9

Смущалась я не долго. Инимис совершенно не обращала внимание на мою наготу, и ничуть не стыдилась своей.

— Ну что, готова? — спросила она, как только я опустилась напротив нее.

Смотря к чему. Но ответить я не успела: Ини дунула на воду, сделала движение длинными пальцами, будто послала по поверхности нечто легкое и невесомое. Сначала по воде пошла мелкая рябь, а в следующую секунду зеркально гладкая поверхность купели забурлила, словно кто-то невидимый притаился на дне и что есть сил пускал оттуда пузыри.

От неожиданности я вскочила, но затем с громким хлюпом упала назад. Я и сама толком не понимала, то ли я просто поскользнулась, то ли Инимис дернула меня за ногу. Она так задорно хохотала и наслаждалась моими испугом и растерянностью, что вскоре и я присоединилась к ней. Быстро освоившись в бурлящем бассейне, я не удержалась, и “отомстила” девушке, отправив под воду и ее.

Вдоволь наигравшись, мы, наконец-то успокоились. Откинув головы на бортик, мы наслаждались прохладной водой, одаривая друг друга усталыми улыбками.

Совместная ванна еще больше расположила нас друг к другу. Мы замерли, ощущая, что приближается тот самый момент, когда придется говорить по душам. Каждая из нас молчала, раздумывая, с чего бы начать.

— Наверное, мне раньше нравилась вода, — я первая прервала неловкое молчание. — Кажется, я бы сейчас и уснула в этом бассейне.

— Меня тоже вода всегда успокаивает, — ответила девушка, вдруг закусила губу и почти шепотом спросила: — Я просто не представляю, что мне делать. Бабушка молчит. Но я очень надеюсь, что она что-то придумает.

Я нервно дернула плечом. Может, и придумает. Но ведь есть очень простое решение — опять убежать. Однажды они уже скрылись,очень даже успешно. Почему бы снова не проделать тот же фокус? Меня-то уж точно здесь ничего не удерживает. Правда, придется тащить за собой старушку. А в ее то годы пускаться в бега — то еще удовольствие.

— Послушай, Ини. Мы можем убежать.

— Мы? — она подняла вверх соболиную бровь.

— А почему бы и нет? Ты же не думаешь, что я брошу тебя?

— Мы только познакомились. Я не смела предлагать тебе это. Попробовать можно, хотя я не очень-то верю в эту затею.

— Почему?

— Дядюшка выследил нас и, думаю, предусмотрел разные варианты. И наш побег — в том числе. Но, попробовать стоит.

Она посмотрела вверх, словно сверяя время со светилом.

Я проследила за ее взглядом, будто тоже в этом что-то смыслю.

— Ах, ты ж гад такой! — взвизгнула я, прикрывая свои пикантные места ладонями. — А ну, брысь отсюда!

У самого свода из веток и листьев завис дракончик с потешной мордой, переливаясь в лучах света словно мыльный пузырь.

Ини проследила за моим взглядом, посмотрела на меня, снова проследила за моим взглядом, нахмурилась.

— Найтири, кого ты там увидела?

Далеко не сразу я поняла, что она попросту не видит его. Тогда, спрашивается, что это за дракон? Или просто шалит мое воображение?

Будто услышав мои мысли, дракон потешно закатил глаза , мол, было бы из-за чего шуметь. Но тем не менее, тут же исчез. Сомневаюсь, что он куда-то улетел. Скорее всего, просто слился с ландшафтом. Но и на том спасибо. Не переставая прикрываться руками, я объяснила Ини:

— Ты понимаешь, меня преследует дракон. Прозрачный, словно мыльный пузырь.

— Мыльный пузырь? Прозрачный? И к тому же — дракон?

Ини смотрела на меня с сомнением. Не знаю, что там она обо мне в этот момент думала, но мне очень захотелось оправдаться перед ней.

— Понимаешь, он несколько раз спасал меня. И когда я падала со скалы. И когда… — чуть не проговорилась ей об огромном яйце, спрятанном в пещере. Но почему-то вдруг решила не рассказывать о нем. — В общем, несколько раз спасал. Он почему-то преследует меня.

