Глава 36

Дни потянулись за днями. Наступил май, последние уроки, консультации, зачеты. Лиза погрузилась в учебу с головой, пытаясь наверстать упущенное. Суд отошел на второй план и начал забываться. Кирилл в школу не вернулся, написал заявление на заочное обучение. Наташа куда-то тоже пропала. Пашка восстанавливался, но помочь полиции не мог: его память отказывалась повиноваться. Лиза навестила его в палате. Она смотрела на бывшего любимого и ничего не чувствовала. Наоборот, в душе росло какое-то негодование, словно она вынырнула из сна, а реальность оказалась совсем не такой радужной, как она представляла ее себе. – Ты, говорят, моя девушка? – слабым голосом спросил Пашка и устало прикрыл глаза. Лиза уже открыла рот, чтобы ответить и задумалась: а хочет ли она девушка теперь встречаться с Пашкой? И дело вовсе не в том, что сейчас он не походил на того веселого и полного жизни юношу, которого она любила. Что-то надломилось в ней, изменилось. Она вдруг сняла розовые очки, прозрела от юношеских иллюзий. – Ошибаются, – уверенно сказала Лиза. – Мы были обычными друзьями. А еще она недоумевала, куда пропал отец. Она пытала маму расспросами, но та только пожимала плечами. – Скоро вернется, не волнуйся. – Не понимаю, что происходит, – жаловалась она Ане, когда они шли в школу. – Все вокруг будто сговорились, чтобы я сошла с ума от неизвестности. Однажды утром она проснулась и вдруг услышала родной голос. «Папка вернулся!» – радостно всколыхнулось все внутри. Лиза вскочила, бросилась к кухне и замерла, прислушиваясь к негромкому разговору. Отец что-то рассказывал, мама иногда вскрикивала: – О боже, бедная девочка! Сколько страданий выпало на ее долю! – Она совершила несколько преступлений, причем тщательно продуманных. Настоящий криминальный талант. Так что даже не знаю, жалеть ее, отдать под суд или на лечение в клинику. «О ком они говорят? – ужаснулась Лиза, внутри все похолодело от нехорошего предчувствия. – Кто совершил преступления?» – Жалеть! Только жалеть! – вскрикнула мама. – Я представляю, как ужас переживает сейчас ее мать. Бедная женщина! Полиция должна быть милосердной. – Мариша, полиция должна соблюдать в первую очередь закон, а по закону… Папа замолчал. Лиза в панике застыла, не в силах пошевелиться. Внезапно дверь растворилась. Лиза отшатнулась, хотела убежать, но отец успел перехватить ее за рукав пижамы. – Подслушиваешь? – Вы сами вынуждаете меня это делать, – она гордо вскинула подбородок. – Ты уехал, не сказал ни слова, суд закрыли. На нас администрация смотрит волком, а вопрос с нападением на Пашку так и не разрешился. – Разрешился, – устало потер глаза, посмотрел на жену, словно спрашивая, рассказать или нет. – Лиза имеет право знать! – решительно ответила мама. – Она была в центре событий, боролась за правду. Лиза стояла, сложив на груди руки в молитвенном жесте и переводила взгляд с одного родителя на другого. Сейчас, вот сейчас раскроется та правда, ради которой она прошла все эти испытания. – Пап, – прошептала она, голос внезапно охрип и отказывался повиноваться. – Все члены клуба должны узнать истину. Мы никому не расскажем. Честное слово, не разрушим следствие, никому не навредим! – Что ж, собирай всех, – наконец согласился отец. – Ой, а я пирог испеку, – всполошилась мама. – Или пиццу? Лиз, что твои друзья едят? – Мам, все едят, – со слезами на глазах она обняла родителей и бросилась в комнату. Она мгновенно обзвонила друзей, и через час в квартире Смирновых начали раздаваться звонки. Первым пришел Юрка, важно поздоровался, принес маме цветы. Следом заявилась Влада. Она смущенно оглядывалась и чувствовала себя неловко. Пришли Аня и Илья. Эти двое в последнее время стали неразлучны. Лиза подозревала, что маленький Григорьев забыл о своей платонической любви к Ленке Князевой и предложил Ане встречаться. Настолько непохожие они были, что Лиза внезапно поняла: у них все получится. Ребята сидели за столом, косились на пироги, накрытые полотенцами, вдыхали потрясающий ароматы. – Ну, все собрались? – Виктор Романович, одетый в джинсы и белую рубашку, сел во главе стола. – Да… Раздался нестройный хор голосов. – Нет, – возразила мама. – Я пригласила еще двух человек. – Кого? – Увидите. Марина Алексеевна вскочила, услышав звонок в дверь. Лиза насторожилась. В кухню вошла Елена Николаевна, а