глава двадцать первая

Лаис бодро простучала подкованными каблучками по длинным коридорам гостиницы; оценила громадный и добротно отделанный холл, на который вчера почти не обратила внимания; кивнула портье — уже другому, не тому, что селил их вечером; поздоровалась со швейцаром, открывшим ей дверь; и выпорхнула на залитую полуденным солнцем улицу.

Сейчас, днем, город выглядел совершенно иначе, чем вчерашней ночью — деловой, подобравшийся, пыльный и суматошный. Скрипели колесами многочисленные экипажи, переругивались на стоянке рядом с отелем извозчики, радостно возились в недалеких кустах птицы, а прямо возле входа гостиничная прислуга со сдержанными матючками выгружала багаж из блестящего черным лаком авто.

Обойдя это препятствие, Лаис двинулась именно к стоянке, но пока шла, поразмыслила и решила сразу на виллу не ехать. Если спросят, с какой стати она там объявилась, ответить будет нечего. Стоит все-таки поначалу заглянуть к полицейским, тем более что это почти по пути, и позаботиться об алиби. А потому, наняв экипаж, Лаисса назвала кучеру адрес управления, но выскочив из него, велела подождать — она, мол, ненадолго. Действительно, много времени ее задумка не отняла: подойти к окошку охраны, поздороваться со знакомым сержантом, поинтересоваться, где сейчас Ярм и получить подтверждение того, в чем и так была почти уверена — в доме у господина заместителя начальника. Там ночью какая-то заваруха случилась и вроде помер он, заместитель этот. Разбираются теперь.

Поблагодарив, девушка вернулась в экипаж и отправилась уже прямиком на вчерашнее место преступления.

Первым, кого она увидела в воротах, был как раз Тэни. Лаис подошла и не дожидаясь, пока тот проявит любопытство, начала первой:

— Привет, хотела тебя увидеть, а в управлении сказали, что ты тут.

Ярм кивнул, подтверждая, что да, именно тут он и есть, и поинтересовался:

— Случилось что?

— Случилось, — не стала скрывать девушка. — Вчера. У меня квартира сгорела.

— Подожди, — встрепенулся полицейский, — так тот пожар на Ронской…

— Да, — подтвердила она. — Моя квартира. Дотла.

— И как ты теперь? — его забота выглядела искренней.

— Да вот, решила, что раз уж так вышло, устрою себе отпуск. К родне съезжу. Или даже к морю. Как сложится. Я, собственно, попрощаться хотела.

Тэни посмотрел на нее внимательно и долго, но уточнять ничего не стал. И она продолжила:

— А что здесь произошло? В управлении ужасы какие-то рассказывают.

— Ужасы, говоришь? — помрачнел полицейский. — Это они еще не все знают. И не узнают, наверное. Боюсь, самые ужасы дальше высоких кабинетов не пойдут.

Ярм вдруг глянул на нее, осененный внезапной идеей:

— Лаис, я, конечно, не имею права тебя просить, но… — остановился он в сомнении.

— Помочь? — догадалась та.

— Да.

— Без проблем. Только учти, без усилителя — я с того раза еще не отошла.

— Разумеется, без, — все равно обрадовался Тэни и потащил ее к дверям виллы, на ходу объясняя, что ему нужно.

В результате этой помощи, через полчаса здешнюю прислугу увезли в полицейское управление почти полным составом и, судя по всему, там они и останутся — в камерах предварительного заключения цокольного этажа, для начала. Лаисса действительно постаралась для этого изо всех сил. Сомнения вызывал лишь детина, охранявший ворота — зацепить его никак не получалось. Сидя перед Лаис и Тэни в кабинете бывшего хозяина, он настойчиво доказывал, что ко вчерашним событиям не имеет отношения:

— Да говорю же, не было меня здесь. Вообще.

— А где был? По документам твоя смена.

