Глава 10

В холле повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием присутствующих. Напряжение ощущалось физически, словно плотная завеса. Лиза медленно опустила руку, освобождая покрасневшую щеку, и ее взгляд, полный боли и непонимания, пронзил Ольгу Александровну. – За что? – прошептала она, голос ее задрожал от обиды. Но завуч ударила снова. Лиза едва успела закрыться руками. Когда учитель замахнулась в третий раз, ученики спрыгнули с диванов и бросились к ним. Но вперед вырвался Кирилл, он закрыл с собой Лизу, схватил учителя за руки. – Остановитесь! Что вы делаете? – закричал он. Но Ольга Александровна уже совсем не контролировала себя. Она отпрыгнула от него, начала бить журналом. Миг – и вокруг завуча образовалась настоящая свалка. Она толкала учеников, дергала их за волосы, яростно сбрасывала руки, пытавшиеся остановить ее. Рядом с ней металась Елена Николаевна. – Прекратите! – умоляла она. – Дети, немедленно расходитесь, был звонок! Но его, конечно, никто не слышал. Все будто сошли с ума. Арсеньев вытащил Лизу из толпы и поставил у аквариума. – Будь здесь! – приказал он. – Отстань! – Опять ощетинилась! – Не твое дело. – Нужно приложить к щеке холод. Я сейчас. Кирилл исчез. Лиза с ужасом наблюдая за происходящим. Она любила школу, никогда не ввязывалась в конфликты, имела много друзей. Но то, что происходило сейчас, вывернуло ее тихую и спокойную жизнь наизнанку. От нового всплеска крика она вздрогнула, привстала на цыпочки, вытянула шею. Это Елена Николаевна схватила Ольгу Александровну за плечи и попыталась увести её в сторону от учеников, но та яростно сопротивлялась. Камеры телефонов щелкали не останавливаясь. Несколько человек вскочили на диван, чтобы поймать лучший ракурс. Все кричали, толпа учеников росла. На шум из приемной генерального директора выбежала секретарша и тут же скрылась за дверью. Через несколько секунд показался директор и репортеры. Лиза вдруг увидела, как оператор включил камеру, а журналист начал что-то говорить в микрофон, и бросилась к ним. – Не надо. Пожалуйста, не снимайте! – умоляла она. Рядом с ней будто из воздуха материализовался Кирилл. Он попытался отобрать камеру у оператора, журналист встал на его пути и процедил сквозь зубы: – Ты что делаешь? – Не даю позорить свою школу. – Ты ее и так уже в дерьме вымазал по крышу. – Я? Каким боком? – Арсеньев зло прищурился, испепеляя репортёра взглядом. – А, вы об обвинительным заключении? Так это ещё доказать надо, что я столкнул Пашку. У меня врагов хватает, могли и оговорить. Крики в холле прекратились. Директор решительно взял за локоть Ольгу Александровну и повёл в свой кабинет. Кирилл сунул Лизе мокрый носовой платок, она оттолкнула его руку. – Отстань! – Могу я с вами поговорить? – спросил журналист Лизу. – Нет. Не хочу! Она махнула рукой и быстро пошла в сторону лестницы, поднялась на свой этаж, забежала в класс за сумкой и сразу выскочила обратно. – Лиза, что это? Кошмар! Надо что-то делать? Следом за ней из аудитории выбежала Аня. В её руке был телефон, она повернула его экраном к подруге, и Лиза увидела тот скандал, который только что пережила. Она смотрела, как завуч бьёт её по щеке, и сама от обиды чуть не плакала. – Например, что? Лиза устало прикрыла глаза: она была напряжена, измотана и мечтала только об одном: чтобы все оставили ее в покое. – Ну… – Аня замялась. – Вот видишь! В полицию жалобу написать? В управление образования? В прокуратуру? – Можно. Свидетелей же много было. Но сначала расскажи родителям. Хотя… они и сами узнают: наверняка кто-нибудь выложит в родительский чат. – Ладно, пока. Мне нужно подумать. Преодолевая волнение, комком собравшееся в горле, Лиза глубоко вдохнула и вышла. Дома она заперлась в своей комнате, раз за разом прокручивая в голове случившееся в школе. Она не жалела, что выступила против Ольги Александровны: когда-то этот нарыв должен был прорваться. Но теперь то, что выкрикнула Лиза в лицо