как и на запах, оно было шикарным, но этим вечером мне очень нужна трезвая голова, так что я отпила немного ради приличия и поставила бокал на стол. Положила себе в тарелку еду из общего блюда и принялась есть, едва ли сдерживаясь, чтобы не начать торопиться и проглатывать кусками, не жуя. Слишком вкусное оказалось рагу, а я слишком голодна.

— Боюсь уснуть быстрее, чем мы сможем заняться… кое-чем интереснее, нежели простой ужин, — грубо намекнула я, а лицо Курта просияло довольной ухмылкой от предвкушения ближайшей ночи. Вообще, я могла бы и не спать с ним, но он был настолько очарователен и мрачен в своей загадочности, что я решила не упускать шанс.

— Не уснёшь. Я не позволю, — ответил Курт. Я хотела как-нибудь пофлиртовать с ним, томно переглянуться или как бы нечаянно оголить чуть больше, чем позволено приличной девушке, но ощутила необычную тошноту. Сьела же совсем немного, тогда почему? Неужели такая реакция организма на мясо? Обычно же его не ем. Надо поскорее переходить в атаку, иначе не дай бог станет хуже, а мне очень надо сегодня развеять все сомнения или найти доказательства, чтобы так или иначе, но завершить дело как можно скорее.

— Ой, кажется, у меня что-то… — растерянным тоном прошептала я, опустив взгляд на свою грудь. Курт отложил столовые приборы и спешно встал, дабы прийти мне на помощь. Склонившись надо мной, мужчина искать причину моей растерянности. Я взяла его ладонь и приложила к правой груди. Корсета в платье не было, поэтому грудь стояла свободно, а через черную ткань можно было нащупать затвердевший сосок. — Чувствуете, как сильно бьется мое сердце?

— Чувствую кое что другое, — охрипшим голосом ответил Курт, но после откашлялся.

— Вам нравится? — я посмотрела ему глубоко в глаза, найдя там зарождающуюся похоть. Вместо ответа Курт накрыл мои губы своим жадным ртом, властно сжав грудь в руке. Вкус рагу смешанного с вином отчего-то вызывал тошноту, но пока я ее контролировала, стараясь настроиться на романтический лад, хотя мой организм протестовал. Я приподнялась, чтобы углубить поцелуй, и мужчина прижал меня сильнее, словно очень ждал инициативы от меня и был рад такому скорому развитию событий. Курт положил руку на мое бедро, нежно погладив, а затем грубо стиснув его, что вызвало во мне приятный трепет.

— Где ты хочешь? — прошептал он мне на ухо, когда прервал поцелуй. Я закусила влажную губу, смущенно отведя взор.

— Важно не где, а как, — утверждала я. Судя по переменившимся чертам лица, мои слова ему понравились.

— И как же?.. — поинтересовался он. Курт облизнул мочку уха, заставив возбужденно хихикнуть.

— Где ваша плетка?

Курт оторвался от ласк моего уха и удивленно посмотрел мне в глаза.

— На комоде, — недоуменно прошептал он. — Ты серьезно?

— Еще как, — подмигнула я и глянула ему через плечо, где и находился комод, в поисках интересной игрушки. — Но хочу ее использовать не совсем так, как вы подумали.

— Ты меня пугаешь, — признался Курт. Не терпя возражений, я быстренько сходила за плеткой и вернулась к мужчине.

— Пойдем в кровать, — предложила я и потянула его в кровать. Удивленный столь странным развитием событий, Курт, тем не менее, покорно последовал за мной.

Оказавшись у кровати, я развернула его спиной к ней и толкнула на мягкие перины. Взгляд Курта стал напряженным, когда я начала вертеть плетку в руках, одарив лежащего подо мной надменным взором.

— Что ты собираешься делать, Клэр? — недоверчивым тоном спросил Курт. Его волосы темной россыпью лежали на белых простынях, напоминая мне прекрасные узоры. Длинные ресницы дрогнули, а зрачки в серых глазах расширились, едва ли я задрала юбки и залезла на мужчину. Раздеваться целиком — значит потерять время, необходимое для осмотра в его кабинете, а потому придется доставлять удовольствие в одежде служанки. Обнажив грудь, я выпятила ее, и Курт с вожделением потянулся к манящим соскам. Легкий удар по руке плеткой поубавил его пыл.

