Глава 48

– Папа! – звонкий голосок нарушил тишину детской комнаты.

Маруся даже не пыталась скрыть улыбку. Битый час она старалась уложить сына спать, но – безрезультатно. Давид не засыпал без Рустама. А ведь Маруся прочитала ему любимую книжку раз десять, не меньше. Обычно Рус дочитывал лишь до середины, и мальчишка засыпал. Но не сегодня. Сегодня сын ждал отца.

Потому что Рустам уехал в город по делам и должен был вернуться глубоко за полночь. И то ли Давид чувствовал, как нервничает мама, то ли скучал без папы. Но результат один – сын не спал. В доме повисло напряжение.

С тех пор, как Маруся и Рустам обосновались по соседству с Завериными, прошло четыре года. За это время у них родился сынишка Давид. Если не считать первого месяца, беременность прошла идеально, как и сами роды. Давид Нагашев появился на свет крупным карапузом, при этом заставил своего счастливого папашу серьезно понервничать, потому что роды начались на недельку раньше. Но этот факт не помешал малышу Давиду превратить своих родителей в самых счастливых людей во вселенной.

Сейчас Давиду было чуть больше трех, он рос смышленым, здоровым, жизнерадостным ребенком. Маруся расцветала с каждым годом. Рус и раньше сходил с ума от того, какая у него красивая жена. А теперь и подавно. Ведь все у них было: свой дом, стабильное дело, приносящее не только доход, но и удовлетворение, и здоровый сын.

Чего еще желать? Вот Рус и не собирался ничего менять в их с Марусей жизни. Его все устраивало, на сто процентов.

У Маруси все же было одно желание, которое мог осуществить только Рустам. И сегодня девушка планировала озвучить свою маленькую мечту.

Рустам перехватил сына, когда малыш подбежал к нему. Маруся с улыбкой наблюдала за тем, как Рус дурачится с сыном. Видела, как муж устал с дороги, но понимала, что никакие доводы не угомонят эту парочку.

– Поужинаешь сначала? Давид ведь не уснет теперь, – мягко спросила Маруся, приближаясь к Рустаму.

И тут же оказалась прижата к мужскому боку. Одной рукой Рус перехватил сына, а второй – обнял жену.

– Да мы на выезде из города перехватили с батей фаст-фуда, – улыбаясь, сообщил Рус, – А вот чаю выпил бы. К тому же я там привез привет внуку от отца.

– Ура-а-а! – заверещал Давид.

Марусе осталось лишь смириться. За четыре года девушка прекрасно изучила характер своего свекра. При каждом удобном случае Руслан Рустамович передавал подарки через Рустама, иногда и сам приезжал в гости. После рождения Давида визиты Нагашева-старшего участились. Словом, Руслану Рустамовичу нравилась жизнь в деревне. Мужчина всерьез подумывал о том, чтобы построить и для себя небольшой домик по соседству с сыном.

Пока Рус и Маруся пили чай, устроившись на кухне, Давид играл с новыми игрушками.

– Отец через недельку планирует к нам. Не возражаешь? – спросил вдруг Рустам.

– Ты что! Конечно, нет! – тут же с готовностью ответила Маруся, а потом тише добавила: – Только Давиду не говори. Не уснет ведь. Будет ждать деда.

Рустам усмехнулся. Права Маруся, сына будет не уложить. Так что лучше сказать Давиду за полчаса до приезда деда. А еще лучше – за пару минут.

Пока родители шептались между собой, Давид решил, что уснуть можно прямо здесь, на полу в кухне, непосредственно на деталях конструктора, с подарком деда – новенькой машинкой – в пухленькой ручонке.

Аккуратно, чтобы не разбудить сына, Рустам поднял малыша на руки и отнес в детскую. Маруся осталась на кухне, убрала посуду и застыла у окна. Ее не отпускала одна назойливая мысль, поэтому нужно было поговорить с мужем.

