Глава 33

За несколько часов Маруся переделала все дела по дому, включая уборку и стирку. С особым удовольствием девушка приготовила ужин из трех блюд. Даже испекла шарлотку. Мама могла бы гордиться такой хозяйственной дочерью, если бы не одно жирное «но». Ужин был для Рустама. А Рустам – взрослый мужчина, с которым Марусю связывали занятия любовью.

Маруся еще не знала, как отреагируют на эту связь ее родители. А главное – что скажет отец?

Но и отступать Маруська не собиралась. Чувствовала, что для Руса она не мимолетное увлечение. Да и сама тянулась к мужчине так, что все остальное казалось сущим пустяком. Даже недовольство грозного Зверя.

С другой стороны, поддержка в лице мамы не помешает. Поэтому, набрав мамин номер, Маруся приготовилась к долгому разговору по видеосвязи. Заодно девушка планировала максимально мягко уточнить у мамы, как именно ей удалось подобрать ключики к сердцу серьезного и жесткого Алексея Сергеевича, ведь между родителями была такая же разница в возрасте, и сам Зверь занимался не менее опасными делами, чем Рустам, когда родители только встретились.

Словом, девушка планировала попросить совета у мудрой Лины Марковны. И когда мама ответила на вызов, тут же коротко, но без утайки поведала о последних событиях. Включая и планы на поездку в деревню через три дня.

Когда разговор подходил к концу, а мама тихо пожелала удачи с Рустамом, то Маруся расслышала громогласный рокот отца.

– Какого хрена происходит?! – взревел Заверин-старший и тут же появился на экране Марусиного телефона, нависая над мамой Маруськи. – Какой, к чертям собачьим, Рустам?! Нагашев?! Через мой труп он станет виться вокруг моей дочки!

– Лешенька! Успокойся! – мама подскочила с места, а Маруся испугалась не на шутку.

Ведь с отца станется, он может примчаться в город прямо сейчас. А Маруся не хотела, чтобы два ее самых любимых мужчины враждовали. Ей хватило и утренних событий с Семеном. А здесь – отец. Ужас просто!

Телефон в руках мамы прыгал, а картинка тряслась. Маруся не знала, то ли ей плакать, то ли разорвать звонок. Но, в любом случае, нужно предупредить Рустама обо всем, что случилось.

Спустя пару минут отцовского ора, маминых уговоров и негромких всхлипов Маруси, родители сообщили, что немедленно выезжают в город. А значит, появятся у Маруси через три часа. Возможно, раньше. Даже не «возможно», а вполне вероятно.

– Катастрофа! – прошептала Маруся, дрожащими пальцами набирая номер другого абонента.

Нагашев ответил почти сразу. От его бархатистого голоса Маруся разрыдалась. Ну как она могла так неосмотрительно подставить человека, которого любит?! Дура! Тупая корова!

– Рустам! – всхлипнула Маруся и еще горше разрыдалась.

Рус в это время был за рулем. Жилы рвал, только бы быстрее решить все дела и сорваться к малышке. И ведь получилось. Теперь осталось забрать ее к себе вместе со шмотками. И можно кайфовать. Нагашев был готов даже тупо пялиться в экран телека, если его девчонке захочется поглядеть что-то романтичное. Да плевать, чем они будут заниматься, главное, в его, Руса, квартире. А уж он-то найдет, чем Маруську развлечь.

А здесь она звонит ему и рыдает в трубку.

Первая же мысль взорвала мозг. Кто обидел?! Кто посмел?! Какая, бл***, тварь протянула руки к его Марусе?!

– Еду! – с трудом проговорил Рус, а Маруся сбросила вызов.

Благо, парни весь день торчали под ее окнами и тут же доложили, что никого у девчонки не было.

Благо, что сам Рус находился в двух кварталах от ее квартиры.

Благо, что в экстренной ситуации мозг Нагашева работал, как часы. Китайские, млять! Потому что долбаный механизм все же дал сбой. А под грудиной горечью разливался страх за девчонку.

* * *

Рус за считанные минуты оказался перед домом Маруси. Не хватило сил, терпения, выдержки, чтобы припарковать тачку по уму. Просто кивнул вышедшим навстречу парням и перебросил ключи.

– Припаркуй! – скомандовал Рус, а сам уже помчался туда, где рыдала Маруся.

Он был близок к тому, чтобы выломать входную дверь. Хорошо, что девчонка уже открыла ее и стояла на пороге.

