ГЛАВА 27

ОЛЯ Стены больницы покидаю, как можно быстрее, вызванное такси уже минут пять дожидается на территории парковки. Слишком долго одевалась, боялась разбудить Ника. Если бы он проснулся, то мне бы было не сбежать. Сердце в груди грохочет, муторное состояние не отпускает, слабость во всем теле с трудом преодолеваю, тошнота то накатывает, то отпускает. Я согласна на любой диагноз: простуда, отравление, стресс, гастрит, но никак не беременность! По пути к Яне, прошу таксиста остановить у круглосуточной аптеки, покупаю сразу десять штук, чтобы уж точно быть уверенной, есть беременность или нет! Если она есть, о это полная катастрофа! Я конечно хотела детей, но не от незнакомца из клуба, чьё лицо я даже не запомнила, не говоря уже об имени и прочем! Когда таски останавливается у подъезда подруги, еле выбираюсь из машины, голова стала кружиться, таксист даже предложил проводить меня, но чуть подумав, отказываюсь. До лифта практически ползу, держась за стену, в лифте становится совсем плохо, тошнота накатывает как никогда до этого. Крепко зажимаю ладонью рот, вываливаюсь из раскрытых створок лифта на Янкином этаже, давлю на звонок. Каждая секунда будто вечность, сонная Янка распаивает дверь, таращась на меня огромными глазами. – Ты как здесь? – спрашивает Яна. Ничего не говорю, отталкиваю хозяйку квартиры в сторону, сама насколько можно быстро иду в туалет. Стоит только оказаться рядом с унитазом и поднять крышку, как меня тут же выворачивает. Внутри всё сводит от позывов, тело всё потряхивает мелкой дрожью. Когда в желудке ничего не остаётся, закрываю крышку, спускаю воду, без сил опускаюсь на колени, руками опираюсь о плитку на полу. – Подруга, что с тобой? – рядом оказывается Яна, опускается на корточки, кладёт свои ладони мне на плечи. – Дай воды, – прошу хрипло. Перед глазами всё плывёт, вроде легче стало, но не настолько, чтобы скакать козочкой. Яна убегает на кухню, возвращается быстро, протягивает бутылку с минеральной водой, сама откручивает крышку, даже помогает попить. – Так ты мне ответишь, что с тобой случилось, и почему ты в такое время оказалась здесь? – вновь опускается на корточки подруга. – Я кажется беременна, – с нескрываемым страхом в голосе отвечаю подруге. – Да ладно? От Ника? – подскакивает на ноги Янка. А мне хочется разрыдаться, забиться в угол, закрыть голову руками. – Нет, – сиплю еле слышно. Янка тут же всё понимает, обхватывает лицо ладонями, смотрит на меня жалобно. – Ты уверена, что беременна? – тихо спрашивает. – Нет, но мне так плохо, я тесты купила, хочу проверит, прежде чем идти к врачу, – хватаюсь на унитаз, поднимаюсь на ноги, из кармана достаю кучу тестов. – Это ты правильно сделала, а чего в больнице не проверила? – Ты смеёшься? Я оттуда и сбежала, мне плохо с самого утра, чуть сознание не потеряла, Ник суматоху навёл, Володя меня хотел на анализы отправить, кстати он и предположил, что возможна беременность. От Ника я точно не могу быть беременной, у меня только закончились месячные, когда мы на ту квартиру прибыли, и как ты понимаешь, единственный секс у меня был с тем незнакомцем. – Так, давай раньше времени не будем накручивать, сделаем тесты, тогда и поговорим. Я тебе сейчас принесу контейнер, у меня для анализов оставался, – Янка разворачивается, покидает ванную комнату. Вернулась быстро, забрала из её рук контейнер и замерла. Боюсь! – Если стесняешься, то я выйду, – предлагает Яна. – Нет, но… Ян, а ты можешь проверить сама? Мне кажется, пока буду из проверять, чувств лишусь, – жалобно скулю. – Давай наполняй и выходи, – кивает на контейнер. Через минуту я уже стою за дверь, точнее подпираю стену. Закусываю нижнюю губу, слёзы подступают, в носу свербит, в горле ком. Что делать если будет положительный