— Собираюсь вас взять.

Курт шумно сглотнул и напрягся. Я ощутила твердый член, упирающийся в брюки.

— Клэр, может, все-таки… — его речь прервалась очередным несильным ударом по руке. Мужчина тихо ойкнул и потряс кистью, на которой начал проявляться красный след. Расправившись с пуговицами, я обнажила его грудную клетку и нагнулась, чтобы пройтись языком от кадыка до волос, прямой дорожкой ведущих к лобку. Курт тяжело вздохнул, и я поняла, что все оставшиеся претензии к происходящему у него пропали.

Подтянув подушку, я небрежно кинула ее на мужскую голову, затем поправила выше, чтобы Курт мог спокойно дышать ртом, но не видел происходящего. От того усиливаются ощущения. Да и то, как я нагнусь и прошепчу заклинание он может не заметить.

— Держи подушку крепко. Иначе накажу.

Курт не стал перечить — ухватившись за подушку, он замер, ожидая дальнейших действий. Незаметно прощупав карманы распахнутой рубашки, в одном из них я нашла небольшой ключик, незаметный без пристального рассмотрения. Наверное, это он. В первую очередь попытаюсь воспользоваться им. Благо кабинет напротив спальни, а значит, если не подойдет, смогу вернуться и продолжить поиски ключа.

Замахнувшись, я ударила плеткой по его мощной грудной клетке, заставив поежиться. И почему я раньше не предполагала, что иметь такого большого мальчика может быть так интересно? Между ног намокло, а клитор требовательно запульсировал. Тянуть было сложно, поэтому я резким движением стянула брюки, высвободив стоящий член. По телу Курта пробежала толпа мурашек. Он втянул живот, когда ощутил, как настойчиво я трогаю член плеткой.

— Клэр… — возмущался Курт сквозь подушку. Нет, я не собиралась его калечить, просто немного подразнить захотелось. Убрав плетку, я подтянула платье как можно выше и направила влагалище прямо к головке члена. Она быстро и беспрепятственно скользнула внутрь. Я закусила губу и на мгновение закрыла глаза, ощущая приятную заполненность с самого начала. Курт от неожиданности простонал, но быстро сжал губы, словно не хотел показывать слабость.

Сидя верхом на члене, я вновь взяла плетку и нанесла удар по груди. Его мучения должны продолжаться дольше, если я хочу, чтобы после пережитого яркого оргазма он и не понял, что уснул не сам, а с моей помощью.

— Клэр, прошу тебя… — шептал мужчина, а его кадык ходуном ходил. Курт может говорить, что угодно, но его тело рассказывало, что ему нравилось происходящее.

Ладно. В первый раз обойдемся без длительных мучений. Приподнявшись, я начала потихоньку двигаться, наблюдая, как Курт приоткрыл рот и начал ловить воздух. Его твердый член мне нравился — он оказался достаточно большим, чтобы словить оргазм даже без активной помощи Курта. Я уперлась руками на его грудь и начала очень быстро присаживаться на член, зажмурившись со всей силы, чтобы держать темп. Курт натурально простонал, но тут же закусил губу и положил руки на мои бедра, желая умерить движения. Наверное, почувствовал, что кончит так быстро, и застыдился — решил немного растянуть удовольствие. Но мне это было не нужно, хотя набухший клитор явно требовал разрядки.

Дело важнее моих хотелок. Немного отодвинув подушку, я коснулась губами его уха и начала шептать слова заклинания, маскируя их стонами. Курт внезапно прижал мои бедра к своему лобку и содрогнулся. Замер, тяжело дыша. Наверняка кончил. Последнее слово заклинания прозвучало, и дыхание мужчины стало постепенно выравниваться. Хватка рук ослабла — они оставались на моих бедрах, но больше не удерживали меня. Убрав подушку, я увидела, что Курт закрыл глаза. Чтобы проверить, спит или нет, я слезла с обмякшего члена и коснулась его пальцами, следя за реакцией. Курт только повел губами и перевернулся набок. Спит мертвецким сном. Пора приниматься за дело. Вытащив ключик из кармана рубашки, я спешно поправила платье и тихой поступью прокралась в темный коридор.