Детина мялся, вздыхал и по какой-то причине категорически не хотел говорить правду. Пока, в конце концов, не выдержал:

— Я у дома этой вот дежурил. — охранник ткнул пальцем в сторону Лаис, заставив ее отчетливо вздрогнуть.

— У дома Лаиссы Нокс? — вцепился в эту неожиданную информацию Ярм.

— Да.

— Зачем?

— Велено было следить, не объявится ли где рядом мужик, похожий на ресса.

— И как? — Тэни остро глянул сначала на девушку, а потом на охранника.

— Не было, — не стал скрывать тот.

— Еще бы, — Ярм заметно успокоился, и Лаис тоже смогла взять себя в руки. И лишь равнодушно кивнула, когда ей предложили: — Отойдем?

— Похоже, ждал он того наемника? — не стал вилять полицейский, сразу перейдя к делу. — Из морга, который?

— Похоже, — согласилась девушка. — Только в том морге его и взорвали. Заодно с Йени. А когда мы по следу шли, он ведь и сюда тоже привел? Странно, правда? В смысле очень странные интересы были у господина Эстарпа.

— Ты даже не представляешь, насколько странные, — Тэни передернулся и не удержался от нервного взгляда в сторону подвального хода, уже вновь прикрытого стеллажом. Лаис успокоилась — кому нужно все что нужно нашли. Прекрасно. А Ярм, посомневавшись немного, все-таки продолжил:

— Вообще-то, я не имею права, но хочу, чтобы ты кое-что глянула. Оно напрямую касается твоего бывшего клиента, — тот протянул ей письмо, взятое из стопки документов, уже приготовленных, чтобы увозить: — Хочу знать, что ты об этом думаешь.

Она бегло просмотрела послание, потом прочитала еще раз, теперь внимательно, и подняла спокойный взгляд на полицейского:

— Думаю я две вещи. Первое — это какая-то середина из переписки. Должно быть что-то еще. Причем и раньше, и позже. Не нашли?

Ярм отрицательно качнул головой.

— И второе — этот наемник, похоже, был не тем, за кого себя выдавал.

— Ну да, наши пришли к тому же выводу. А больше ничего не скажешь?

— Извини, Тэни, — развела она руками, вернув письмо. — Разве что посочувствую. Это висяк, гадать не нужно.

— И тут ты права. — Полицейский расстроился не слишком сильно. — Но висяк не нашего уровня. Так что пусть над всей этой грязью в столице голову ломают. Нам не по чину.

— И то правда, — согласилась с ним девушка. — Хоть что-то хорошее во всей этой истории. Проводишь? Или я могу еще чем помочь?

— Да нет, спасибо. Пойдем, выйдем отсюда, — и он, бросив еще один нервный взгляд в сторону шкафа, за которым прятался ход в подвал, взял ее под локоток и повел к лестнице в холл. Но уже у ворот виллы, прежде чем окончательно распрощаться, неожиданно спросил:

— Лаис, кто он?

— Он? — та постаралась сохранить равнодушное лицо, хотя на самом деле едва не вздрогнула второй раз за этот день. Неужели Ярм все-таки что-то знает о Ретене? Или догадывается? Но следующая фраза заставила ее расслабиться:

— Ты понимаешь, о чем я. Это к нему ты сейчас едешь?

Девушка растерянно молчала, не очень понимая, что здесь можно сказать? Да и нужно ли?

— А почему не с ним вместе? — не успокаивался тот. — Почему он не с тобой сейчас?

Лаисса продолжала смотреть куда угодно, только не на полицейского, не говоря ни слова.

— Он уже женат, да? — Ярм развернул ее лицом к себе и заглянул в глаза. — Он не может жениться на тебе? Но ты все равно его любишь?

И Лаис кивнула.

Уж себе-то в этом можно было признаться. Она его любит. Несмотря ни на что. Вот тут Тэни попал в точку.

Ярм выдохнул сквозь зубы и осторожно отстранился:

— Детка, хочу, чтобы ты знала: тебе есть куда вернуться… потом. Запомни, ладно? Я тебя жду. Жаль, понял это слишком поздно. Я тебя всегда жду.

