Глава 70 "Тридцать сребреников"

— Приезжайте. Всё готово, — проговорила в трубку ровным голосом, подавляя лёгкую дрожь в диафрагме, и сразу же отключилась, отходя к креслу.

Уложила руки на быльца.

Сделала глубокий вдох.

Закрыла глаза и откинулась головой на спинку, заставляя себя успокоиться.

Я знаю, что поступаю правильно. Уже миллион раз взвесила все «За» и «Против». Рассчитала все возможные варианты и последствия. Кинула кость своей гордости.

Вот только не смотря на верность своего поступка, на душе, просто отвратительно скреблись кошки. И чем громче хохотали внутренние демоны, салютуя мне кровью девственниц, тем сильнее скулила забитая в угол совесть.

Первый глоток моего предательства напоминал укол героином. Едкий яд этого поступка растекался по венам эйфорией и страхом.

Я уверяла себя, что от одного раза ничего плохого не будет. Хотя каждый из нас прекрасно понимает, что есть вещи, которые никогда не заканчиваются одним единственным разом.

Зависимость неотъемлемая часть любви, лжи, удовольствия, власти и даже предательства. И встав однажды на эту дорожку уже невозможно свернуть назад.

Цена моей короны оказалась слишком высока. Я отдала на откуп зверю самую большую часть своей души и должна была теперь вынести свой поступок с высоко поднятой головой и ни единым намёком на сожаление.

Стук в дверь заставил меня медленно поднять веки, и я снова наполнила лёгкие прохладой серого утра, практически растворяясь в нём, белый облаком.

Ещё так рано…

Всего четыре часа…

Самое лучшее время чтобы закончить начатое или...

Начать.

— Иду, — медленно поднялась с кресла, вышагивая к дверям на тонкой шпильке, встречая гостей при полном параде.

Узкое, офистое платье.Убраные на затылке волосы и лёгкий макияж, словно я собралась на свидание с самим Дьяволом.

— Где он? — посмотрел на меня Курт, следом за которым в квартиру прошел ещё один мужчина в представительном костюме и трое падальщиков в чёрной одежде.

— На кухне. А где ваш хозяин и мои деньги? — разочарованно поинтересовалась, когда тот закрыл дверь. — Я думала он по присутствует на этой экзекуции.

— Ты слишком сильно с ней затянула, — раздраженно проговорил один из доверенных людей Крофорда, доставая из внутреннего кармана пиджака переломленные пополам документы. — Так что он сейчас на Арубе.

— Обеспечивает себя алиби? — усмехнулась, следуя за мужчинами по длинному коридору. И пусть мои слова и прозвучали как вопрос, хотя они, куда скорее, были самым полноценным утверждением.

— Обеспечивает себя отдыхом, — явно не пропитался тот моим юмором. — Что же до денег, то получишь их, как только прилетишь к нему сама.

— Неужели на Арубу? — вздёрнула бровь, чувствуя, что подобный отдых как никогда пошел бы мне на пользу.

— Можешь быть довольна. Ты, как следует, зацепила его дыркой между ног, спасая себя от пули в лоб.

— Зря вы так уничижительно отзываетесь о дырке между ног, — бесчувственно усмехнулась, замедляя ход, чтобы прижаться плечом к стене. Мне совершенно не хотелось видеть того, что должно было произойти за открытыми дверями кухни. — Ведь меня она обеспечила жизнью. Ну, а вас, той самой пулей.

Не успели ни Курт, ни человек Айзека, даже дёрнуться в мою сторону, в попытке отреагировать на эти слова, как на них тут же налетели люди Уилена, скручивая по рукам и ногам.

Настолько быстро. Грубо и профессионально, что уже через пару минут вся их делегация лежала, упираясь мордой в пол, не в состоянии дёрнуться под направленным на них дулом.

— Продажная сука! — зарычал человек Айзека, смотря на меня снизу вверх.

— Следи за языком, Максвелл, — появившись в дверях, Уилен прошел мимо лежащих мужчин, останавливаясь около меня. — Или я затолкаю его тебе глубоко в глотку. Этих двух в гостиную, — скомандовал тот, направляясь к креслу — Остальных закопать.