— Ну, так спроси его, что ему от тебя нужно.

Я задумалась. Вот именно такой вариант мне и в голову не приходил. А почему бы, действительно, просто не спросить его? Но не нагишом же вести беседу со странным, пусть и явно не злым чудовищем.

Я потянулась за своим комбинезоном.

— Найти, подожди, — девушка быстро встала и потянулась к стопке одежды, лежавшей в стороне. — Только не обижайся, но твой нарядец выглядит, как бы это сказать, не совсем прилично.

Я было вспыхнула от возмущения — по сравнению с прозрачными лоскутками, в которых Ини еще недавно щеголяла передо мной, мой комбез выглядит просто по-пуритански целомудренно. Но мое возмущение тут же захлебнулось. Ини достала еще одну стопку с одеждой и протянула ее мне.

— Примерь-ка это. Ты ничего не подумай плохого, оно совершенно новое.

Да даже и не будь оно новое, я бы не обиделась.

Шаровары были сшиты из тончайшего шелка бежевого цвета. Манжеты по низу были расшиты яркими нитками и камнями. Точно такими же узорами была украшена и туника темно-изумрудного цвета. Нежный узор из веточек и цветов вился по вырезу горловины, по низу рукавов и по подолу. О такой красоте можно было только мечтать.

Я так быстро захлопнула рот, проглотив протестующий вопль, что в горле застрял комок воздуха.

Инимис рассмеялась и буквально втиснула этот наряд мне в руки. Нежная ткань тут же обволокла мою влажную кожу, напрочь отметая мои сомнения и ложную скромность.

— Спасибо, — наконец-то выдавила из себя я, и стала поспешно одеваться.

Наряд был словно сшит на меня. Интересно, где она его взяла? На саму Инимис он явно был маловат.

— У меня таких нарядов много, — Ини ответила на так и не прозвучавший вопрос, — бабушка сама шила и вышивала их для меня. Но я выросла очень быстро, и многие из них мне так и не довелось поносить.

Она помогла расправить на мне складки, поправила ворот и удовлетворенно улыбнулась.

— Это даже хорошо, что ты такая мелкая. Теперь вся эта красота принадлежит тебе. И не спорь со мной…

Я и не думала. У меня просто духа не хватит отказаться от такой роскоши. Кстати, и та одежда, что досталась мне, и та, что была на Ини, выглядели, по моему мнению, очень дорого и роскошно. И совершенно не вязались с непритязательной обстановкой дома, в котором жили девушка и ее бабушка.

Между тем, Инимис решительно пошла по узкой дорожке, едва заметно вившейся среди высокой травы. Я, словно собачонка, не переставая любоваться красивой вышивкой на рукавах, неслась за ней. Очень скоро мы уперлись в высокий каменный забор, до того надежно скрытый за густыми кустарниками и высокими деревьями. Мы пошли вдоль него, пока не увидели решетчатую калитку. Инимис провернула торчавший в замочной скважине ключ и толкнула калитку. Та совершенно неслышно отворилась.

— Ну что, кто первый, ты или я? — спросила моя новая подруга.

Странный вопрос. Какая разница, кто пойдет первым?

Тут впереди, немного над нами сверкнул радужным боком дракон. Вот же, наглая морда! Он и не думал оставлять меня в покое. Он спокойно и совершенно беззвучно, будто прозрачное облако проплыл мимо калитки и оказался наружи. Остановился и обернулся, словно поджидая меня.

— Морда. Вот как я буду тебя звать, — бубнила я, протискиваясь мимо Инимис через калитку.

Дорожка вилась дальше, исчезая среди покрытых луговыми травами холмов.

Сделав несколько шагов, я остановилась и обернулась. Ини стояла в проеме калитки, насупив брови и закусив от напряжения нижнюю губу. Что такое? Что происходит?

— Ини? — позвала ее я.