Он коротко поклонился и вернулся распоряжаться на виллу, оставив ее стоять возле ворот. Девушка усмехнулась и стряхнула невольное очарование момента. Демоны! Где ж ты был все эти два года, а? Впрочем, вопрос глупый, а потому никчемный. Это же Тэни Ярм. Настоящий легавый. Которому нужно лишь то, что у него пытаются вырвать. Вот тогда ему внезапно становится интересно. А если спокойно положить перед носом — уже нет. Смешно. Если бы не было так грустно.

От виллы господина Эстарпа Лаис вели. Хвост за собой она почуяла сразу, но долго и всерьез раздумывала, стоит ли от него избавляться? Ответ сильно зависел от того, кем он подвешен. Если это Тэни — скорее нет. Ну, доведут ее до гостиницы, и что? Пусть даже узнают, что живет она там не одна — не страшно. Ярм себе и так уже целую историю про нее придумал, и всего лишь получит этой истории подтверждение. Разбираться же с кем там сейчас Лаис он не полезет — слишком гордый. А вот если это люди Дасана… Тут уж зависит от целей, с которыми они за ней увязались. Но ведь можно и проверить…

Лаис демонстративно посмотрела на нежаркое весеннее солнышко, втянула носом запах цветущей сирени и очень явно «передумала» нанимать экипаж. «А действительно, почему бы в такой прекрасный денек даме не прогуляться? Вот и пройдемся, да. Заодно выясним, кто там тащится на хвосте и с какими такими намерениями.»

Первой ее целью стал магазин готового платья и аксессуаров госпожи Шагран. Там Лаис провела больше часа, делясь сожалениями о потере всего имущества и ужасом от пережитого пожара. В глазах хозяйки салона океаном плескалось сочувствие — когда она знала, что на нее смотрят, и алчный блеск — когда та думала, что ее не видят. Кроме выбора гардероба для себя, девушка озаботилась еще и подарками для родни, которую собиралась навестить, так что в итоге на прилавке выросла настоящая гора из свертков, пакетов и пакетиков. Хозяйка обещала доставить все в отель через пару часов, самое большее.

А сквозь витрину Лаисса разглядела и еще кое-что примечательное.

Прямо напротив салона, на совсем непроходном углу, устроился просить подаяние нищий. Место он выбрал странное, доходов не сулящее, но зато оттуда чудесно просматривался вход в магазин. Делать окончательные выводы было рано, но чаша весов качнулась не в пользу Ярма. Все-таки идут за ней воры. Скорее всего. Осталось выяснить зачем.

Бочка летела по узкому переулку, громыхая как демон, подскакивая на колдобинах и по очереди цепляясь то за один забор, то за другой. А впереди нее, столь же резво неслись двое преследователей Лаис, которых она заманила сюда, рассчитывая прояснить их планы. Ну и прояснила, да. С первой пулей она разминулась просто чудом, вторую пропустила над головой, присев за тарой из-под соленых огурцов, третьей не случилось, потому как погоне вдруг стало не до стрельбы — девушка ловко подбила бочку, служившую ей укрытием, и пустила ее вскачь по крутому спуску.

Когда шум от веселья затих вдали, та отряхнула юбки и уверенно вошла в заднюю дверь ресторанчика, хозяина которого прекрасно знала.

— Лодни, — обрадовалась она, увидев его возле кухни, — я там твою бочку своротила.

— Опять?! — сделал тот грозное лицо.

— Прости, — пожала та плечами, передавая купюру, — больше не буду.

— Что так? — полюбопытствовал он, пряча деньги за обшлаг.

— Уезжаю.

— Надолго?

— Как получится, — опять дернула она плечом. — Посмотрим.

Лодни кивнул и поинтересовался:

— Пообедаешь? Сегодня баранина с черносливом вышла просто сказочно.