завучу, она не могла игнорировать. Раз собралась сама провести расследование перед таким количеством свидетелей, придётся выполнять обещания. – Лиза, как это понимать? – в комнату ворвалась мама. – Это безобразие. Таким педагогом не место в школе. Я немедленно пойду к директору. Как ты можешь сидеть и спокойно готовить домашнее задание? – Что за крик, а драки нет? – на пороге комнаты показался отец. – Витя, посмотри на это! Мама сунула в руку папе видео из чата. Он несколько минут молча разглядывал его его, потом поднял глаза. – Когда это случилось? – Сегодня. – Витя, завтра мы немедленно идём в школу, – заявила решительно мама. – Нет, не надо! – выкрикнула Лиза. – Вы все испортите. – Например, что? – Я хочу использовать это видео, чтобы получить официальное разрешение на расследование. Мы проведём суд в дискуссионном клубе. – Дочка, ты не торопишься? – спросил папа и сел рядом с Лизой. – По официальной версии Павел упал сам. Нет признаков преступления, а то письмо, скорее всего, написали, чтобы навредить Арсеньеву. – Вот я в этом и разберусь. Если надо, подключу прессу. Сегодня в школе были журналисты. Один хотел поговорить со мной, но я убежала. – Почему ты? Почему это должна быть ты? Оставь расследование для взрослых! – мама просто кипела от возмущения. – Пашка – мой парень! – Делай, что хочешь! Ты такая же упрямая, как твой отец! Мама развернулась и вышла из комнаты. Папа пожал плечами и сказал: – Что ж, дочка, попробуй. Только держи нас в курсе событий. Если у тебя не получится, тогда вмешаюсь я. – Спасибо, папочка! Лиза бросилась к отцу на шею, обняла его и расплакалась. – Ну-ну, доченька, держись! Тебе выпало серьезное испытание на взрослость. Всю ночь Лиза не могла заснуть, обдумывала свои дальнейшие слова и действия. Задремала лишь под утро и вскочила со звонком будильника. Только успела одеться, как в комнату вошла мама. – Лиза, нас с тобой вызывают к директору. Лиза застыла на месте, потом сунула приготовленное официальное обращение к администрации в шопер и посмотрела на маму. – Я готова. – Сначала завтрак. – Только йогурт. – С таким питанием ты свалишься где-нибудь на улице в обморок. – Мама, мне сейчас не до еды. В приемной директора сидели другие учителя. Как только мама и Лиза зашли, все разговоры стихли. – Вам придётся подождать, – торопливо проговорила секретарша и показала на дверь: – Проходите. В кабинете уже их ждала Елена Николаевна. Завуча здесь не было. – Как я рад вас видеть! – директор вскочил из-за стола и радушно пригласил маму и Лизу занять места в креслах. – А где Ольга Александровна? – спросила мама. – Она сегодня себя плохо чувствует, не сможет подойти. – Как не сможет? Ситуация возникла из-за неё, а она даже показаться не хочет? Мама решительно встала, схватила сумку и пошла к двери. Директор её опередил. – Прошу вас, не волнуйтесь. Ваша дочь повела себя неподобающим образом. Прошу вас, прошу, посмотрите сюда, – он раскрыл папку уставом школы. – Видите, эти пункты обведены красным цветом. Несколько секунд читала написанное, потом фыркнула: – Вы хотите все свалить на мою дочь? Как мило! Но это не Лиза ударила учителя, а наоборот. – Она подвергло сомнению авторитет учителя, причём сделала это публично. Это недопустимо, школа не собирается прощать такое безобразное поведение. – Безобразное поведение? – мама чуть не захлебнулась словами. – Мою дочь ударили по лицу при учениках. Вы считаете это нормально? И учитель даже не соизволил прийти и посмотреть нам в глаза. Я не хочу больше разговаривать с вами. Теперь мы будем общаться только в суде. Мама попыталась встать, но директор опять опередил её. – Что вы! Не надо так горячиться! Войдите в нашу ситуацию. Собственно говоря, это Лиза спровоцировала ситуацию. – Она спровоцировала? Может быть, она сама себя ударила? – Марина Алексеевна, прошу вас, не будьте так эмоциональны. Директор не мог усидеть на месте: он крутился, вскакивал, садился снова. Лиза