за ее спиной… топтался, как большой и неловкий медведь, Кирилл. – Здрасте, – смущаясь, пробормотал он и поставил на стол огромный торт. – Вот теперь все, – улыбнулась Марина Алексеевна. – Садитесь, ребята. Витя, тебе слово. Отец задумчиво потер подбородок, окинул всех взглядом. – Надеюсь, вы понимаете… – Да-да! Хором воскликнули все. – Пап, не томи уже! Я скоро сойду с ума от неизвестности, – поторопила его Лиза. – Что там случилось? – Хорошо. Придется вам рассказать историю Наташи Светловой. *** История Наташи Наташа попала в ту же ловушку Павла Владимирского, что и другие девушки. Ей понравилась идея продать свою девственность и заработать независимые деньги. Она рассуждала так же, как Аня. Чем отдаваться какому-нибудь сопляку в подворотне или на грязном диване, лучше сделать это в достойных условиях и за приличную плату. Все сложилось хорошо: Пашка устроил ей фотосессию, было весело и прикольно. Наташа видела свои фото в глянцевом журнале, на которых она была настоящей красавицей. Но больше всего ее поразило то, что страницы просто пестрели юными нимфетками, жаждущими легких денег. Клиент нашелся сразу, оказался дядечкой средних лет, щедрым на чаевые и комплименты. Когда Наташа получила деньги на руки, вспыхнула от радости: она за всю свою жизнь не видела такой суммы. Неделя прошла на подъеме. Девушка ходила по торговым центрам, заглядывала в те бутики, которые раньше были недоступны, занималась шопингом. И вдруг звонок. – Наташ, есть еще один клиент. Пойдешь с ним? – Но… я уже потеряла невинность, – растерялась она. – И что? Много желающих на свежее мясцо. – Нет! – она повесила трубку. А потом началась атака. Сначала Пашка звонил, ловил на переменках в школе, убеждал, уговаривал, а потом она получила видео с аккаунта Кирилла, где в деталях был представлен ее первый раз. Со стороны это смотрелось отвратительно. Причем лицо клиента не попадало в кадр, зато Наташа красовалась во всех позах. А под видео сообщение: «Если будешь ломаться, ролик получат все родные и знакомые». Наташа сорвалась, набросилась на Арсеньева, тот ничего не понимал, не знал, как отвязаться от бешеной стервы, которая ему прохода не давала. Владимирский, который перевел стрелки на приятеля, лишь посмеивался и сочувствовал дурочке, попавшей в ловушку. Боясь, что правда раскроется, Наташа еще несколько раз выезжала на встречи с клиентами. Только денег она уже не получала: наоборот, сама оплачивала макияж, одежду, транспорт. Она не знала, как вырваться из замкнутого круга, сходила с ума и постоянно плакала. Матери пожаловаться не могла, в полицию заявить тоже. Наконец решилась сама разобраться с обидчиками. Часто бывая в клубе «Парадиз», она заметила, что Пашка приносит из бильярдной крохотные белые конвертики, которые передает официанту. – Что это? – спросила она. – Искорки счастья, – смеясь, ответил он. – И не боишься? А если кто-нибудь в полицию заявит? – А чего бояться? Простая ловкость рук, – отмахнулся он. – Сволота ты последняя, Владимирский! – Вали отсюда, пока мозги тебе не прочистил, – замахнулся Пашка. Наташа захотела отомстить обидчикам за сломанные жизни всех девушек, но не знала, как это сделать. Справиться сама с большими и сильными парнями она не могла, обращаться в полицию не хотела: прекрасно понимала, что без доказательств ее рассказ останется всего лишь словами обиженной девчонки. Тогда решила уничтожить врагов по одному. Начала с Кирилла, всячески провоцировала его, старалась вывести на публичный конфликт. Но тот все время ходил с Бубликом и Генкой, а на ее угрозы отвечал мелкими разборками за территорией школы да матами. Тогда она переключилась на Пашку. Отследила его рабочий день и подкараулила рано утром у школы, надеясь, что камеры заснимут их скандал, и это видео станет первой уликой. Заметив Наташу, Владимирский пошутил в своей манере. – Что, нужен клиент? Устрою. Только… давай завтра. Лады? Он широко зевнул и потер сонные глаза. – Окей. А ты чего сегодня так рано? – громко спросила Наташа и покосилась на камеру над входом. На ней почему-то не горел красный огонек, но она решила, что просто так надо. – Домой ехать не хотелось, здесь перекантуюсь. Ночной сторож – знакомый матери, пустит. Покемарю в бытовке в подвале. Пашка снова растянул рот в зевке. Такой поворот Наташу не устраивал. Ей нужно было