Глава 39

Маруся прикусила губу, когда жадный рот Рустама задержался на чувствительном бугорке соска. Ловкие пальцы уже оглаживали бархатистую кожу на бедрах, пробирались к крохотным трусикам, которые Рустам, кажется, успел и возненавидеть, и до одурения полюбить.

Но сейчас Нагашев не торопился утонуть в страсти. У Рустама была иная задача. И он, прекрасно изучив нрав Маруси, собирался воспользоваться проверенными методами.

Ведь не согласиться девчонка просто так. Начнет спорить, настаивать на своем. А ссориться с ней Рустам не собирался. Но уговорить ее нужно. В идеале – прямо утром отправить к отцу.

Поэтому Рус настойчиво и откровенно ласкал свою Марусю, терпеливо дожидаясь, когда малышка станет податливой и послушной.

Глядя на то, как Маруся открывается навстречу каждому его движению и поцелую, Рус затих, навис, заглянул в любимые карие глаза.

– Послушай меня, малыш, – зашептал Нагашев хрипло, боясь сорваться, потому что тело уже давно сошло с ума, требовало утолить жажду, дикую потребность в этой маленькой женщине. – Побудь у родителей. А я приеду к тебе. Через сутки приеду. Обещаю!

Маруся попыталась сосредоточиться на любимом голосе, на словах, на смысле сказанных Рустамом фраз, но не могла. Ее хватило лишь на то, чтобы со стоном протянуть единственное «Да!». А Рус, удовлетворенный небольшой победой, наконец позволил себе нырнуть следом за Марусей в водоворот страсти и нежности.

* * *

– Это нечестно! – шипела Маруся, со всей злостью швыряя первые попавшиеся шмотки в небольшую дорожную сумку.

Признаться, Завериной совсем не нужны были эти вещи. Но ведь и просто так уехать от Руса она не могла. Следовало показать характер. Да и не помешало выразить свое недовольство.

– Я ведь говорил, что здесь будет небезопасно, Марусь, – терпеливо говорил Рустам.

Мужчина, скрестив руки на груди, стоял и смотрел, как крохотный ураган носится по спальне, исчезает в ванной и ковыряется в шкафу. Ему и самому не очень нравилась эта мысль. Но и рисковать без надобности он не собирался. Точно не Марусей. Ею – никогда.

– Да плевать! Здесь охраны куча! – возмущалась девчонка.

Рустам промолчал. Говорил уже за это утро. Сто раз повторил. Ведь понимала все, а все равно возмущалась. Вредная девчонка! Вредная!

Заверина вдруг перестала бегать по комнате. Присела на край постели, в которой всего лишь час назад Рус любил ее то медленно, то жадно. Одни воспоминания об этом заставляли Марусю краснеть и отводить глаза.

Но не в этом дело! Не хотела Маруся уезжать от Рустама. Не хотела!

– Я не хочу без тебя, – вздохнула девчонка и подняла на мужчину взгляд, полный невыплаканных слез. – С тобой точно ничего не случиться?

– Ну что со мной станет, а? – кривовато улыбнулся Рус и присел на корточки перед девушкой.

Перехватил ее хрупкие ладони, принялся целовать каждый пальчик, а потом – оставил долгий поцелуй в самой середине ладони и сжал ее в кулачок, накрыв своею.

– И потом, никто ж меня от тебя не удержит, – глухо произнес Рустам, не выпуская девичьей ладони из своей руки, второй он поглаживал бархатистую щеку. – Никакие преграды не спасут. Приползу к тебе, маленькая, даже если подыхать буду.

Маруся рывком потянулась к Рустаму. Обхватила за шею. Прижалась так, что между ними и миллиметра не осталось.

– Не надо подыхать! – выдохнула Маруся. – Чтобы целый и ни единой царапины! Понял?!

Маруся была грозной в своем требовании. Она прекрасно понимала, что будет мешать Рустаму сегодня. Что у него дела. И разборки. Ирина даже после смерти умудрилась нагадить. Но… Маруся не хотела уезжать от Рустама, когда у них только-только закрутились отношения. И прятаться не нужно. Даже отец одобрил Руса в качестве ее парня.

Так и сказал, когда после банкета у Руслана Рустамовича они с Русом провожали родителей до машины.

Заверины тогда решили ехать домой. Город угнетал как отца, так и маму. Но, несмотря на это, Маруся услышала похвалу в голосе отца. Да и как не услышать, если папка коротко шепнул ей на ухо: «Сгодится!».

Всего одно слово, а Маруся была счастлива. И сразу простила грозному родителю учиненный мордобой.

Теперь вот, приходится уезжать.

Но Маруся не глупая, все понимает. И сферу деятельности любимого осознает. И весь риск. И перспективы.

И чем больше думает обо всем этом, тем меньше ей нравится идея жить здесь и учиться в вузе. В конце концов, никто не отменял заочное обучение. А жить и в деревне можно.

Правда Маруся совсем не представляла, чем в этой самой деревне будет заниматься Рустам. Ну не открывать же ему деревенский филиал «Рун», в самом деле!

Словом, мысли у Маруси были разные. Вот только девушка твердо знала одно: отказываться от отношений с Рустамом она не собирается. Наоборот, будет подстраиваться под него всеми силами. Потому что любит. Пусть глупо это, наивно, а все равно любит и уже скучает, хотя вот он, ее любимый мужчина, сидит перед ней, гладит по волосам широкой ладонью и красиво улыбается.

– У тебя сутки, Нагашев! – шмыгнула носом Маруся и улыбнулась. Пусть в голосе и звенела тревога за Рустама.

– Слушаюсь! – шутливо отрапортовал Рус.

В дверь позвонили. Должно быть, это Семен приехал. Рус кратко изложил другу свою просьбу. Заверин согласился. Еще и на всякий случай решил прихватить Милу с Сашкой. Пусть в деревне поторчат. Там и воздух свежий, и компания веселая. Да и безопасно там, да. Тем более Кирюха как раз там торчит. С ним девчонки точно будут в безопасности.

На том и порешили.

Русу было тяжко смотреть, как Маруся прилипла к стеклу внедорожника. Как провожала взглядом. Как грустно улыбалась.

Расставаться Рус не хотел. Да и тревога какая-то странная разливалась по венам. А он провожал глазами черный джип Семена, увозивший Марусю все дальше.

Очнулся, только когда кто-то из парней его окликнул. Машина уже скрылась за поворотом, а Рус все стоял и смотрел прямо перед собой.

– Ладно, едем! – скомандовал Нагашев, запрыгивая в свою тачку.

Прямо сейчас он не станет лютовать. Нужно дождаться, когда Семен сообщит о том, что Маруся в безопасности. А уже потом… Потом Рустам с великим удовольствием доберется до того урода, который возомнил себя вершителем его, Рустама, судьбы.