понимала его: нужно урегулировать ситуацию, но пока это слабо получалось. Она даже радовалась в душе, что каждое слово добавляла огня в костер. Теперь ей легче будет добиться от администрации того, что она хочет. – Вы это мне говорите? – мама уже почти кричала. – Насколько я знаю, педагоги изучают психологию и должны уметь контролировать свой гнев. Ольге Александровне достаточно было просто уйти, но надо довела ситуацию до абсурда. – Она не… – Вы сидите здесь и пьете чай, когда моя дочь была подвергнута агрессии учителя. Да я засужу вас! Моя дочь проплакала всю ночь, утром отказалась от завтрака, а учитель даже не явилась чтобы извиниться! – Она заболела. Мама замерла, Лиза видела по её лицу, что она просто шокирована поведением директора. Тут она встряхнула волосами, выхватила из сумочки телефон, набрала какой-то номер и закричала в трубку: – Как я могу пожаловаться на противозаконные методы школы? – Что вы, Марина Алексеевна! – не выдержала тут Елена Николаевна, молчавшая до этой минут. – Давайте спокойно поговорим! – Вы же видите, что не получается спокойно. Да-да, я вас слушаю. Куда мне нужно подойти? Мама схватила сумочку и бросилась к двери. – Подождите! Директор кинулся за ней, ну Лиза обогнала его и выскочила из кабинета следом за мамой. – Мама, ты что? Почему ты так себя ведёшь? Я даже не начала говорить. – Твой папа не берет трубку, – мама показала Лизе тёмный экран и широко улыбнулась. – Классно я сыграла? Директор чуть в штаны не наложил. – Ма-ма, – Лиза обняла мать. – Ты меня сведешь с ума. – Это то, что ты должна знать, как наводить страх на людей, которые хотят избежать ответственности. Так у тебя будет больше возможностей. Теперь, моя сладенькая попка, – мама похлопала шутливо Лизу по пятой точке, – ты можешь делать все, что захочешь. – Мамочка! Лиза чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Она думала, что мама будет ругать её, она поддержала. – Удачи, моя дочка! – мама потрясла сжатым кулаком и махнула в сторону приемной директора. – Иди. Лиза глубоко вдохнула, вошла в приемную, кинула учителям, которые все ещё сидели здесь, и направилась кабинету. Она постучала в дверь, сразу её распахнула. – Лиза, – закричал директор, обрадовавшись. – Позови свою маму, Ольга Александровна сейчас придёт. – Мою маму? Она очень сильно рассердилась, но я постараюсь убедить её. Вместо этого… – Лиза протянула директору папку со своим предложением. – Взгляните, пожалуйста. – Заявка на проведение школьного судебного разбирательства, – прочитал директор и взглянул на Лизу поверх очков. – Что это? – Я бы хотела сделать суд по делу Павла Владимирского. Позвольте его провести. Дверь внезапно отворилась, и вошла Ольга Александровна с гордо поднятой головой. Она села в кресло, оправила юбку и с вызовом уставилась на Лизу. Та сразу смешалась, с трудом, но справилась с волнением и ответила прямым взглядом. – Добрый день, Ольга Александровна. Но завуч проигнорировала её приветствие, забрала папку из рук директора и внимательно прочитала титульный лист. – Ты так наивна? – усмехнулась она. – Неужели ты думаешь, что школа позволит провести такое мероприятие? – Члены дискуссионного клуба сами хотят провести расследование. Мы соберём доказательства, обсудим их, найдём свидетелей и сделаем заключение. Это хорошая практика для нас и для школы. – Думаешь, школа примет такую абсурдную просьбу? Ольга Александровна села удобнее, положила ногу на ногу, одёрнула жакет и обвела высокомерным взглядом директора и Елену Николаевну. Тогда Лиза пошла ва-банк: она открыла видео с пощечиной и положила телефон перед завучем. – Ты мне угрожаешь? – вскочила Ольга Александровна и уперла руки в бока. – Что за… – Сядьте! Сядьте! – всполошился директор. Лиза видела, как его лоб покрылся испариной. Он схватил салфетку, снял очки и начал яростно протирать стекла. – Лиза, мы обсудим твоё предложение на совете администрации и сообщим о своем решении. Ты свободна.