Глава 18

— Это шутка? — осторожно переспросила подруга, приподнимая идеальные брови.

— Нет, — отрицательно покачав головой, я запустила руку в открытую сумку и протянула ей чёрную коробку. Рассматривая подарки Хэммела, она слушала меня, не задавая никаких вопросов, пока я наконец-то не закончила. — И я не знаю, что теперь делать, Марта. С одной стороны, мне по-настоящему страшно, а с другой — я продолжаю считать всё это не более чем простой шуткой. Ведь, если посмотреть на вещи здраво, он не делает ничего настолько ужасного, чтобы я переживала. Ну вот сама подумай. Он ведь всего лишь меня поцеловал. А ведь если бы захотел, то уже давным-давно приехал бы, пока Дэван на работе, и мог поставить перед фактом: «Или я получаю всё, что мне нужно, или твой жених вылетает с работы», «Или ты спишь со мной, или я его убиваю». Верно же? — заглянула в её глаза, стараясь увидеть в них то, что сможет подкрепить надежду на лучшее.

— Да чёрт его знает, — отложила Марта кулон, пряча его обратно в футляр. — Мне довольно сложно объяснить такое поведение. Может быть, просто смеётся над тобой, а может, прощупывает почву, прежде чем начать основные действия, — пожав плечами, она подтянула к себе полупустой бокал, потупив взгляд на колыхающейся на дне жидкости. — Но с тем, что обычно подобный тип мужчин сводит всё на простой шантаж, не могу не согласиться. Какой ему толк затевать такую долгую игру, если он вполне способен закончить её всего за два хода? Если только…

— Что? — практически подпрыгнула, дожидаясь её ответа как манны небесной. — Что «только»?!

— Подожди секунду, — словно пробудившись ото сна, Марта быстренько соскочила с дивана, убежав к себе в комнату, и уже через несколько секунд вернулась оттуда с включённым ноутбуком. — Как, ты сказала, его зовут?

— Уилен Хэммел, — отставив бокал, я начала наблюдать за тем, как загорается голубой экран, выходя из сонного режима.

— А что, если ты зря злишься на Дэва? Вдруг именно этого Хэммел и добивается? И просто решил поиздеваться над вами, наблюдая за тем, как вы будете ругаться на пустом месте?

— Думаю, ты права. Прошло всего три дня, а я уже чувствую себя так, словно из меня высосали все соки…

— Ну вот, так что попытайся хотя бы на некоторое время позабыть об Уилене и его словах и вернуться к прежнему ритму, — не обращая на меня внимания, Марта ввела в поисковик его имя, рассматривая появившиеся фото. — Какая необычная у него внешность, — прикусила губу, изучая представительного мужчину в дорогом костюме. — Такая грубая и в то же время на удивление притягательная... Породистый мужчина, ничего не скажешь, а вот глаза у него действительно жуткие. Не думала, что в природе бывает такой цвет.

—В природе бывает, — откинулась я на спинку дивана, подбирая под себя ноги, — но только у животных. Сов, орлов, рысей. А вот у людей я таких ещё никогда не видела.

—Так… Уилен Мэтью Хэммел, родился 1 ноября 1978 года. В возрасте двадцати восьми лет открыл свою первую компанию по производству IT-технологий и уже через пять лет вывел её на мировой рынок потребления. В списке самых богатых людей 2018 года по версии Forbs он занимает почётное девятое место.

Больше я её не слушала. Все мои мысли заполнила игра, в которой я на самом деле могла быть не более чем кусающей себя же за хвост собакой. Интересно, привлёк бы он моё внимание, если бы на тот момент я была одна?

Не знаю. Хотя куда скорее «нет», чем «да». Ведь быть рядом с ним — всё равно, что находиться в пасте громадного хищника. Никогда не знаешь, в какой именно момент он вдруг решит сомкнуть свою пасть, перекусив тебя пополам…

— Ты это знала?! — практически закричала Марта, дёргая меня за руку.

Раскрыв свои красивые голубые глаза, смотрела на меня с по-настоящему диким выражением лица, она так сильно впилась своими пальцами чуть выше от локтя, что я болезненно зашипела, пытаясь высвободиться.

— Что знала?

— Что у него жена! — снова дернула меня подруга, практически разрывая кофту под своими острыми ногтями.

— Н-нет… — нервно покачала го ловой, совершенно не понимая её дикого восторга. — Когда мы с ним встречались, кольца не было. И женщины рядом с ним я не помню.

— А она есть! — потянула меня за собой Марта, тыча носом в монитор. — Вот!

С экрана ноутбука на меня смотрела высокая брюнетка с довольно привлекательной, хоть и отталкивающей внешностью. Назвать её милой я не могла, ведь ничего в её лице даже отдалённо не напоминало мне подобное. Наверное, единственное, что вызывало к ней более или менее отдалённо напоминающее симпатию, — улыбка.

Очень приятная, мягкая и открытая, но совершенно не подходившая общему образу. Круглое лицо обрамляли ярко выраженные скулы, придавая ему лёгкий оттенок агрессии. А угольно-чёрные глаза не позволяли определить: где кончается зрачок и начинается радужка. Казалось, на меня смотрят два бездонных колодца, в которых нет ничего, хотя бы отдалённо напоминающего душу.

Сама не знаю почему, но ее вид под руку с Уиленом показался мне каким-то противоестественным. И пусть они подходили друг другу так же естественно, как если бы я смотрела на двух животных одного вида, но всё равно что-то еле уловимое выдавало сбой в их идеальном образе. Вот только что? Кажется, мой мозг уже давно смог это понять, но ответ так крепко засел у меня в подсознании, что докопаться до него стало действительно сложно…

— И что теперь? — снова посмотрела на непонятно с чего улыбающуюся подругу. — Ну, есть у него жена — и что дальше?

