глава двадцать шестая

Обмениваться информацией ушли в комнату Красавчика, потому, что не понятно было, как скоро вернутся Солан или Фарнис и как тихо они это сделают. В общем, предпочли не рисковать. С порога оценив, что в комнате две кровати Ретен удивился:

— А почему до сих пор к себе не вернулся?

— Ты даже об этом знаешь? Н-да, чувствую пообщались вы с господином генералом долго и подробно.

— Так почему? — не дал себя сбить Ретен.

— Да времени особо не было. Сначала там что-то красили, потом нога вот… А теперь уже и не важно, все равно каникулы скоро.

— Ясно, — Ретен прощупал внимательным взглядом обе кровати, сходу определил пеплову, но устроиться предпочел все-таки на стуле. — Рассказывай, давай, что там за интрига с рессами.

И Дари рассказал: и об Эрс, и о ее сыне, и о письме, в котором ее попросили избавить академию от Пепла. Поделился заодно и выводом, к которому они пришли:

— В общем, ниточка там идет к Шоргуа. Но вряд ли на конце именно они, скорее через них эту ниточку дергает кто-то другой. А вот кто им рассказал про бумаги Краспа и варанов архив — большой вопрос. Проверить бы самих поверенных, хозяев той конторы.

— Скорее уж это сам лорд Гарлат, — качнул головой ресс. — Постарался побольше замутить воду. Но проверю и вашу версию, это нетрудно. Хотя не они, почти наверняка.

Дари на секунду задумался, почесал нос и уточнил:

— Что, и эти теперь тоже твои люди? Или скоро будут?

Ни подтверждать, ни опровергать это Ретен не стал, из чего Пепел сделал вывод, что угадал.

— Шустрый ты, папенька. Прямо завидно.

— Не завидуй, сдается ты скоро шустрее будешь. Если уже не. И я серьезно, хочешь возьму тебя в наше ведомство прямо сейчас? По крайней мере, там найдется кому вправить тебе мозги и придержать на поворотах. Нечего здесь штаны протирать. И мне тоже спокойнее будет, пока в этой каше окончательно не разберемся.

— Да не в штанах дело, ресс. Меня же не зря пытаются выдавить отсюда. Полагаю, для того, чтобы сделать что-то такое, что не сделаешь в Шант Эли. Расспросить, например. О бумагах Варана и Краспа. Так, чтобы я не мог отказаться отвечать. С гарантией.

— Вот я и говорю, иди ко мне под защиту.

— Нет. От рессов ты может и спрячешь, да и то… А вот от Гарлатов без шансов.

— От них не надо прятаться. С ними уже все ясно.

— В смысле, ясно? — не оценил этой краткости Пепел. — А мне вот пока не ясно нихрена. Там же явно какой-то новый заговор намечается. Вокруг бумаг Варана и красповых опытов?

— Да нету там никаких заговоров. Так, имитация и вялое копошение.

— Не понял. Как нету? А что же тогда есть?

— Вот и я о том — не понял ты ничего. И до конца в ситуации не разобрался. Это называется недостаток информации.

— Ну так просвети дурачка, сиятельный ресс, — нехорошо прищурился Пепел, — выдай мне с барского плеча чуток сведений, расскажи, чего я не знаю.

— В курсе, кто такой господин Кневри?

— Главный из претендентов на мое наследство. В смысле, на Варановы деньги. А он тут при чем?

— Лорд Гарлат выдает за него свою дочь.

— Тваааю ж!..

— Дошло?

— Демоны, неужели все так банально? Просто деньги. Поверить не могу!

— Это для тебя просто деньги. А для него это все. Все, понимаешь? Статус, репутация, должности… То, что он потеряет, если не сумеет вовремя расплатиться с долгами.

— То есть на самом деле им всего лишь нужно убрать меня с дороги? Только это?

— Только, — согласился Ретен.

— Так он действительно поручил сынуле снести мне башку? И… — Пепел вдруг неверяще вытаращился на ресса. — Но если бы младшему Гарлату удалось меня убить, он бы хрен потом отмазался! То есть первый раз, на дуэли, это еще могло сойти за случайность, но следующие попытки… Ретен, что там у них происходит? Знаешь?

— Догадываюсь, — кивнул тот. — Гарлат сейчас делает ставку только на дочь. И на ее выгодное для себя замужество. Оно для него теперь единственный способ выбраться из той задницы, в которую лорд загнал себя долгами.

— Ну да, — Пепел подумал и хмыкнул, — к Сорвени он даже не сунулся со своими брачными планами — точно знал, что не прокатит. И ни с кем не прокатит. Младший Гарлат, видать, совсем хреновая партия. За душой ничего, кроме папенькиных долгов и возможного титула. Да и тот…

— Именно. Поэтому сына он, похоже, просто скинул со счетов. И счастье этого малолетнего недоумка, что тот не успел натворить ничего непоправимого. Подозреваю, отец бы его просто слил, списав все на какие-нибудь ваши личные счеты. Нашел бы на что.

