Глава 32

Лиза опустилась на стул. Она вымоталась за сегодняшний день донельзя. Эмоциональные качели то возносили ее к небесам, то опускали на землю. Показания множились, информация прибавлялась, а правда так и оставалась запечатанной на семь замков. – Когда вы успели сделать расчет времени? – спросил Юрка. – Сразу, как только я услышала версию про ночевку Арсеньева в бильярдной. Мы с Аней специально съездили туда и проверили. Весь путь от бильярдной до школы занимает тридцать минут на городском транспорте. На байке да по пустынным ночным улицам можно добраться еще быстрее. – Ты сообщила эти данные в полицию? – Зачем? Дело же закрыто. – Вы верите, что у Кирилла был с собой молоток? – неожиданно поинтересовалась Влада: она чертила на листе молотки с ручками разной длины и задумчиво их разглядывала. – Громоздкое, надежное средство защиты и опасное к тому же. – Точно! Светлова путается в показаниях, – поддержал ее Илья. – По ее словам выходит, что Арс прямо Джек-Потрошитель какой-то: купил молоток, возил его с собой, тщательно спланировал покушение, запутал полицию. Сомнительно все это. – Но, если это сделал не Кир, тогда кто? – тихо спросила Лиза. – Да, кто? И зачем Наташке такая ложь? Подшутить над Арсеньевым решила? Отыграться за все обиды? – А что, она может. Она же не думала о последствиях. О том, что завуч даст Лизе пощечину, она в отместку затеет суд, а вся школа ее поддержит. Наверняка просто рассчитывала поквитаться с врагом, распустив слухи. – А вдруг полиция права, и Пашка упал сам? Юрка вскочил, бросился к доске, схватил фломастер и нарисовал холл, лестницу и перила. – Да как можно случайно перевалиться через перила? – не выдержала Лиза. – Он же не ступеньки телом считал, а перекинулся, ударился затылком об бетонный угол стены. Именно там обнаружили кровь. – Ты говоришь так, будто сама это видела? – друзья с подозрением уставились на Лизу. – Это следует из медицинского обследования. На его теле нет повреждений, кроме раны на голове. И потом, включите логику. Если бы летел по ступенькам, то и лежал бы внизу. А его даже сразу не нашли, потому что попал в тёмный угол под лестницей. – Слушайте, – вскрикнула Аня. – А если он случайно схватился за сломанную перекладину. Она же все еще на месте. Потом потерял равновесие и упал. – И как ты себе это представляешь? Перекладина внизу, под перилами. Даже если он за неё схватился, то упал бы на ступеньки, а не перекинулся через перила. И Пашка сильным был, рефлексы хорошие. Только в расслабленном состоянии и при сильном толчке он мог перелететь через перила. Причём толчке неожиданном. Все замолчали, признавая правоту Лизы. Ситуация не прояснилась, а еще больше запуталась. – По всему выходит, что перекинулся, – покачала головой Влада. – Или… – Что «или»? Друзья уставились на нее в ожидании продолжения. – Да безумная совершенно идея, забейте, – отмахнулась она. – Нет, сказала «а», говори и «б», – накинулся на девушку Юрка. – Мы любим безумные идеи. – Ну, или Пашку в тот темный угол затащили. – Затащили? Члены клуба обменялись взглядами. У Лизы все затрепетало внутри. Неужели Кирилл настолько безжалостен, что вместо того чтобы вызвать помощь, еще и спрятал раненого друга, пусть и бывшего, под лестницу? Такая жестокость не укладывалась в голове, поэтому она встряхнулась и заявила: – Но… Наташка сказала, что закрыла от испуга глаза, услышала только звук падения и сразу топот ног. Для того чтобы перетащить в другое место упавшего Владимирского, нужно было спуститься по ступенькам, схватить его и поволочь по полу. А это совсем другие звуки. – Снова вызываем Светлову? – спросил Илья. – Рано. Нужно сначала собрать информацию. Давайте распределим задачи и уточним новую инфу, – предложил Юра. – Я длинный, одного роста с Пашкой. Проведу эксперимент с перекладиной. – Спятил? – закричали все хором. – Нам одного чела в коме достаточно. – Я осторожно. Влада, ты со мной. Лиза и Аня, вы займитесь администратором бильярдной. Сможете притащить его в суд? – Попробуем. – Илья, на тебе молоток и байк Арсеньева. Хватай за жабры Кирилла, заставь его прокатиться от клуба до школы. – Может, не надо этого бешеного быка? Он меня одной левой прихлопнет. – Не прихлопнет. Если захочет подтвердить свое алиби, поможет, – Юрка взглянул на Лизу. – Эх, хорошо бы твоего отца привлечь. Пусть полиция проверит несколько фактов. – Каких? Я попытаюсь. – Первое: Наташка сидела под столом вахты, там должны остаться ее отпечатки пальцев. – Много времени прошло, – засомневалась Лиза. – Уборщицы уже не раз вымыли пол. – Ничего, вдруг получится. Она хваталась за край стола, за стул, за монитор. Еще за что-то. – Ладно. – Второе: опрос сотрудников «Парадиза». Нужно выяснить, в каком часу в последний раз там видели Пашку, чем он занимался, когда ушел. Проверить все камеры, надеюсь, там они работали. Третье: найти свидетелей скандала, который устроил в клубе Арсеньев. Неужели он был так пьян, что напрочь забыл всю ночь. И тут в голове Лизы щелкнуло воспоминание. А что, если… – Стойте! Стойте! – вскрикнула она. – Аня, помнишь? Лиза в деталях рассказала друзьям о своем посещении клуба «Парадиз», о том, как выпив безалкогольный коктейль, они с Аней чуть не попали в неприятности. – Ты думаешь, и Кира также