— Не выйдет, — извинилась та. — Времени нет.

— Вечно у тебя его нет, — незло пробурчал ресторатор. — Совсем о себе не заботишься, а с твоей работой нужно хорошо кушать.

— Конечно, Лодни, конечно, — не стала она спорить. — Не знаешь, Кронс свободен?

— Да вроде недавно видел его, был на месте.

— Спасибо! — поблагодарила девушка, и быстро проскочив через узкий ресторанный зал, вышла уже с другой стороны квартала, прямиком на стоянку экипажей.

— Было бы за что, — откликнулся хозяин заведения уже ей в спину.

Кронс, наверное, самый быстрый и ловкий кучер в городе, и правда оказался на месте, а едва увидев Лаис тут же разулыбался. Вот чего ей действительно было жаль в Прауте, так это подобных связей, наработанных за годы частной практики. Ну да что уж теперь…

— Привет, Стрела, — поздоровалась она, залезая в коляску и поднимая над ней верх, чтобы спрятаться от любопытных глаз, — доставишь до банка, а потом в «Шар и корону»?

— В лучшем виде! — откликнулся тот, разбирая вожжи. — С ветерком!

«Что ж, хвост она, считай, стряхнула, и с целями преследователей тоже разобралась — ее собирались убивать, быстро и без вариантов. Выводы из этого она сделала, и необходимые меры предпримет. Главное теперь, чтобы о ее маленьком приключении не узнал Ретен. Впрочем, кто ж ему расскажет?»

В номер гостиницы Лаисса вернулась сделав все запланированное, да еще и с хорошим запасом по времени. Ресс, пока ее не было, успел тщательно себя загримировать и вновь предстал перед ней в образе заслуженного ветерана. А теперь хищно присматривался к Дари, явно имея какие-то планы и на него.

— Погоди пока, — расшифровала Лаис эти намерения. — Сначала новости. Ретен, знаешь, ты просто удивительно вовремя умер. Я не в курсе, где именно ты прокололся, но наемника в чем-то подозревали. Это самое малое, а то, может, и наверняка знали, кто это.

— Знали, — покаялся ресс.

Он вытащил из пачки документов несколько листков и передал ей:

— Вот. Лежали во второй папке. Здесь как раз переписка по этому поводу. Сообщение Эстарпу, что разыскиваемые бумаги могут быть у некоего наемника, и что, скорее всего, наемником этим является небезызвестный ему ресс. Предупреждают, чтобы действовал осторожно, но быстро. Документы им нужны срочно. Второе письмо — ответ Эстарпа. Пишет, что наемник погиб, обыск его вещей результатов не дал, бумаги не обнаружены. Не отправлен. Как раз в этот момент потеряли измененного, во время поисков вышли на полицейский морг и нашли — там. Следующий лист, это начало письма, где как раз об этом. Закончить его господин Эстарп, похоже, не успел.

— Ага, — многозначительно выдала девушка, прочитав послания. — А ведь это продолжение. Начало переписки сейчас, увы, в полиции. Вернее, там середина. Где совсем начало — не знаю. Так вот, бумаги, о которых здесь речь, это те документы, что ты забрал из тайника Варана. Как раз о них было в письме, что мне показали. Не так прямо, конечно, но вот теперь я это понимаю.

— Ты все-таки поговорила со своими бывшими коллегами? — уточнил ресс.

— Поговорила, — кивнула та, — а так же кое в чем помогла и кое-что обсудила.

— На тему вчерашних событий на небезызвестной вилле?

— Разумеется.

— И? — вмешался Пепел, потеряв терпение.

— Основная версия такова: ты, Дари, просто случайный мальчишка, лишь чудом сумевший вырваться оттуда и избежать, как пишут в бульварных романах, «уготованной тебе незавидной участи». А господина Эстарпа по этому поводу хватил удар, едва тот сообразил, какие делишки из-за твоего побега могут всплыть.