Рус застыл, лихорадочно осматривая Марусю с ног до головы и в обратной последовательности.

Цела? Невредима? Да что, к дьяволу, происходит?!

– Прости, пожалуйста! – всхлипнула малышка.

Рус боялся к ней прикоснуться. Не доверял своим рукам. Думал, что дотронется, и его накроет. Слишком много напряжения скопилось в его теле.

– Что такое, детка? – едва шевеля непослушными губами, проговорил Рустам.

Заставил себя не паниковать. Сейчас нужно просто войти и узнать, почему девчонка плачет. А потом уже крушить все вокруг и искать обидчиков.

– Понимаешь, я такая дура! Маме позвонила, а там папа! – всхлипнула Маруся.

Нагашев аккуратно захлопнул дверь за собой.

– Давай по порядку, – отрывисто пробормотал Рустам, прислонился спиной к двери, но так и не протянул своих рук к девчонке, а ведь хотелось это сделать до зуда на ладонях!

– Я позвонила маме, наш разговор случайно услышал папа. И теперь они едут сюда. Это катастрофа! – терпеливо поясняла Маруся, все еще всхлипывая.

– Так, малыш, еще раз: тебя кто обидел? – нахмурился Рус, чувствуя, как цепкие щупальца напряжения расслабляются, позволяют дышать.

– Да кому я нужна! – вспыхнула Маруся. – Я говорю, что папа едет сюда! Понимаешь? Мой отец узнал о нас и едет сюда! И все из-за меня! Потому что я – глупая курица!

Рустам смотрел на это чудо, кричащее на него. Глаза красные. Щеки мокрые. Майка в облипку. И шорты заканчиваются там, где и начинались.

Так и хотелось спросить у девчонки: «Марусь, ну что же ты со мной делаешь?!».

Но Рустам не стал. Чертово напряжение его добило. Она успел надумать себе кучу всего разного. А вышло все вон как.

Рус оттолкнулся от двери плечом и шагнул к Марусе. Подхватил, прижал к себе, глубоко вдохнул.

Девчонка пахла уютом и чем-то сладким. И Рус понял, что чертовски проголодался. И не только в гастрономическом плане. Пусть занимались они любовью и утром, и в обед, а все равно хотел ее, свою Марусю.

– Я чуть не сдох, Маруська, пока ехал, – пробормотал Рус. – А тут – пустяки такие.

– Ты что?! Какие пустяки? Мой папа едет! – возразила Маруся, но уже тихо, без слез, а сама прижалась щекой к его рубашке, еще и за пояс руками обняла.

– Не переживай, все будет хорошо, – пробормотал Рустам и подхватил девчонку за подбородок, понукая поднять голову и взглянуть на него. – Я уважаю Зверя. Буду держать себя в руках.

– Угу, как с Семеном? – прищурилась Маруся. – Я знаю папкин характер. Он даже говорить не будет, сразу в драку.

– Я взрослый мальчик, потерплю, – усмехнулся Рустам, мягко поглаживая бархатистую щеку девочки, доверчиво приникшей к нему.

– В том и дело! Даже отвечать не станешь! – с упреком проговорила Маруся, а глаза опять на мокром месте. – А мне больно, когда тебя бьют!

Сказала это и спряталась на его груди, уткнувшись носом в рубашку.

Нагашев заулыбался так, что челюсть свело. Какое же офигенное чувство знать, что твоя женщина так волнуется за тебя!

– Скажи лучше, чем пахнет так? Я голодный! Жуть, как сильно, – пробормотал Рустам, пытаясь хоть так себя отвлечь от жарких мыслей, от которых по крови полилось возбуждение.

– Я ужин приготовила и шарлотку испекла, – улыбнулась Маруся, высунув нос из своего укрытия.

– Тогда собираем все, что приготовила и домой? – предложил Рустам.

Маруся хотела бы возразить. Но во взгляде Руса читался железобетонный настрой. Ведь обещала ночевать у него. Значит, нужно выполнять обещание.

Да и, что уж скрывать, Маруся успела продумать, как именно перевезет все приготовленные блюда. Даже запаслась контейнерами и термосумкой, чтобы ужин не остыл по дороге.

Через час молодые люди суетились на кухне в квартире Нагашева. Маруся на всякий случай уточнила, не прячет ли Рус огнестрельного оружия в своем доме. И еще посоветовала понадежнее запереть ту самую коллекцию дорогих вин. От греха подальше.