задержать его под камерой, спровоцировать его на ссору. – Хочешь воды? Она протянула ему бутылку. – Заботливая, значит, – хмыкнул Павел. – Давай, горло пересохло. Он сделал несколько глотков и вразвалочку пошел в лицей. Наташа не отставала. Она не хотела ему вредить, как не хотела нападать или убивать. Просто мечтала, чтобы этот хитрый и изворотливый паразит показал всем свое истинное лицо. – Паш, а много ты девушек завербовал? – крикнула она ему в спину. – Спятила, Светлова? Чего вопишь? Он бросился на нее, замашнувшись для удара. Но Наташа увернулась, взлетела по ступеням крыльца и дернула ручку входной двери. Владимирский кинулся за ней. Сканер на входе не работал, сторожа и вахтерши не было, они беспрепятственно вбежали в холл, Наташа заметалась по коридору. – И сколько ты заработал на девственности? – не сдавалась она, лихорадочно оглядываясь в поисках защиты. – Иди сюда, стерва! Да я тебе… Наташа догадалась, куда пропала вахтерша, и пулей помчалась к лестнице в подвал, где был второй выход из лицея. Пашка догнал ее, схватил за куртку, девушка одним движением расстегнула молнию, выскользнула из нее и спрыгнула вниз. И тут Пашка по инерции дернулся за ней, но споткнулся, навалился грудью на низкие перила и перекинулся через них: куртка в руках помешала ему уцепиться за опору. От звука удара Наташа вжала голову в плечи, взлетела по лестнице, но Пашка молчал. Тогда она посмотрела вниз и увидела только ноги, которые слегка подергивались. И все! Ни матов, ни проклятий, ни криков о помощи. Перепугавшись, Наташа бросилась к нему, но услышала голоса. В панике, вместо того чтобы позвать на помощь, она схватила Пашку за ноги, затащила его под лестницу и сама застыла рядом, молясь всем богам, чтобы их не обнаружили. Сторож и Ирина Ивановна прошли мимо, разговаривая, и ничего не заметили. Пока шла была дежурства, Наташа на цыпочках поднялась по лестнице в холл, нырнула в туалет, расположенный рядом, и выбралась из него, когда появились уборщицы и первые ученики. Так, не замеченная никем, она смешалась с толпой и сбежала. Она была в настоящем ужасе от случившегося, но не думала, что Владимирский пострадал серьезно. А когда расследование заявило о несчастном случае, внезапно успокоилась, ведь это был действительно несчастный случай. О том, что она оставила пострадавшего без помощи, Светлова даже не думала, наоборот, радовалась, что ей удалось разделаться с одним врагом. Тогда она и захотела подставить Кирилла. Так сказать, одним ударом убить две цели. И у нее непременно бы это получилось, если бы Ольга Александровна не влепила Лизе пощечину, а та не настояла на суде. *** – Но Светлова могла бы не признаваться в содеянном, – пожал плечами Юрка. – Стояла бы на своем, и все. Мы бы все равно ничего не доказали. – Свою роль сыграли эмоции, – ответил Виктор Романович. – Наташа – обычная школьница, пусть и выпускного класса, а не профессиональный преступник. Услышав, что суд доказал невиновность Кирилла, она сорвалась. – И что с ней теперь будет? – тихо спросила Влада. Слушая историю, она вытирала слезы. Плакала и мама Лизы. – Будет настоящий суд. Но не только над ней. Под арестом находится много сотрудников клуба «Парадиз». – Ты знал, о том, что творится у тебя под носом, и ничего не сделал? – Лиза накинулась на Кирилла. – Я не знал наверняка. Конечно, догадывался. Свои наблюдения, да и Пашка намекал непрозрачно. Я с отцом разговаривал, Владимирского пытался остановить, – тихо ответил он. – Особенно, когда… Он замолчал, отвел взгляд. – Продолжай уже! – прикрикнула Лиза и сжала кулаки. – Когда он сказал, что готовит тебе счастливый вечер. Сама знаешь теперь, о каком «счастье» идет речь. Ну а потом, когда он наиграется, ты пополнишь ряды этих… – Несчастных, – закончила за него Елена Николаевна. – Лиза, перестань нападать на Кирилла, с него официально сняты все обвинения. Но Лиза была не согласна. Все ее нутро сопротивлялось такому положению дел. Да, это Пашка довел Наташу Светлову до такого отчаяния, что она решилась на крайние меры. А Кирилл был рядом, наблюдал за происходящим и ничего не сделал. Формально он не виноват, а по сути… – Не показывайся мне больше на глаза! – прошипела она, когда гости расходились. – Не хочу тебя видеть никогда в жизни! Ни за что! Кирилл опустил голову и, как побитая собака, вышел за дверь…