И стоило Хэммелу произнести последнюю букву, как его люди тут же выволокли из квартиры троих амбалов, оставляя нас с Максвеллом и Куртом.

Ничего не говоря, я последовала за Уиленом, присаживаясь на упругое, кожаное быльце. В голове всё ещё кружился целый рой противоречивых мыслей, ведь ради того, чтобы получить желаемое, я не только встала на сторону человека которого была готова убить. Но и предала единственных, кто всё это время желал того же, что и я.

— Эта тварь испортила тебе жизнь, а ты сделала всё, чтобы его спасти?... — посмотрел на меня Курт с таким невероятным презрением в карих глазах, что в горле тут же застрял тугой комок. И сколько бы раз я не сглатывала, а он всё равно давил на мою гортань, превращаясь в огромную дамбу.

— Это моя жизнь, и сама буду решать, на чью сторону мне становиться, — я не видела взгляд Уилена, так как сидела к нему спиной, но каждой своей клеточкой ощущала, что он ждёт моих ответов, словно ещё один кусочек практически собранной мозаики. — Сильные люди не бьют исподтишка. А я не собираюсь играть за тех, кто заведомо обречен на поражение.

— Не стоит так распыляться, Курт, — наконец-то вступился Хэммел, позволяя мне перевести дыхание. — Я уже давно был в курсе, что около меня завёлся крот, просто никак не мог понять именно твоих мотивов. А потом оказалось что ты, как и любой мужчина повёлся не на деньги или власть, а на самую простую дырку между ног.

После слов Уилена бедный Курт стал похож на ожившего мертвеца. Белый как мел, он смотрел на него с широко открытыми глазами, настолько сильно покрываясь испариной, что казалось ещё немного и просто упадёт в обморок.

— Знаешь, я всё думала, ну откуда моя жизнь становится настолько естественным достоянием общественности? — слегка приподняла плечи, поджимая губы. — Когда об этом заикнулся Дэван, я была практически уверена что всему виной именно Хэммел. Что это он выставляет напоказ происходящее в нашей постели. А потом в эту игру подключился ещё и Крофорд и вот тут-то происходящее начало приобретать уже другой окрас, — наиграно улыбнулась, видя, как задрожал кадык, когда бедный Курт, сглотнул свой страх, отправляя его глубоко в тело. — Да, я, конечно же, совершенно спокойно могла закрыть на это глаза, ведь он спал практически со всеми женщинами Уилена. Вот только я была единственной с кем ему приходилось использовать связывание. А значит, что кто-то очень и очень близкий к этой ситуации снова и снова сливал её Айзеку, что бы он без какого-либо труда мог давить на самое моё больное место, — в этот момент открылись двери квартиры и до нас донеслись звуки сопротивления и сдавленное женское мычание.

— Нет! — нервно заголосил Курт, поворачиваясь к источнику шума. — Это не она! Она тут не причём!

— Ещё как причём, — поднялся Уилен, спокойно вышагивая навстречу к мужчине, ведущим плачущую Сару. — Мисс довольно детально обрисовала мне всю картину происходящего. Верно, дорогуша?

Испуганная девушка в скомканной домашней одежде напоминала жертву насилия. Растрёпанная, с распущенными волосами и заплаканным лицом. Хотя, мы сразу договорились с Уиленом, что ни он, ни его люди не посмеют причинить ей вреда, так что моё спокойствие наверняка казалось Курту самым настоящим зверством.

— Мистер Хэммел, это не то о чём вы подумали… — истерично замотала она головой, извиваясь в крепких тисках. — Пожалуйста, не делайте этого с нами…

— Нет, Сара, это всё именно то о чём я подумал, — сделав глубокий вдох, потирая переносицу, он кивнул мужчине, который всё это время держал Максвелла и тот вышел из комнаты, а через пару минут снова вернулся, заводя самого главного виновника данного сговора.

— Нет! Не трогайте папу! — заголосила девушка, начиная вырываться с удвоенной силой. — Он тут не причём! Это всё я! Это я придумала!

