ГЛАВА 21

Ты о чём? – хмурится Ник, спрашивая меня, одновременно косясь на друга. – Про твою измену, – казалось бы, слова произносятся легко, но на самом деле ком встаёт в горле. – Ты утверждаешь одно, твой друг говорит другое. – Перевожу взгляд с мужа на Терёхина. Макс поджимает губы, качает головой, а после криво усмехается. – Не понял, ты что-то наговорил моей жене, Макс? – поворачивается к Терёхину. Молчит, смотрит пристально на меня. – Да, – начинаю за Макса, – могу дословно пересказать его слова. – И, не теряя ни минуты, говорю всё то, что сказал мне Макс в том кафе. Замолкаю, смотрю на обоих и уже хочу спросить: «Кто из вас врёт?», как Ник подрывается и с диким рычанием бросается на друга с кулаками. – Зачем ты, что, сука, ей наврал?! – Удар по челюсти, Макс валится со скамейки, Ник не даёт ему встать, нависает, бьёт ещё раз. – Зачем ты врёшь, какого лешего, Терёхин?! Это же по твоему совету я притащил эту дуру сюда! Я никогда не говорил тех слов, что ты наплёл! – Ещё удар. Янка отскочила в сторону сразу, рот руками зажала, смотрит испуганно, а я, я и вовсе превратилась в каменную статую. Таким злым Ника я никогда не видела. И я прекрасно вижу, кто из них лгун! – Отвали! – огрызается Макс и ногой пинает Ника, попадая ему по колену. Муж отшатывается, вижу, что ему больно, но в следующую секунду вновь около друга или, лучше сказать, бывшего друга? – Отвечай на мои вопросы! И говори Оле всю правду! – медведем ревёт муж. – Это месть! Ясно! Ты переспал с моей девушкой, обрюхатил её и не заслуживаешь прощения! – орёт в ответ Терёхин. – Прости, Оль, я тебе там солгал, не хотел, чтобы ты прощала такое чмо! – обращается ко мне, лёжа на полу. Вот как? Месть! Ник растирает лицо ладонями, ерошит волосы, отходит от Макса на пару шагов. – Ты дурак, Макс, – говорю тихо. – Ты сделал своими словами больно не ему, а мне, я его не собиралась прощать, и ты сейчас не лучше, чем он. – Киваю на Ника. – А теперь оба уходите отсюда. И да, Макс, работать мы точно не сможем, ты легко можешь обмануть. Глаза мужчины вспыхивают, на их дне загорается что-то опасное, от чего мурашки бегут табуном. – Увольняешь? – скрипит зубами вопрос. – Да. – Киваю, а у самой появляется нехорошее предчувствие. Макс усмехается, поднимается с пола, ладонью проводит по разбитой губе, сплёвывает алую слюну прямо на пол. – Ты что творишь? – дёргается в его сторону Ник. – Хватит! – вмешивается Яна. Никита слушает подругу, отступает. – Терёхин, – зовёт мужчину Янка, – что ты там сказал? Ксения была твоей девушкой? – прищуривает глаза подруга. – Да, была, пока этот не залез на неё! – рявкает в ответ. – Как интересно, – и правда Яне интересно, она так разглядывает Макса. – Чего тебе интересно? – рычит Терёхин. – Чей ребёнок в животе у Ксении? Ты, как её парень, спал же с ней? – склоняет голову набок. Вновь образуется тишина, только взгляды метаются друг от друга. Ник так напрягся, как-то глупо хлопает глазами, а вот Макс побледнел. Неужели такое может быть? Струйка холодного пота стекает по позвоночнику, дыхание перехватывает, смотрю на Терехина в ожидании ответа. – Я не спал с ней, – выплёвывает Макс. – Лжёшь! – рявкает Ник и заходится громким, раскатистым хохотом. Нервы сдали? – Вот почему она от теста отказывается! Либо она не знает, чей он, либо точно знает, что не мой! Только теперь не пойму, на что надеется, по рождению я всё равно сделаю тест! И если она знает, что не мой, какого чёрта присосалась ко мне? – Никому конкретно здесь присутствующим произносит слова Ник, словно просто мысли свои озвучивает. – Ой, Максик, кажется, ты скоро станешь папой, – с издёвкой произносит Янка. Прикрываю глаза, хочется и уши заткнуть, не желаю участвовать в этой грязи! Пусть сами разбираются, кто из них двоих заделал Ксении ребёнка! Даже если он не от Ника, это ничего не меняет! Он мне изменил, врал долгое время. – Заткнись, – шипит Терехин, – твой длинный язык никто не просил высовывать! – делает резкий выпад в сторону Янки. Но приблизиться к подруге не успевает, Ник бросается наперерез, толкает Макса в плечо. – Только попробуй! – рычит Никита. – Совсем мозгов лишился? – смотрит на друга. Макс что зверь, загнанный в ловушку, дышит глубоко, глаза чернее ночи, его заметно потряхивает. Боже! Да что же это такое? – Всё! Уходите оба! – кричу двум друзьям. Моё требование мужчины воспринимают по-разному! Терехин, бросив на нас гневный взгляд, бросается прочь из зала, влетая в свои туфли, а вот Ник возвращается обратно на скамейку, широко расставляет колени, упирается в них локтями, ладонями закрывает лицо. – Я сказала, уходите оба! – смотрю на упёртого мужа. – Нет! Сейчас мы с тобой поговорим, нормально поговорим! – убирает руки от лица, поднимает на меня взгляд. – Нам не о чем разговаривать! – хочу остаться одна, даже подругу попрошу уйти. – У меня есть подозрение, что я не спал с Ксенией, – хрипит Ник. – Я не помню той ночи, а ещё я дурак, даже не подумал, что Макс может быть отцом! А вот он, я уверен, предполагает такой вариант.