В коридоре, как я и ожидала, было пусто. На всякий случай прислушавшись, ничего подозрительного я не распознала. Неподалёку, около лестничного проема, мне почудилось какое-то движение, но я развеяла сомнения, когда подошла туда и никого не обнаружила. Мало ли что в темноте почудится.

Ключик, к моему удивлению, подошёл к двери рабочего кабинета. Не веря в удачу, я уже думала, как прокрадусь обратно и начну шелестеть мужской одеждой, обыскивая ее на предмет других ключей, но нет. Ухватившись за круглую ручку, я старалась как можно тише прокрутить ключ в замке, но все же щелчок развеял мёртвую тишину коридора. Я задержала дыхание, воровато оглядываясь по сторонам. К счастью, ничего вокруг не изменилось. Задержав дыхание, словно для глубокого погружения под воду, я осторожно подталкивала дверь, опасаясь, что петли могут заскрипеть.

Тьма рабочего кабинета меня не удивила и не испугала. Привыкшая к ней за последнюю неделю, я смело вошла в комнату и тихонько потянула за собой дверь, воткнула ключ в замок с внутренней стороны и также тихо провернула. Если кто-то внезапно, посреди ночи, захочет посетить рабочий кабинет герцога, то у меня будет немного времени, чтобы незаметно сбежать через окно и вернуться в комнату прислуги, пока нежданный гость возится с замком.

С мерами предосторожности закончили, теперь как можно быстрее начну осмотр. Почти догоревшая свеча — первое, что я заметила на столе. Наощупь порывшись по ящикам стола, я нашла огниво в самом верхнем, и помещение озарилось тусклым светом. Тщательно не осмотреться, но в общих чертах найти что-нибудь интересное можно.

Стол был убран, кроме свечи и письменных принадлежностей ничего не было. В первую очередь хотелось осмотреть корреспонденцию. Ища огниво, в одном из ящиков я нащупала нечто похожее, потому полезла проверять их повторно. К сожалению, эта оказалась обычная чистая бумага, которая мне никак не поможет. А в нижнем ящике подозрительно ничего не было. Временно поставиви его в покое, я открыла второй такой же на другой стороне, в нем находился всякий мелкий хлам. Присмотревшись, с удивлением заметила, что пустой ящик по объему меньше такого же. Неужели двойной? Простучав кулаком дно, я услышала пустой звук и поняла, что не ошибаюсь в догадках. Как бы только поднять фальшивую перегородку?

Бесшумно усевшись на колени, я пригнулась к полу и начала просмотривать низ рабочего стола, пальцами пыталась нащупать кнопку или защелку, которая приподняла бы немудреный тайник. Маленькая кнопка нашлась с левого края выдвинутого ящика. Со звонким щелчком крышка приподнялась. Замерев, я перестала дышать, прислушиваясь к посторонним звукам. Мало кто-то в коридоре услышит и захочет узнать источник звука. Но вроде бы там все спокойно, дом, как и его обители, мирно спит.

С нескрываемым любопытством я заглянула в открывшийся тайник. Внутри оказался кинжал с орнаментом на рукояти и сверкающим, будто совсем недавно заточенном лезвии, десяток крупных, не подходящих для канделябра свечей, и большой кусок использованного мела. Выглядит как набор для магического ритуала, запрещенного в Империи. Не хватает лишь резервуара с кровью. В любом случае, это весомый повод для полноценного обыска с предъявлением ордера. Надо ли мне здесь видеть что-то еще? Пожалуй, достаточно. Нужно как можно быстрее покинуть это место, чтобы утром быть здесь с оперативной группой. Хотя бы ради Люси, которая заслуживает нормальную семью и адекватные условия проживания.

Стоило ли тратить время на возврат ключа? Наверное, да, так хотя бы Редмонд ничего не заподозрит и никуда не успеет сбежать. Вернувшись в комнату, я обнаружила мужчину, свернувшегося калачиком на подушке, поэтому с трудом, но вернула ключ в карман рубашки, что все еще была на нем, и спешно вышла. Чуйка подсказывала, что перед побегом надо заглянуть в палисадник, потому как Шанталь наверняка уже спит, и можно осмотреть инвентарь на ее столе. Больше всего меня интересовал набор трав и растений. Зная его, можно предположить, какие и для чего зелья она готовила.