Однако он так и не появился на кухне. Маруся улыбнулась, когда отыскала Рустама, спящего в детской рядом с кроваткой сына.

Что ж, придется отложить важный разговор до завтра.

Маруся осторожно разбудила супруга, проводила в спальню, помогла принять душ и устроила в кровати. Рус мгновенно уснул. А Маруся еще долго думала обо всем подряд, вспоминала прошлое, представляла будущее. На следующий день она попросила племянницу Киру пару часов вечером посидеть с Давидом.

Кира Пчелкина всегда находила общий язык с малышами, и Давид ее просто обожал. Тут же принялся показывать ей свои новые игрушки. А у Нагашевых появилось свободное время.

Рус был немного удивлен такому неожиданному свиданию. Но ведь он не дурак, чтобы возражать. Да и вчера его так сморила усталость, что он вырубился, как только голова коснулась подушки. Словом, неудобно было перед Марусей. Сплоховал он. Поэтому побросал в тачку плед, средства от комаров, поставил в багажник приготовленную Марусей корзину для пикника и повез жену на свидание.

Выбор места если и удивил Руса, то он вида он не подал. Обычно они ездили к озеру. Или ходили пешком. Маруся очень любила рыбалку. И приучила Рустама торчать на берегу с удочкой в руках. Иногда Русу этот процесс даже нравился, успокаивал, позволял поразмышлять. Сейчас же Маруся попросилась к дереву желаний.

Рус послушно направил машину в нужную сторону. К счастью излюбленное место встречи молодежи пустовало. Рустам украдкой заулыбался. Ведь они с Марусей с того самого дня, еще до свадьбы, так и не были здесь. Вернее, приезжали, конечно, с Давидом. Но вдвоем – ни разу. И сразу навалилась целая куча воспоминаний. Мыслей обо всем, через что они прошли. Но ведь все плохое забылось, смазалось. Осталось лишь хорошее, лучшее.

Но сколько бы времени ни прошло, а Рустам помнил все, что связано с Марусей, до мельчайших подробностей. Какая она была в первую их близость. Как сказала, что любит. Как они узнали о беременности.

Рус расстелил плед, устроил Марусю на своих коленях и затих, прислонившись спиной к дереву. Невольно вспомнил, как места не находил там, в клинике, когда ему сообщили на ломаном русском, что его жена в положении, но есть угроза выкидыша. Тогда Рустам думал, что сойдет с ума, если вдруг что случится с Марусей или с малышом. Но все обошлось. Теперь у них есть Давид. Да и здоровью Маруси ничего не угрожает.

Но все равно что-то его малышку тревожит. Рус это чувствовал. Иначе зачем она притащила его именно сюда, в место, где исполняются желания?

– И чего грустим? – пробормотал Рустам, пропуская сквозь пальцы длинные пряди Маруси. Он кайфовал от ощущения шелка волос, струящихся по его ладоням. Наверное, это был его личный фетиш.

Маруся открыто посмотрела на мужа. И как ему это удается? Ведь и не грустила она, так, задумалась. А он уже все понял.

– Я ребенка хочу, девочку, – тихо проговорила Маруся.

Рустам задержал дыхание. Первым порывом было – сказать нет. Категорично так. Ведь не сможет он пройти через подобное еще раз! За те часы, пока Маруся лежала под капельницей, он столько напридумывал, столько пережил, что уже смирился с тем, что у них будет один ребенок – Давид.

– Я очень хочу, любимый! – прежде, чем успел возразить Рустам, прошептала Маруся. – Когда-то ты говорил, что все сделаешь для меня. Любое желание выполнишь. Вот мое желание: я хочу дочку.

Рустам прикрыл глаза, вжался затылком в шершавую кору. Появилось потребность позвонить Денису и потребовать, чтобы он с медицинской точки зрения отговорил Марусю, привел кучу аргументов, переубедил его упрямую любимую малышку.

Но Маруся опередила его.