— Я не могу пройти, — срывающимся голосом ответила она. — Я так и думала. Мой дядя не позволит мне сбежать…

Она протянула вперед руку, но тут же отдернула ее. Проем калитки на мгновение затянулся сияющей в лучах света паутиной. Магической паутиной!

К дому мы возвращались, поглощенные каждая своими мыслями. Инимис шла с понуро опущенной головой. Я же, словно верный пес, которого неожиданно приласкали и обогрели, пыталась спасти свою благодетельницу. Мысли бестолково роилсь в голове. Но сколько бы я ни напрягалась, сколько бы не морщила лоб, ничего умного и гениального в голову не приходило. Дракон парил рядом над левым плечом и даже не пытался скрыться или спрятаться.

— Морда, может в твою голову что умное придет? — тихо спросила его я.

Морда состроил умную рожицу, важно надулся… И тут же сдулся. А признав свое бессилие, и вовсе растворился в воздухе.

— Так ты что, действительно его видишь? — поглощенная своими мыслями, я и не заметила, что Инимис уже некоторое время наблюдает за мной.

— Угу, — угукнула я.

И почему это я вдруг покраснела, словно меня застали за чем-то недозволенным?

— И как он выглядит? Хвост? Шипы? Чешуя? Все есть?

— Хвост есть, лапы с когтями. Шипов и чешуи, кажется, нету. Крылышки есть, но крохотные. Но он все равно летает. И морда у него такая наглая и … смешная.

— Драконья морда — смешная? — Инимис задумчиво смотрела на меня. — Странно. И как давно он тебя преследует?

— Да вот как со скалы летела, так он и появился. Он меня будто за шиворот тогда придержал, не дал разбиться.

— И высокая была скала? — сыпала короткими вопросами Ини.

— Очень, — смущенная ее недоверчивым интерсом, пробормотала ее.

А ведь и правда, кто в здравом уме поверит в такую сказку? Но Инимис, кажется, поверила.

— А тело у него какое? Какого цвета?

Я дернула плечиком и опять посмотрела вверх. Морда, явно польщенный таким вниманием к его персоне, снова красовался передо мной.

— Прозрачное. И переливается, словно мыльный пузырь.

Ини проследила за моим взглядом.

— И ты его сейчас видишь?

— Вижу.

А дальше случилось вообще нечто неожиданное. Инимис резко выхватила из травы большую палку, приняла боевую стойку, а в следующее мгновение, замахнувшись, бросилась на меня. Я только успела закрыться от удара руками, как нечто, сверкающее и очень даже материальное, бросилось на Ини, повалило ее на землю, и застыло над ней, ощерив острые зубы. С которых, кстати, капала серебристая переливающаяся слюна.

— О-бал-деть, — протяжно бормотала она, глядя восхищенными глазами на … Морду.

Потому что это был именно он. Или она? Не важно… Только в разы увеличившийся, все такой же прозрачно-переливающийся, но чертовски материальный. И мордочка его из кукольно-умильной вдруг стала самой настоящей свирепой мордой дракона.Одной лапой он прижал к земле дрючок, а другой — наставил острый коготь прямо к бьющейся на шее Инимис жилке.

— Морда, фу! — закричала я и бросилась к дракону. Почему-то страх перед монстром отсутствовал полностью. — Брысь! Не смей!

И дракон послушался! Медленно, все еще порыкивая, он отпустил Инимис. Но все также оставался материальным, зависнув над моим плечом.

— Это же чудо! — бормотала Ини.

Вот ведь странная особа! Сначала она ни с того ни с сего бросается на меня с дубиной. Затем ее чуть не убивает дракон. А она вся светится от восторга, словно ей вишенка на торте досталась.

— Найтири! Как тебе удалось заполучить ЕГО? Ох, Великая Ирида. Это же элементаль… Дракон-элементаль…Самый настоящий…

Еще минут пять она рассыпалась в радостно-восторженных причитаниях, хлопая в ладоши и чуть не подпрыгивая на месте от радости.