Ни с кем не столкнувшись в доме, я выбежала через запасной выход на внутренний двор, помчалась к рабочему месту экономки как можно быстрее. Туман сгущался, но внутри палисадника, к счастью, его не было совсем. Решив не окликать Шанталь, я бегло просмотрела ряды растений — вроде никого. Старушка бы уже обозначила себя, будь она здесь, учитывая ее любовь к разговору с растениями.

На ее рабочем столе лежали уже знакомые лопатка и грязные перчатки. Мята, полынь, чертополох — все тот же набор растений, и по запахам ничего ядовитого или чересчур подозрительного. Неужели зря пришла? Перебегая взглядом с одной вещи на другую, внутри ступки, которую старушка использовала для измельчения трав, я заметила светлую ниточку. Вытащив ее, я приподняла над головой, надеясь, что лунный свет поможет разгадать, что это. Очень тонкая для обычной нитки и не настолько гладкая, как шелковая. Волос? Но чей? У кого, кроме меня, светлые волосы в доме? Разве что у служанки Оливии, но она уехала, да и не помню, чтобы видела ее в палисаднике или в компании Шанталь. Гнетущие мысли начали посещать мою голову, но я усиденно их отгоняла до того момента, как не залезла в одну из корзин, где под подставкой с несколькими горшками лежал туго набитый кошель. Пучки волос разных оттенков предстали моему взору, заставив отшатнуться от находки. Подобное не используют в легальной магии, только для приворотов, проклятий или порчи — в общем, магия крови. Бежать. Срочно бежать отсюда.

Взяв один из пучков как доказательство, я вернула кошель на место, развернулась и помчалась к выходу, но успела сделать всего несколько шагов, как замерла в ужасе. На выходе, упершись рукой о косяк, стоял Эрик Кассано. Надменный взгляд вызвал во мне волну дрожи, но я подавила ее, понимая, что у меня все еще есть шанс оправдаться.

— Что это мы тут делаем? — ехидно улыбнулся блондин, словно кот, загнавший мышь в угол. Я тихо выдохнула, постаралась успокоиться, чтобы начать как можно более убедительно врать.

— Шанталь сказала мне принести ей кое-что как можно скорее, — четко и ясно проговорила я. Эрик нахмурился. Подходя к нему, я делала вид, что мне нужно поскорее уйти, но он настырно преградил мне путь рукой. Прямо глянув в его глаза, я прошептала: — Прошу вас, дайте пройти.

— Как только объяснишь, зачем на самом деле ты пришла работать в поместье, так сразу, — не унимался он. Узнал? Однозначно. Если так, то… терять нечего. Нет, надо время, чтобы подготовить заклинание. Оглушение подойдет. За то время, пока его найдут или он придет в себя, успею украсть лошадь и ускакать в столицу за подмогой.

— В каком смысле? — я недоуменно покачала головой. Эрик смерил меня снисходительным взором. Рука, преграждавшая путь, сжалась в кулак. Я начала концентрировать магию в ладонях, убрав их за спину.

— Думаешь, я не узнал тебя? — усмехнулся Эрик. — Признаюсь честно, до последнего сомневался. Макияж мастерский. Но увидев тебя без него этой ночью, проследив за тобой, убедился, что это ты та сука, из-за которой мне пришлось целый день провести в компании уро…

Я прервала его внезапным ударом магией. Эрик покачнулся, но устоял, и тут же ухватил меня за горло. Не сработало? Но как? Почему? Всегда работало безотказно! На его лице появилась довольная улыбка от ужаса, отпечатавшегося в моих глазах.

— Значит, будем говорить так? — напрягающим тоном спросил Эрик и поднял свободную руку над моим лицом. — Как скажешь, милая.

Красное свечение, исходившее от его пальцев, отразилось в моих глазах. Я вцепилась в его руку, стараясь впиться и расцарапать как можно сильнее, взмахнула ногой, но мимо. Мое тело начало расслабляться, а в глазах темнеть. Руки и ноги я больше не контролировала, видела только довольное лицо Эрика и чувствовала, что мне настал конец. Мышка не успела убежать, хищный кот держал ее в своих объятьях.