— Ну что, почти угадали, — кивнул Пепел. — В твоем бывшем управлении не дураки сидят.

— А кабинет Эстарпа? — уточнил Ретен. — Они же поняли, что его обыскивали?

— Разумеется поняли, — кивнула девушка. — Но мы, похоже, просто неприлично везучие. Там после нас еще слуги помародерничали, так что в итоге все списали на них.

— Это не везение, — философски пожал плечами Пепел, — это жизнь. Странно, если бы никто из тех хорьков не воспользовался моментом.

Тут в дверь номера деликатно поскреблись, сообщив, что покупки доставлены.

— О, а вот и наш багаж, — обрадовалась Лаисса. — Братец, готовься. Сейчас мы с рессом общими усилиями будем делать из тебя сестричку.

— Твааааю ж, — простонал Пепел, мигом сообразив о чем она. — И за что, интересно, ты мне так мстишь?

— Дари, у тебя же безупречная память, вот сам и вспоминай.

Мальчишка застонал еще печальнее.

Новости обсуждали и пока Ретен разукрашивал Пепла, превращая его в хорошенькую девчушку. Итог получился не слишком утешительным, и речь не о гриме — там как раз все вышло лучше не придумаешь. Неутешительно выглядела информация. Обменявшись сведениями, вывод сделали такой:

Ворона вели все те десять лет, что он скрывался. И вели, что называется, наступая ему на пятки. Иногда теряли на какое-то время, но потом снова упорно выходили на след. Преследователям не давали покоя документы, прихваченные им перед побегом из тайника. Причем никто не знал, что именно там было, и как раз это подогревало к нему интерес.

Правда, поиски Ворона велись хоть и упорно, но не сказать чтобы слишком активно. Пока не случилось совпадение. В маленьком провинциальном Прауте, в руках господина Эстарпа, сошлись две ниточки: главная, из-за которой он сидел в этой дыре последние пару лет — поиски пропавшего мальчишки, и вторая — охота на сбежавшего ресса. Выводы были сделаны моментально — никакое это ни совпадение, и за дело взялись уже всерьез. А когда Ретена удалось связать еще с гибелью измененного, его поимка стала делом нескольких дней или даже часов. Если бы Лаис не уговорила Йени организовать ту подмену в морге, шансов у него не осталось бы совсем. Да и фальшивая смерть тоже помогла ненадолго, слишком плотно взялись за наемника загадочные «доброжелатели».

— Слушайте, — вдруг встрепенулся Пепел, — а давайте мы угробим этого лоха еще раз?

Лаис с Ретеном вытаращились на него с одинаковым выражением на лицах. И хором удивились:

— Кого?

— Что?

— Ну мозги-то включите, — нахамил мальчишка сразу обоим, — Письмо! Которое хорек не стал отправлять. Давайте его отправим мы. И хозяева этого извращенца будут в курсе, что наемника все-таки пришили и никаких бумаг у него нет. А может, и не было никогда. А? Как идея?

— Адрес есть, — Лаисса, сомневаясь, покрутила письмо в руках. — Хотя наверняка подставной. Но в принципе отправить можно — куда-то же послания с него доходят? Должны, по крайней мере.

— А если второй, более поздний вариант, Эстарп все-таки дописал и отправил? И в папке остался черновик? — ресс в идее и ее гениальности тоже уверен не был.

— И что? — Пепел все еще лучился оптимизмом. — Что мы потеряем?

— Само письмо?

— Угу, потеря страшная, понимаю. Нечего будет перечитывать на ночь и прятать под подушку?

И Ретен сдался:

— Ты, Эрдари, даже ангелов способен втянуть в свои авантюры.

— Это ты-то ангел?! — сделал круглые глаза мальчишка. — Умеете вы, ресс, себе польстить.

И тут же со смешком увернулся от карающего щелчка по носу.