Удивительно, но престарелый мужчина даже и не пытался заставить её замолчать. Что довольно красноречиво продемонстрировало, что на пути к достижению цели, в мире Уилена нет ни родных, ни близких, ни любимых.

Продолжая защищать своего отца, бедная Сара ещё не понимала этой простой истины, вызывая во мне по-настоящему гнетущую горечь.

— Не переживай, — закинула я ногу на ногу, смотря на неё, словно на собственное отражение, — каждый из вас получит по заслугам. Обделённым не останется никто.

— За что?... — практически проскулила девушка, не в состоянии устоять на подкашивающихся ногах. — За что вы так сними, мисс Кларк? — крупные слёзы текли по её раскрасневшимся щекам, пока я продолжала укреплять свою еле живую оборону, чтобы не поддаться на её откровенный плач.

— За вашу коллективную глупость, Сара. Пришло время жить своей головой, а не идти на поводу у эгоистичных родственников, для которых и ты, и Курт — не более чем инструмент в исполнении своих корыстных целей.

— Вот же мерзкая сука… — процедил сквозь зубы старик, практически прожигая меня надменным взглядом, и тут же получил от Уилена крепкий удар в солнечное сплетение.

— Можешь быть благодарен этой мерзкой суке, Питер, — спокойно проговорил мужчина, разжимая напряженный кулак. — После того, как вы заварили всю эту кашу, я собирался вас с Куртом отправить глубоко под землю. А твою дочь устроить в какой-нибудь бордель для мексиканских эмигрантов, в котором её будут трахать во все дыры за какую-то пару долларов, — от упоминания о борделе, Сара практически позеленела, заставляя меня ненадолго пожалеть о происходящем. — Но Анна уговорила мне дать ей поблажку в обмен на твои извинения, — усмехнулся Уилен, убирая руки в карманы брюк. — Так что становить на колени и начинай молить о прощении. И пускай сам ты отправишься на съедение червям, но дочь твоя всего лишь загремит в психушку.

Сложно было описать тот ураган чувств, который бушевал во взгляде Сары, пока она смотрела на собственного отца, с немой мольбой о помощи. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что Уилен Хэммел именно тот человек, который всегда сдерживает своё слово. И даже теперь Сара и Курт, прекрасно понимали, какая их ждёт участь без приукрашивания и пустых надежд.

— Мистер Браун, — нервно проговорил Курт, заставляя старика повернуться в его сторону. — Чего вы ждёте?! — но мужчине было откровенно наплевать на происходящее.

В этот момент он настолько отчётливо чувствовал приближение собственной смерти, что в его взгляде не были ни намёка на желание хоть что-то менять.

— Твоё право, Питер, — пожав плечами, Уилен отдал приказ своему человеку и тот сразу же уволок старика прочь из квартиры, под истошный плач Сары. — А теперь ты, — повернулся он к Максвеллу. — Мы не можем просто так пришить всех людей Айзека, не передав ему никакого послания.

— Да неужели? — скривился мужчина, делая вид, что всё ещё «на коне». — А, по-моему, очень даже в твоём духе.

— Вот только толку от этого никакого. Так что, похоже, сегодня мне как никогда придётся поменять свои привычки, — я наблюдала за тем, как Уилену протянули специальное приспособление для отделения пальцев от кисти, чувствуя, что ещё немного и меня вывернет прямо здесь. На этом же месте. — Кажется, именно это ты приготовил для меня, верно? Ничего другого мои люди не смогли найти в вашей машине. Так что давай-ка, мы сейчас же испробуем всё это на практике.

Поднявшись со своего места, я отошла к окну, стараясь не обращать внимания на то, как всего в нескольких метрах за моей спиной происходят самые настоящие пытки средневековой инквизиции.

И только после того, как обезображенного Максвелла выволокли из залитой кровью гостиной, я наконец-то смогла повернуться, вышагивая к Курту и Саре.

— А теперь вы, — сделав глубокий вдох, я обняла себя за плечи, смотря на рыдающую девушку.