эпилог

Церемония бракосочетания дочери генерала Сорвени с лордом Равеслаутом, четвертым рессом Ретенауи, была назначена на конец августа и стала самым обсуждаемым светским событием месяца. Прежде всего из-за гостей, которые почтили его своим присутствием. На пару часов прибыл даже Его Императорское Величество, придавая мероприятию воистину впечатляющий блеск и размах. Впрочем, злые языки шептали, что все эти два часа император провел в приватной и крайне напряженной беседе со своим новоиспеченным коллегой — королем рессов Шоралтом Ютиси, но это они от зависти, не иначе. И да, правитель северной провинции на этой свадьбе тоже присутствовал, что не удивительно, учитывая половину старой крови в жилах жениха. Вообще, беловолосых там хватало, по мнению некоторых так даже чересчур. Вплоть до того, что подружкой невесты стала юная рыженькая Ретенауи, опять неизвестно откуда взявшаяся в этом казалось бы вымершем роду. И подробностей ее появления не смогли выяснить даже ушлые столичные газетчики — глава этого семейства (и по совместительству глава тайной службы империи) к информации умел относиться весьма бережно. А если учесть, что новых членов своего рода он всегда выуживал неизвестно откуда, словно кроликов из шляпы, прояснить это было безнадежно и в будущем. Для газетчиков в том числе. Или, что вернее, для них — прежде всего.

Отдельную и сплоченную группку гостей составляли преподаватели лучшей имперской военной академии Шант Эли, что тоже никого не удивляло — и жених, и невеста имели к ней непосредственное отношение. Лорд Равеслаут в этом году стал лучшим выпускником это наипрестижнейшего учебного заведения, а Норин Сорвени, теперь леди Равеслаут, вполне успешно перевелась на четвертый курс. Кстати, ее новоявленный муж был совсем не против, чтобы девушка прошла обучение до конца и получила диплом военного инженера, и это опять-таки вызвало определенные пересуды в свете. На что представителям семейства Ретенауи опять-таки было плевать.

Но, так или иначе, сплоченная компания из деканов и преподавателей академии смотрелась на этом торжестве вполне органично и даже дружно, не иначе как стараниями непревзойденной госпожи Шарот, сумевшей вписать в нее всех, вплоть до чопорного господина ректора.

Ну и последняя милая деталь — букет невесты поймала госпожа Шрант — метресса женского крыла общежития все той же академии.