Морда же, явно польщенный таким восторженным вниманием, важно надувал грудь и щеки, будто и не брызгал только что от ярости слюной.

— Найти, ты что, не понимаешь? У тебя есть свой, личный дракон-элементаль. Это просто невероятно.

— Почему это “у меня”? Может, он твой?

— Да нет же! Он твой. Ты видела, как он бросился тебя защищать? Да кто ты такая? Откуда взялась?

Ини все не могла остановиться — то рассыпалась восторженными соплями, то с недоверием косилась на меня.

— Не знаю, — огрызалась я, — проснулась, упала со скалы, встретила тебя. Больше ничего не знаю и не помню. Да уймись ты, Инимис. Объясни, кто такой элементаль? И что ему от меня нужно?!

— Так, с чего же начать? — Инимис металась по дорожке, то убегая вперед, то возвращаясь. Иногда мне даже казалось, что она хочет сгрести в объятия меня. А в следующий момент чудилось, что готова облобызать Морду.

Одно было хорошо — о предстоящем знакомстве с женихом она явно забыла.

— Когда-то, много-много-много рассветов тому назад на нашей планете жил всего один вид людей.

— Это ты мне сейчас сказку пытаешься рассказать?

— Почему же сказку? Это самая настоящая правда. Так вот. У каждого человека, будь то мужчина или женщина, был свой элементаль. Женщинам он давался при рождении. Он рождался вместе с первым криком младенца, и умирал с последним вздохом человека…

Я с сомнением посмотрела на своего…дракона. Ничего себе спутник жизни.

— Мужчина же получал своего элементаля после обряда соединения. После свадьбы, то есть. Они, значит, эти мужчины, рождались магами. Могли обращаться драконами, могли летать. Во время обряда мужчина отдавал часть своей сущности, силы и магии женщине. А она потом возвращала ее обратно, благословляя избранника элементалем. Такой себе симбиоз. Если человек был достойным, его элементаль рос и становился сильнее. Магически, понимаешь?

Не очень. Не знаю, как с магической частью, но размеры моего элементаля каждый раз менялись. То он был крошечным, словно птичка, порхающая рядом. То раздувался, вот как сейчас, например. Думаю, будь у него крылья побольше, с таким размером вполне мог бы и меня в воздух поднять. А так… невесть что за живность.

— Сама такая, — прозвучал в голове уже не единожды слышанный голос.

Так вон оно что за чудо со мной разговаривает! А я уж начала сомневаться в здравии моего рассудка. И, ура, совершенно напрасно.

— Если человек был дурным созданием, его элементаль со временем превращался в пустую оболочку. Именно элементаль давал силу своему человеку, делился с ним магией, в разы увеличивая способности человека. В конце концов, продлевая ему жизнь. А затем случилась настоящая трагедия. Четыре брата, четыре наследных принца полюбили одну девушку. Из-за нее забыли о том, что в их жилах течет одна и та же кровь. Разразилась война. Жестокая, кровопролитная. Много людей молегло. Много замков было разрушено. Люди забыли о священных источниках Ириды, перестали их чтить и приносить им дары. И тогда Ирида возмутилась.

— Ини, подожди. Ирида — это кто?

— В каком смысле, “кто”? Ах, да, ты же ничего не помнишь. Ирида — это наша планета. Она живая. Все видит и все слышит. Заботится о нас, оберегает.

Я уж было решила съязвить, почему же тогда она не оградила Ини от нежеланного жениха. Но в последний момент прикусила язык. А вдруг, и правда, планета живая и все слышит? Еще обидится и тогда на меня не только яйцо размером с человека свалится, или привяжется чванливый элементаль.

Не знаю, как Ирида, но Морда мои мысленные речи явно услышал. В воздухе пыхнуло ярким светом, и элементаль исчез из виду. Каким-то совершенно необъяснимым чувством я поняла, что он не покинул меня. Он где-то рядом, просто обижен и невидим для моих уязвимых глаз. Которые, кстати, уже слипались от усталости.