На том обсуждение пришлось прервать — с подкрашиванием Пепла Ретен закончил и пришло время обрядить его в платье. Тут-то и началось настоящее веселье: Лаис азартно потрошила свертки с покупками и умирала от хохота; Дари то плакал, то плевался, глядя на их содержимое, но при любом раскладе сыпал проклятиями и старался удрать; ресс его ловил, возвращал девушке и пытался призвать к порядку — в общем, скучно не было никому. Но когда Пепел, уже полностью переодетый, увидел себя в зеркале и выдал совсем уж заковыристую тираду, Ретен все-таки не выдержал:

— Мальчик, я, конечно, понимаю, что вот это, — он ткнул в отражение, — гораздо хуже смерти, но смириться тебе все равно придется. Ты ошибаешься, считая, что речь идет только об одной смерти — твоей. На кону их три. Если не успокоишься прямо сейчас, мне придется подправить арифметику и кое-кого из расклада вычесть. Ясно?

— Ясно, — буркнул Пепел и в самом деле смиряясь.

— Хорошо понял?

— Аж прочувствовал.

— Прекрасно. Раз так, давай договоримся: услышу от тебя хоть одно ругательство — сразу вычту. Не смей выходить из образа и подставлять… остальных! И вообще, давно пора было приучить тебя к манерам, а этот маскарад… Чем не повод?

— Насчет моих манер можешь не переживать. Когда увидишь, насколько блестяще я такое умею, тебя еще перекосит от отвращения.

— Что, больше чем сейчас?

— Поверь, я постараюсь, — исподлобья зыркнул Пепел.

И увидев, как хмыкнула Лаис, продолжил:

— Ладно, с уроком этикета, считай, закончили, с арифметикой тоже разобрались… Приступим к чистописанию? А то нам еще документы себе рисовать, а времени не сказать чтобы вагон.

Девушка пододвинула ближе к Ретену письменный прибор, листы гербовой бумаги, кругляши печатей и спустя всего четверть часа на свет появился господин Верет, бывший унтер-офицер семнадцатого имперского полка, вдовец. И две его дочери: тринадцатилетняя Одерис и восемнадцатилетняя Элас — девица на выданье.

Лаисса тоже решилась принять участие в общем карнавале — ей крайне не понравился недвусмысленный интерес со стороны бывших подручных Дасана. Воры, видать, уже определили для себя, кто в его смерти виноват и спускать это ищейке не собирались. Маскарад в такой ситуации выглядел самым логичным и безопасным вариантом. Единственно, напрягал возраст, выбранный ей рессом — семь лет разницы с настоящим. Впрочем, девушка не сомневалась — она справится. И не с таким справлялась.

А еще Ретен явно заподозрил, что затеяла она это переодевание не просто так, за компанию с ними, а из каких-то других, действительно важных соображений. Но с допросом решил повременить — не до того сейчас. Лаис же надеялась, что это самое «до того» так и не настанет, и вопросы на тему, как она провела сегодняшний день, никогда не всплывут. Иначе все-таки придется каяться, соврать рессу не выйдет.

Со всеми хлопотами к намеченному для отъезда сроку успели едва-едва. Хорошо хоть хватило времени перепаковать вещи из свертков в объемный саквояж, родом из того же салона госпожи Шагран. Заботу о нем поручили Ретену, вернее, уже господину Верету, и в целом картинка добропорядочного семейства на выезде получилась идеальной — не придерешься. Можно было двигаться на выход.

— Папенька, — пронзительно верещал Пепел в холле гостиницы, сложив губки бантиком и хлопая ресничками из-под кружевного чепца. — А дозволите ли нам с сестрицей перед отъездом откушать пирожных? В заведении напротив они просто дивно хороши.

Ретен сжимал зубы, но молчал, мерно отстукивая тростью каждый свой шаг по просторному вестибюлю отеля. Впрочем, Дари не обольщался — месть будет страшной. Когда-нибудь потом. Но пока ничто не мешало мальчишке резвиться вовсю и получать от ситуации максимум удовольствия.