глава девятнадцатая

Ресс Ретенауи, завернувшись в мягкий халат, вышел из душа, бросил короткий взгляд на Лаис, уже спящую на широкой кровати выделенной им каюты и устроился в кресле, чтобы перед сном немного привести мысли в порядок. После сегодняшнего суматошного дня это было действительно необходимо. За широким круглым иллюминатором занимался яркий розово-оранжевый рассвет, и Ретен развернулся так, чтобы не пропустить ничего из этого зрелища — оно не отвлекало, а наоборот, лишь помогало сосредоточиться.

Итак, на ночном допросе господин Кневри не поведал им ничего — он просто отказался говорить. Вообще. Но Лаис, принявшая перед этим пару кристаллов усилителя, все равно кое-что поняла.

— Рети, — проговорила она, выманив мужа в коридор и прижав к одной из стен, — Он просто тянет время. И чего-то ждет. А еще он слишком уверен. Уверен, понимаешь?! Как будто знает, что очень скоро его не просто отсюда выпустят, но еще и извиняться вдогон побегут.

— Точно?

— Да! Что-то там у них готовится, причем вот прямо сейчас. И связано это с Сиенурой и Дари — на такие вопросы он реагировал аж злорадно, я чуяла.

— Та-ак… — Ретен механически перекинул вперед свои перевитые косицами волосы и в раздумье несколько раз дернул за них, не отдавая отчета. — Пойдем!

Пропустив жену обратно в допросную, он закрыл замок, чтобы никто не вздумал мешать, усадил ее на стул, поставленный рядом с Кневри, и встал напротив:

— Сейчас я буду задавать вам вопросы. Обо всем подряд, без разбора. Вы, господин хороший, можете продолжать молчать, если желаете, но ты, Лаис, будешь выдавать мне первую же ассоциацию, которая придет в голову. Первую, не раздумывая!

— Я добавлю немного, — кивнула та и закинула в рот еще парочку кристаллов. — Да, теперь спрашивай!

— Связь Кневри с Насагонтом?

— Измененные.

— А с рудниками?

— Посредник.

— Эрдари?

— Срочно! Очень срочно, Рети, мы теряем время!

— С-сука! — это было первое слово, сказанное Кневри в допросной — он, наконец, сообразил, кто перед ним.

— Можно и так, — равнодушно пожала плечами Лаис, не дав Ретену вмешаться. — Но чаще просто ищейка.

Обозлившийся господин явно хотел высказаться еще, но глянул на ресса, за секунду преобразившегося в того самого Ретенауи, что когда-то резали лордов пачками, и заткнулся. Тот в ответ очень убедительно кивнул:

— Правильно. Не хочешь лишиться языка — придерживай его. Итак, — снова вернулся к прежнему, слегка небрежному тону глава тайной службы, — продолжим: Генерал Сорвени?

— Смерть. И дирижабль.

— Сонресорм?

— Переворот. И опять срочно!..

Десять минут спустя этот своеобразный допрос закончился, Лаис бережно проводили в кабинет Ретена и передали отпаивать чаем ординарцу, а сам глава департамента развил бешенную деятельность, рассылая депеши, телеграммы и фельдъегерей по всей ночной столице.

Итогом устроенного переполоха стала весьма занятная компания, собравшаяся перед рассветом на летном поле военного министерства, встречать которую вышел сам Сорвени — с красными от недосыпа глазами и сорванным от матюков голосом:

— Ретенауи, так вы для этого заставили министерский совет фактически передать мое ведомство вам в подчинение? Чтобы использовать как личного извозчика?

— Удачно получилось, не спорю, — кивнул тот. — Успели подготовить дирижабль?

— …! Простите, леди. Но знали бы вы, чего мне это стоило!

— Грузимся! Узнавать будем уже в воздухе, кажется, времени не осталось совсем, — и вдруг спохватился: — И да, прошу всех, кроме ординарцев, сразу пройти в комнату для совещаний. На борту ведь такая найдется?

— Найдем, — буркнул Сорвени. — Для вас, ваше ресство, все что угодно, только прикажите.

— Вот и прекрасно, — Ретен старательно проигнорировал едкий генеральский сарказм. — Отдыхать будем чуть позже.

Зал совещаний на штабном дирижабле оказался более чем подходящим для обсуждения всех накопившихся вопросов и планов. Располагали к этому и длинный овальный стол, за которым могло устроиться в два раза больше народа, чем сейчас, и простые, но удобные кресла вокруг, и ничем не занавешенные иллюминаторы, с занимающимся за ними рассветом.

Место во главе по въевшейся уже привычке занял Сорвени, а Ретен не стал с ним спорить, усевшись на соседний стул и заботливо устроив рядом бледную до синевы жену. Напротив расположились остальные трое: Шоралт Ютиси, наследник одного из старших родов Сонресорма; ресса Эрселин, голос семьи Ретенауи; и ее муж, Рагден Валент, главный наставник будущих шпио… в смысле, дипломатов в академии Шант Эли.

Ретен окинул эту картинку взором полководца и начал по порядку:

— Генерал, разговор о планах начнем с вас. Вы, как и намечалось, летите в Таронку. Есть основания полагать, — Ретен мельком глянул на вымотавшуюся после ночного допроса жену, — что именно там для нас готовится какой-то не слишком приятный сюрприз. Лаисса тоже с вами, опять же как и собиралась.