— А то, что ты можешь рассказать ей обо всём! Кто знает, может, она сможет хоть что-то предпринять, если тот продолжит свои игры? Сама посуди, — начала она читать очередную статью, из которой я уже не могла пропустить ни единого слова. — Кэтрин Хэммел (бывшая Браун) — дочь одного из крупнейших инвесторов Америки. Её отец, Питер Браун, владеет капиталом в размере семи с половиной миллиардов долларов, а это значит, — повернулась ко мне Марта с таким воодушевлением, словно нашла тот самый спасательный круг, о котором я её молила, — что ни одна уважающая себя семья не позволит держать дочь за дуру! Сама посуди — какое это оскорбление!

— И что ты мне предлагаешь? Угрожать Хэммелу женой? — откинулась на диван, утаскивая за собой полупустой бокал вина. — Глупости это всё, так я сделаю ещё хуже!

— А что, если не угрожать? — вздёрнула она бровь. — Что, если ты встретишься с ней и поговоришь как женщина с женщиной?

— С ней? С Кэтрин Браун? — нелепость этого предложения была настолько очевидной, что мне до сих пор было сложно понять, почему Марта продолжает нести такую несносную чушь?! — Это невозможно.

— А вот и нет! Смотри, что я нашла, пока ты тут страдала, уткнувшись носом в бокал. Послезавтра в восемь вечера в ресторане «Гранд Паласс» состоится третий благотворительный ужин по случаю сбора средств в нью-йоркский фонд помощи сиротам с ограниченными возможностями, возглавляет который та самая Кэтрин Хэммел, о которой мы сейчас говорим! Так что тебе только остаётся дождаться её после мероприятия и попросить выделить тебе пару минут.

— Да ну! Бред это всё! И звучит просто нелепо! Да и что я ей скажу? Простите, но ваш муж делает мне дорогие подарки, хотя билет и кулон достаточно сложно назвать дорогими по тем меркам, к которым они привыкли. А ещё он постоянно вызывает моего мужа на работу, на которую он и так обязан ходить?

Чёрт… Как только я проговорила это вслух, даже самой стало тошно оттого, как именно это всё выглядит со стороны. Какая-то глупость! Нелепость! Абсурд!

И сейчас я куда больше всех остальных похожа на безмозглую паникёршу. Домохозяйку, которой начинают мерещиться несуществующие интриги и заговоры. Ещё немного, и такими темпами я начну мастерить для себя шапочки из фольги, чтобы правительство не смогло прочитать мои мысли…

— Знаешь, Марта, — шумно выдохнула, ощущая такой сильный прилив усталости, что у меня больше не было никакого желания продолжать этот нелепый разговор и свои ещё более нелепые жалобы. — Скоро вернётся Дэван, и я должна буду извиниться перед ним за всё своё ребячество.

— Уверена? — сразу же уловила моё состояние подруга, начиная поглаживать меня по волосам.

— Да, — спустила ноги на пол, направившись в ванную комнату. — Сейчас умоюсь и буду собираться. Не хочу, чтобы Дэв увидел меня заплаканной и страшной.

Сама не понимаю почему, но дорога домой была словно в тумане. Не знаю, то ли я спала, то ли настолько сильно отключалась от происходящего вокруг, просто в какой-то момент поняла, что держу в руке ключ от входной двери не в состоянии попасть в замок.

Один раз. Второй. Онемевшие пальцы проскакивали мимо, а я в любой момент была готова свалиться с ног, впав в сонное оцепенение. Сколько же сил было потрачено на ненужные переживания и страхи, что теперь тело буквально выло от желания как следует поспать.

— Ты где так долго пропадала? — довольно резко подошел ко мне Дэван, задрав подбородок кверху. — Я звонил тебе около пяти раз!

— Прости… — откровенно испугалась его нажима. Что не говори, но в этот момент было достаточно сложно определить, с чем именно связана вспышка его ярости: с тем, что он за меня переживал, или же с тем, что я не отвечала на его звонки. — Я была с Мартой, как ты сам и предложил…

— Была с Мартой?! — смерил меня раздраженным взглядом, сцепив губы, чтобы не выругаться. — Уже девять часов! А каток работает до восьми.

— Мы не ходили на каток, — попыталась слегка отстраниться от него, потому что запах крепкого алкоголя сразу дал понять, что именно стало причиной подобного поведения. — А просто посидели у неё дома.

— Да неужели? — пренебрежительно сощурившись, он сам сделал шаг назад, словно с этого момента у него нет ни малейшего желания иметь со мной дела. — Жаловалась на то, какой я плохой парень и как мало уделяю тебе времени?

— Нет! Боже, Дэв, нет! — от его слов внутри началось землетрясение. — На самом деле всё это время я была не права! И очень хотела перед тобой извиниться! — вцепилась ему в руку.

— Чёрт, Эн, — дёрнул он на себя, зарываясь лицом в слегка промокшие волосы. Кажется, мои слова подействовали на него словно вылитое на голову ведро ледяной воды. — Если бы ты только знала, как сильно я нуждаюсь сейчас в твоей поддержке.

— Я знаю, Дэв, знаю… — закивала, чувствуя, как последняя преграда иллюзорной опасности затрещала по швам, высвобождая нас из своих крепких паучьих сетей.

— Клянусь Богом, что умер бы, ес и бы ты снова начала меня пилить из-за работы. Тем более сейчас, когда мистер Хэммел захотел прийти к нам на ужин.