– Я была у врача на той неделе. И Денис говорит, что можно уже. Даже нужно. Пока у меня возраст подходящий, – назидательно произнесла Нагашева.

Рустам усмехнулся. Надо же. Кругом подстраховалась, прежде чем к нему с такой просьбой пришла. Хитрая лисичка.

– Марусь, ты ведь понимаешь… – выдохнул Рус.

– Я отлично себя чувствую! – поторопилась заверить Маруся и так приникла к любимому, так обняла, поцеловала жадно и жарко, что у Руса просто не осталось слов для возражений.

И уж если начистоту, то он до одури соскучился по своей малышке, чтобы вот так, без защиты, не осторожничая. Словом, расслабился Рустам, позволил себе многое. Оторвались они с Марусей от реальности на пару часов так, что не сразу заметили, как в темноте по узкой проселочной дороге к ним приближается автомобиль.

Пришлось в экстренном порядке приводить в порядок одежду и собирать вещи. Маруся забралась в машину, а Рус дождался, пока к ним подъедет тачка.

Выяснилось, что приехал Денис. В темноте было не разобрать, с кем. Маруся была слишком расслабленной и уставшей, чтобы выйти из салона автомобиля и приставать к родственнику с расспросами. Девушка просто помахала рукой, Рус сел за руль, и они поехали домой. Свидание можно было считать удачным. Да и чаю жутко хотелось выпить. И в душ хотелось. К тому же у Маруси были планы на эту ночь. Ведь желание она уже загадала, значит, должно исполнится. Но придется чуточку помочь легендарному дереву желания. Чтобы наверняка.

Поздней ночью, когда Маруся спала, разомлевшая, счастливая, с мягкой улыбкой на припухших губах, Рустам лежал рядом и смотрел на тонкую ладонь в своей руке.

Рус любил свою жену, своего сына, своих близких. Он на многое был способен ради них. Но ради любимой женщины, ради своей Маруси, он мог перевернуть весь мир. И сейчас ему придется наступить на горло своим страхам. Ведь так хочет Маруся. А он привык исполнять ее желания.

Спустя несколько месяцев Маруся окончательно поняла, что ее любимый мужчина всегда держит данное слово. Более того, перевыполняет план. Ведь у них родилась чудесная двойня: две дочки.

Сам Рустам спокойно вздохнул, только когда привез своих девчонок домой. Не сказать, что Нагашев совсем перестал нервничать. Так, немного успокоился. Ведь рядом с ним были теперь уже три принцессы, две пока еще совсем крошечные и ничего не понимали. Однако, глядя на сопящих в колыбельках дочек, Рустам понимал, что вот такое счастье, безумно любимое, могла подарить ему только одна единственная женщина – его упрямая Маруся.

– Теперь-то ты довольна? – тихо шепнул Рустам Марусе на ухо, чтобы не разбудить дочек.

– Пока да, – искренне ответила Нагашева.

– Черт, малыш, у меня нервы не железные! – пробормотал Рустам, пусть и легче было с этой беременностью, и Маруся была под присмотром у профессионалов, но разве он мог спокойно терпеть, когда его малышке было больно.

– Зато смотри, какие у нас детки, – тихо ответила Маруся с нескрываемой гордостью в голосе.

Давид не дождался приезда родителей из больницы. Уснул прямо на небольшой кушетке в детской сестренок. А девочки, Вероника и София, сопели в своих крохотных кроватках.

Рустам хотел было сказать, как счастлив, как благодарен жене за детей, за любовь, за то, что она, Маруся, выбрала его, но так и не смог ничего произнести. Стоял, смотрел в глаза девчонке, изменившей его, любовался ею. И молчал.

А она все понимала. Потому что чувствовала его каждой клеточкой тела.

Маруся, подняв руку, коснулась упрямого подбородка, висков, щеки. Улыбнулась.

– И я тебя тоже очень-очень люблю, – прошептала Нагашева. В ответ Рус прижал любимую к себе. И он любит. Больше жизни.