— Нашел, — не стал спорить Пепел. — Еще как нашел. Интересно, это Кневри у Гарлата потребовал убрать с дороги наследника, чтобы расчистить себе путь еще и к титулу? Или причина другая? Глядишь, окажется что он ему и не сын вовсе.

— Вот уж не знаю. Но втянув в дело своего мальчишку, лорд Гарлат подставил его не меньше, чем тебя, — лицо у Ретена заострилось, а глаза опять заледенели, когда он представил, чем все едва не закончилось.

— И что? Мне его теперь пожалеть? Лорденыша этого? — Пепел в долгу не остался, о его взгляд тоже сейчас можно было порезаться.

— Думаю, достаточно просто оставить в покое. Зная тебя, могу предположить, что прилетело ему уже больше положенного. Вот и остановись.

— Он хотел меня убить. И… еще кое в чем здорово провинился.

— Можешь это доказать?

— Ладно, понял, — подумав кивнул Пепел. — Добрый ты все-таки, папенька, несмотря на рожу.

— М-мальчишка!

— Простите, сиятельный ресс. Забылся. Но рожа у тебя сейчас все равно страшная — прямо как у тех самых Ретенауи, что когда-то лордов пачками резали.

Ретен выдохнул сквозь зубы и… смирился. Все-равно этого мелкого говнюка если что и исправит, так только могила. Без вариантов. Пепел, глядя на него, тоже успокоился.

— Ладно, папенька, мир. И иди уж, мойся. Думаешь, не вижу как ты двери ванной глазами сверлишь?

— Спасибо, — не стал отпираться Ретен и поднялся.

— Только сначала скажи, что там с Фаонами? А то я от любопытства сдохну пока ты оттуда вылезешь.

— Да все там нормально. Решили. Отдают они Фаэлин за Нокса.

— И чего это тебе стоило? — с опаской поинтересовался Пепел.

— Двух угроз, одного шантажа и одного должностного преступления.

— Но обошлось без денег?

— Само собой. Брак они уже умудрились заключить, Фаонам оставалось его лишь признать.

— Ну… ничего так цена. Только Ноксу говорить о ней не стоит. И эти, Фаоны, тоже пусть молчат.

— Не успеют они ничего рассказать, сегодня уже уедут. И, Эрдари… — с каким-то непонятным выражением произнес Ретен. — Род Фаон хочет услышать, в каком виде ты предпочтешь их благодарность.

Пепел вытаращил глаза:

— Что-о?! Серьезно?! Они это серьезно?

А когда Ретен кивнул, подтверждая, заржал так, что у того возникли кое-какие опасения насчет икоты и последующего отпаивания. Но в ванную рессу хотелось больше, чем приводить в чувство дурного кадета, поэтому он просто пожал плечами и закрыл за собой дверь. С обратной стороны. Оставив Дари веселиться сколько влезет. Но все-таки расслышал с трудом пробившееся через хохот:

— Скажи им… я возьму… молчанием…

Долго в одиночестве Пепел не просидел: не успел он более-менее успокоиться, как в комнату ввалился Красавчик. И за руку втянул туда Фэл.

— Не понял, — изогнул бровь Дари, все еще улыбаясь. — Вы так с тех пор и не расцеплялись? Так за ручку и ходите?

— Не завидуй, я Рин предупредил, чтобы сюда пришла, как только у них занятия кончатся.

— Ага, значит все-таки расцеплялись, — сделал неожиданный вывод Пепел. — Но за Рин спасибо.

— А в ванной кто? — прислушался к шуму воды Роши.

— Ретен. Я оказал ему великую милость и позволил помыться. — Дари хихикнул, заметив как вздрогнула от этой новости Фэл, явно собираясь сбежать, и глянул уже прямо на нее: — Не дергайся, ресса. К своему мужу ты теперь можешь ходить когда захочешь.

— Мужу? — Красавчик развернулся так резко, что едва не упал.

— Именно. Не понял еще, да? По традициям рессов вы уже женаты… Фэл, да скажи же ему! Он думает, я над ним издеваюсь.

— Да, Сарош Нокс, — серьезно посмотрела на того ресса. — Ты предложил, я приняла. Семья слышала.

— И… что? Этого достаточно? — тот похоже никак не мог прийти в себя.

— Угу, — хитро прищурился Пепел, едва удерживаясь от нового приступа веселья. — Мы, рессы, такие, да. Быстрые. Знаешь сколько времени понадобилось Ретену чтобы решить все насчет твоей сестры? Две минуты! На горящем чердаке и под дулом ее пистолета. Ну и еще минутка на формальности потом, уже в постели.