Но сдаваться нельзя. Еще не вернулась старушка. Да и жениха встречать надо. Не оставлять же Инимис с этой проблемкой наедине?

— Ты меня слушаешь?

— Конечно, — я едва сдержала зевок. Если честно, старинная легенда меня не очень-то и заинтересовала. — Я вот одного понять не могу. Зачем они воевали? А сама девушка, она-то кого из братьев любила?

— Вот! Вот в этом и вся суть. А девушка никого из них и не любила. Не перебивай меня. И тогда Ирида призвала их всех к Священному источнику. Дала братьям последний шанс примириться. Они отказались. И тогда Ирида решила их наказать. Она велела четверым мужчинам отдать девушке свою магию, силу, возможность летать драконом так, как это делается во время ритуала соединения…

Представляете, какие мысли у меня при этом забурлили в голове? Что и как там происходило-то?

— Они что, с нею любовью занялись? Все вчетвером?

Инимис сначала озадаченно посмотрела на меня. А затем в ее глазах зажглись настоящие чертики.

— Не знаю, об этом история умалчивает. Они дали ей клятвы — “твоя жизнь, бла-бла-бла, наша жизнь бла-бла-бла. Примешь ли ты мою силу…”

Инимис грубым голосом передразнивала клятвы, произнесенные древними мужчинами, а у меня в это время вдруг засосало под ложечкой.

“Примешь ли ты мою силу?”

Я уже слышала эти слова! Там, на скале, с которой я так удачно сорвалась. Из уст красавчика, которому я коленом несколько понизила его самооценку. Холодный пот побежал вдоль позвоночника. Он что же, вовсе не изнасловать меня хотел, а замуж звал? Так бывает?

Весь сон с меня как рукой сняло. Я чуть не схватила Инимис за грудки и не вытрясла из нее окончание истории.

Мне пришлось сдержаться. А девушка, не заметив моего смятения, продолжила:

— Она их силу приняла, но назад не вернула. Выбрать никого из них так и не смогла. Говорят, что она высохла от горя, словно сорванный цветок. Она рассыпалась в воздухе золотой пыльцой, унеся с собой и всю силу мужчин, и их магию, и возможность обращаться и летать драконом, так и не одарив их собственными элементалями. Они бросились собирать ту золотую пыльцу, надеясь вернуть свои возможности. Но им досталась лишь толика былой силы. Ирида жестоко наказала человечество. Один из братьев остался жить,лишь имея возможность обращаться драконом. Говорят, его потомки живут за Черной грядой и до сих пор умеют летать. Их сейчас называют драгами.

Другой брат собрал достаточно золотой пыльцы и со временем его потомки смогли приобретать своего фамильяра. Правда, для этого мужчины рода Вир еще в детстве, будучи мальчиками, отправляются в горы искать яйцо дракона. Если дракон посчитает достойным мальчугана, то он вылупляется из яйца на свет. Мужчина на всю жизнь обретает единственного фамильяра и верного друга.

Два других брата собрали слишком мало пыльцы. Но решили объединить ее. Вот с тех самых пор мужчины-домиторы вынуждены брать одну жену на двоих. И могут покорять своей волей и магией грозных игозавров. Правда, друзьями они никогда не становятся. И только железной волей и недюжинной магической силой они могут удерживать монстров в повиновении.

Мы с Инимис подошли к самому дому. Остановившись в дверях, так и не решились войти внутрь, наслаждаясь свежим воздухом и каждая думая о своем.

— А женщины? И их элементали?

— Элементали исчезли. Женщина, правда, пропуская во время обряда через себя магию и силу мужчины, может в разы усилить мощь и магию своего избранника.

— Что-то не клеится. Им, значит, хоть какую-то силу и возможности вернули. А женщине?

— Жена получает магию от своего мужчины. Правда, если только любит его.

— А если не любит? Если не произнесет взаимные клятвы? А если не вернет мужчине его силу?

— Тогда она рассыпется золотой пыльцой, — прозвучал совсем рядом каркающий голос.

Мы с Инимис вздрогнули от неожиданности и обернулись.