Та молча кивнула, подтверждая. Генерал подумал и тоже кивнул, не затевая споров:

— Но сначала подбросить вас до Сонресорма?

— Именно. Мы высадимся там, а вы полетите дальше в крепость.

— Хорошо. — Сорвени прекрасно понимал — в сложившихся условиях устроить с рессом еще и дележку полномочий стало бы верхом глупости. Так что пусть его. В смысле, пусть покомандует пока. Ни от самого генерала, ни от его авторитета точно не убудет.

— Так, теперь ваша задача. — Ретен развернулся к чете деканов академии. — Валент, мальчишку Шорга беречь как зеницу ока — против него тоже что-то затевается.

— Понял.

— Эрс, в той каше, что там сейчас заварится, именно ты будешь представителем Ретенауи, как голос рода. Все срочные решения на тебе.

— Увы, но лагарна сейчас у Эрдари, — Эселин едва не выругалась.

— Уже нет, — Шоралт покопался в нагрудном кармане и протянул ей кольцо. — Снял и отдал мне, когда намылился в Сиенуру. Просил вам вернуть.

— И когда это вы успели стать братьями, а? — прищурилась на него ресса.

— Сам не понял, — огрызнулись ей в ответ. — За этим змеенышем разве уследишь, когда, кем и кому он умудряется стать?

— Братьями? — полюбопытствовал Сорвени. — Почему?

— Лагарну не доверяют никому, кроме родни. Никто и ни при каких условиях не доверяет. Но когда это традиции были указом для Эрдари Равеслаута?

— Вот именно, — Ютиси, передав кольцо, явно почувствовал облегчение. — Нашему скользкому полукровышу вообще ничего не указ.

— Что ж, очень кстати, — кивнул Ретен, не сводя глаз с Ютиси. — Потому что придется собирать совет. Малый, на большой времени просто нет.

— Уже, — коротко откликнулся Шоралт.

— Что?

— Пепел собрал. И решение принято — рессы окажут поддержку расследованию причин сиенурского интереса к нашим делам.

— Он и это успел? — приподнял брови Ретенауи.

— А что, вас такое до сих пор удивляет?

— Не особо, — честно признался тот. — Ладно, тем лучше, считай, одной проблемой меньше. Но… Ресс Шоралт, второй из Ютиси, боюсь, у вас с Каголи Шоргуа все равно окажется самая сложная задача.

— Те планы, о которых мы говорили вчера? — не стал он изображать дурачка.

— Именно. С ними придется здорово поторопиться. В идеале, все самое главное провернуть уже сегодня, чтобы завтра газеты пестрели нужными нам заголовками. Иначе… Иначе у меня не окажется повода явиться в Нассагонт и вытащить оттуда Пепла.

— Очаровательно. — Ралт откинулся на спинку кресла и обвел собравшихся за столом недоверчивым взглядом. — Перевернуть к демонам все устои и традиции Сорнресорма, устроить фактически революцию, и все лишь для того, чтобы вытащить из задницы одного пронырливого прохвоста? Такого еще точно не было нигде и никогда. Мы окажемся первыми. Не, я, конечно, только «за», тем более что эффект неожиданности нам сейчас на руку, но это не делает ситуацию менее бредовой!

— А есть разница, что станет предлогом, если все и так идет к тому? — прищурился Ретен. — Причем идет уже давно?

— Есть, конечно, — вскинулся Ютиси. — Мелкий гаденыш теперь до конца жизни будет гордиться своей ролью в этом деле. Вот помяните мое слово!

— Да и демоны с ним! Пусть себе гордится, — припечатал Сорвени, переводя взгляд на Ретена: — А вы, ваше ресство? К соседям, как я понимаю?

— Да, я в Сиенуру на переговоры. В Сонресорме ради нас обещали чуть придержать рейс до Нассагонта, так что сегодня к вечеру буду уже там.

— Придержать? — собеседник явно просчитал что-то в уме и счел нужным удивиться. — Так мы и без того вроде успеваем. Даже с запасом.

— Успеваем. Но мне нужен там еще как минимум час или даже больше, чтобы кое-что организовать. Кое-какие утечки.

— С такими замашками, Ретенауи, — хмыкнул генерал, — вам собственный дирижабль иметь пора, а не в военном ведомстве побираться.

— Не положено, — развел тот руками.

— Чую, придется поднять вопрос, чтоб положили. А то ведь так и повадитесь, чуть что — меня дергать.

На этой высокой ноте и разошлись — ночь для большинства собравшихся выдалась бессонная и суматошная, пора было отдохнуть и прийти в себя, пока обстоятельства позволяют…

Ретен еще немного полюбовался восходом, со смаком потянулся и, скинув халат, забрался к жене в постель.

— Умм? — муркнула в полусне Лаис.

— Угум, — ответил он, целуя ее в плечико и осторожно спускаясь губами ниже. А потом так же осторожно стягивая с женщины одеяло.

И напряжение этого сумасшедшего дня отошло на второй план перед открывшейся ему картиной. Все-таки с некоторых пор полеты на дирижабле вызывали у ресса совершенно определенные и крайне приятные ассоциации, которые он не прочь был сейчас обновить. Лаис тоже против не была, абсолютно точно, потому что, не открывая глаз, потянулась к нему губами, а пальцы немедленно запустила во все еще слегка влажные белые пряди.

Ретен чуть заметно улыбнулся, ближе прижался к жене и послал все проблемы к демонам в ад. Не до них сейчас. Подождут.