Ресса зарделась, но все же сумела собраться с нервами и серьезно посмотрела Роши прямо в глаза:

— Нокс, я не стану ни на чем настаивать, если ты не готов. Можешь считать, что наши традиции к тебе отношения не имеют…

— Чего?! Еще как имеют! — Красавчик мгновенно сграбастал Фэл в объятия и зарылся носом ей в волосы. Откуда совершенно блаженным голосом выдохнул: — Жена-а… Поверить не могу! Пепел, она мне жена! Слышал, да?

И вдруг подхватил девушку на руки:

— Цветочек, радость моя, все! Все, понимаешь? Пусть теперь твои Фаоны хоть в ад провалятся! Хрен я тебя кому отдам!

— Можно и без ада обойтись, — счел нужным влезть с уточнениями Пепел. — Ретен заставил их признать брак.

— Как? — теперь не поверила уже Фаон.

— А вот у него и спрашивайте, — кивнул тот на открывающуюся дверь ванной. — Пусть сам колется, чем он твою родню пуганул.

— А есть разница чем? — настроение у ресса после душа здорово поднялось, это было заметно. — Признали и все. Кстати, Фаэлин, можешь вернуть Эрдари лагарну, больше она тебе не нужна.

И внимательно проследив за тем, как девушка снимает кольцо и отдает его обратно Пеплу, одобрительно, с явным облегчением кивнул. А потом продолжил:

— Но с официальной свадьбой все-таки придется ждать до окончания академии. Здешние правила знаете, да? Никаких браков до конца учебы. И детей, соответственно, тоже.

Фаэлин снова покраснела, Красавчик послушно кивнул, а вот Пепел не смог не влезть с возражениями:

— Сам-то себе за неделю наследника заделал…

— Эрдари!

— Угу, именно его. Так вашего первого и зовут.

— Равеслаут!

— А вот это уже я, да.

— Уймись, а?

— А ты отстань от них, сиятельный ресс. Сами разберутся. А то Эрдари у вас с сестричкой есть, Далан, в честь Варана, тоже, а они пусть нам Лиссерин быстренько заделают. Надеюсь, вы не против так свою девочку назвать, а?

Ресса стала совсем пунцовой, а вот Красавчик оказался не лыком шит:

— Сам заделаешь!

— Ну… Не знаю. За мальчика-то я ручаюсь, а вот как у нас с девочками сложится…

— Эрдари?! — Ретен, похоже, не сразу поверил в то что услышал.

— Ага, — обрадовался тот. — Все-таки испугать тебя может не только Лаис. У меня вот тоже получилось.

— Равеслаут!

— Не боись, ресс. Там тоже приобретение для семьи будет очень достойное. Как смотришь насчет леди Сорвени в невестках? А, папенька?

И глядя на лицо Ретена заржал уже не сдерживаясь.

— Да ладно, расслабься пока. А то вдруг генерал окажется против? Из-за тебя как раз? И придется нам сбежать… И скрываться…

— Он не будет против, — Рин, стукнув для проформы в дверной косяк, вошла в комнату и не стесняясь дала понять, что часть разговора слышала.

— Погоди, — поперхнулся Пепел. — А ты уже спросила?

— Он сам мне сказал. Вчера. Когда мы с ним прощались.

— Н-да, — Пепел не смог удержаться и расплылся в очередной улыбке. — Узнаю генерала Сорвени, и его ээ… прямоту. Хоть не матом? Сказал, в смысле?

— Ну… Почти.

— Охре… В смысле, поражен до глубины души. Так, ладно, я понял…

Эрдари опустился перед девушкой на одно колено:

— Норин Сорвени, выйдешь за меня?

— А-а… — та явно растерялась не на шутку. Такого поворота и такой прыти от Пепла не ожидала даже она.

— Да, самолеты, я помню, — Дари тряхнул головой. — И вообще, нам еще рано, наверное. Но для колечка невесты в самый раз, не находишь?

Рин подумала, кивнула и молча протянула ему руку, а Пепел, с вызовом глядя на Ретена, надел ей на пальчик… лагарну! И не медля, сграбастал в объятия, копируя при этом Красавчика. Или даже пародируя, потому что тут же показал ему язык.

Ресс Ретенауи лишь печально вздохнул — драть этого засранца уже явно поздно:

— Я закажу вам более подходящий вариант колец, если ты позволишь.

— Позволю, — с видом монарха кивнул Пепел. — Только вы, ресс, поторопитесь.

— Убью!

— Нет, вот с этим торопиться как раз не надо… Ай! Ресс, сдурел, что ли? Больно же!