вырубили? – охнул Юрка. Лиза удивленно посмотрела на судью, вдруг сообразила, что она обвинитель, а не защитник, и прикусила язык. – Н-не знаю, – пожала она плечами. – Он мог и сам этим увлекаться. – Нет же! Все сходится, – воодушевился Илья. – Кир сцепился с Пашкой, помешал тому что-то сделать. – Я слышала, что Пашка работал не только водителем, но и поставлял вип-клиентам каких-то девочек, – выдавила из себя Лиза. – Чт-о-о-о? Почему молчала? – Папа просил не трогать эту тему на суде, полиция начала разбирательство. – Хочешь сказать… – Ничего не хочу сказать! Но, раз мы с Аней попали в ловушку, могли в нее же влететь и другие. – Френды, погодите, – стукнул по привычке киянкой Юрка. – Получается, Кир и Пашка замешаны в чем-то большем, чем простая потасовка? И что же они не поделили? Кто кого пытался остановить? – Н-да, ясно, что ничего не ясно, – вздохнула Аня. – Ладно, некогда рассиживаться, пора и на дело. Работа закипела. Сразу после школы Лиза и Аня позвонили в бильярдный клуб. Но встретиться с администратором оказалось не так просто. Владислав Иванович, упорно отказывался им помогать, ссылаясь на строгого босса, который уволит с работы. Наконец удалось уговорить его выступить свидетелем на заседании суда. Вечером Лиза едва дождалась, когда вернется отец. Сразу после ужина она заявила: – Пап, нам надо поговорить. – Если ты о деятельности клуба «Парадиз», ничем не могу помочь. Идёт следствие. Отец только хотел скрыться в родительской спальне, как Лиза закрыла собой вход. – Ну, пап, это я хочу вам помочь. Можешь посмотреть со мной запись сегодняшнего суда? Выяснились очень интересные факты. Целый час они смотрели ролик. Отец не задавал вопросов, но делал пометки у себя в блокноте. Потом посмотрел на Лизу и спросил: – Это всё? – Нет. От тебя мне нужно три момента. Лиза передала ему список фактов, нуждающихся в подтверждении. Отец покрутил листок, но аккуратно сложил его вчетверо и убрал во внутренний карман пиджака. – Я помогу, но прошу тебя, останови суд. Пусть этим делом займутся взрослые. – Ты не первый раз говоришь мне об этом, – усмехнулась Лиза. – Нет, теперь мы дойдём до конца. Отец сдержал слово, и во вторник в школе вновь появилась следственная бригада. На этот раз оперативники тщательно осмотрели стол вахтера и сломанную перекладину. Опрос сотрудников клуба «Парадиз» был сделан еще до просьбы Лизы и выяснилось, что Павел находился на работе всю ночь до шести часов утра. Полиция отсмотрела все записи с камер, но ничего криминального больше не увидела. Драку, затеянную Кириллом со случайным гостем, охрана удалила по просьбе администратора бильярдной. Теперь полиции предстояло восстановление файлов. Лиза каждый день звонила матери Пашки, в надежде, что появились хорошие новости. Но, увы, его все еще держали в состоянии медицинского сна. В среду она едва дождалась, пока закончатся уроки, и сразу побежала в комнату совещаний. У ребят было еще полчаса до начала суда, чтобы свести воедино вновь полученные данные. – Знаете, – начала Лиза. – Мы столько уже раскопали, а от истины по-прежнему далеки. – А как твой эксперимент с перилами? – спросила Юрку Аня. – Никак. Лиза права: в здравом ум невозможно перекинуться через них. А перекладина тут вообще никаким боком. Она пригодится нам только как звук, подтверждающий слова Наташки. – И у меня провал, – вздохнул Илья. – Кир нехотя, но согласился на эксперимент. Мы проехали несколько раз расстояние от клуба до школы, и оказалось, что на байке рано утром вообще можно добраться за двадцать минут. – Получается, алиби нет? – Да. Но… – Илья замялся. Тогда Юрка прикрикнул на него: – Не скрывай больше ничего! Мы же делаем одно дело! – Раньше я думала, что суд похож на рытье тоннеля, – вздохнула Лиза. – Защитник и обвинитель, расследуя дела, копают тоннель с разных сторон и встречаются на середине. А теперь понимаю: все не так. Как получилось, что в центре расследования оказалось не происшествие, а Арсеньев? Мне теперь совершенно неясно, в том ли мы направлении движемся. – Ладно, скажу. Только не бейте меня тапками! – Илья шутливо закрылся руками. – Кирилл, когда спал в кабинете администратора, один раз проснулся. Он помнит все как в тумане, но его словам, мне кажется, можно верить. И я постараюсь доказать это. – Рассказывай. Пять голов соединились в едином порыве докопаться до истины. – А Арсеньев придет на суд? – спросила ошарашенная Лиза. – Да. Я убедил его. Конечно, он скоро окончит школу, уйдет из нее, а происшествие со временем забудется. Но, если сейчас он не выяснит правду, сомнения будут терзать его всю оставшуюся жизнь. – Давайте сегодня сделаем все возможное! – выкрикнула Влада и поставила на стол кулак ребром. – Точно! Во имя правды! Все дружно соединили кулаки в высокую башню. В зал уже почти бежали. Увидев толпы лицеистов, Лиза отметила, что интерес к школьному суду еще больше разгорелся. Она прошла к месту защитника и удивленно распахнула глаза: Арсеньев уже сидел на стуле подсудимого с нахмуренным лицом, а Ленка Князева вилась вокруг него, предлагая то шоколад, то воду. Отчего-то сердце Лизы болезненно сжалось, а в груди поднялась такая волна жара, что кровь бросилась к лицу и загорелись огнем щеки и уши. «Что она делает? – ударила в голову ярость. – Зачем?»