результат? Как рожать ребёнка без мужа? как он будет расти без отца, а что я скажу ему, годна он спросит, ге его папа? Дверь открывается, Янка выходит, по выражению её лица понимаю, что я влипла! – Прости меня, Оль! Если бы я знала, что так получиться, то не потащила бы тебя в тот клуб! – на глазах подруги появляются слёзы. С губ срывается всхлип, чувствую стекающие из глаз капельки слёз. Подруга бросается ко мне, крепко обнимает, а я уже вою ей в плечо. – Прости. Прости моя хорошая, ну не плачь, Оля, тебе нельзя, слышишь? О ребёночке теперь думай, – пытается успокоить меня подруга. Яна уводит меня в комнату, помогает улечься на постель, укрывает пледом. – Попробуй уснуть, Оль, а я рядом побуду. Закрываю глаза, но слёзы продолжают течь. Нужно успокоиться и всё обдумать. Я так хотела ребёнка, но Ник просил подождать, и вот теперь…. За неутешительными мыслями проваливаюсь не то, что в сон, а скорее в холодную, тёмную дыру. Просыпаюсь словно от толчка, резко присаживаюсь в постели, первым делом осматриваюсь вокруг, вспоминаю, где я есть, смотрю в окно. Уже довольно светло. Откинув плед, выбираюсь из постели, иду искать подругу. Янку нахожу на кухни, по её виду понимаю, что подруга сама только проснулась. – Ты как? – первой задаёт вопрос. Прислушиваюсь к себе, слабость есть, а вот тошноты нет, и как будет дальше неизвестно. Дальше? Я даже ещё не приняла решение, что мне делать, а уже думаю о дальнейшем токсикозе! – Жить можно, – присаживаюсь за стол напротив Яны. – Чай сделать? Или чего посущественнее поешь? – поджинается из-за стола. – Есть точно не буду, – качаю головой, – а вот чай с мёдом буду. – Две минуты, – подрывается подруга к чайнику, – и мёд как раз остался, – говорит, заглядывая в холодильник. Мысли вновь возвращаются к моей беременности. Наверное это самый худший момент в жизни каждой девушке, которая беременеет от незнакомца по пьяни! Как они рожают, как идут на такой шаг? – Оль, – возвращается за тол Яна, ставит рядом со мной кружку с дымящимся чаем и мёд в баночке, – ты когда собираешься идти в больницу, наверное уже на учёт надо встать, да и проверить, всё ли хорошо с малышом, – складывает руки на столе, что ученица в школе. – На какой учёт, Ян? – хмурю брови, – до меня как-то туго доходят её слова, мысли мешают. – Как на какой, по беременности! – возмущается подруга. Опускаю взгляд на чашку с чаем, я ещё не решила, что буду делать. – Оль, ты чего задумала? – спрашивает встревоженно, – ты того самого делать собралась? Ты чего подруга? Это же твой малыш! И не важно кто его отец! Главное, что он твой! – переходит на повышенный тон. – А будь ты на моём месте, как поступила бы, а Ян? Ребёнок от первого встречного! Как мне его рожать одной, что скажу своему ребёнку, когда он спросит, а где его папа? Мне что ему сказать, что я по пьяни переспала не зная с кем? – слёзы как и утром застилают глаза. – Это не проблема, Оля! Во первых, ты не одна, у тебя есть я и твой отец, в плане денег ты обеспечена, у тебя огромный дом, во вторых, для ребёнка можно и красивую историю сочинить, сказать что отец был хорошем человеком, очень любил тебя, ждал малыша, но так получилось, что он погиб. Не обязательно говорить правду! Слова подруги подбадривают, я действительно не одна, есть она и папа, деньги тоже есть. К тому же сколько раз были услышаны истории от ребят, как их мамы плетут сказки про отцов космонавтов, полярников, да и многих ещё! так почему я не могу соврать? А когда малыш повзрослеет, он будет понимать, что это просто мои байки. – Прошу, не торопись с решением, Оль, хорошо всё обдумай, ребёнок это же чудо, а что если после ты не сможешь родить? Слова подруги пугают, а ведь так действительно может быть! Сколько таких случаев? Да тысячи! Телефон Яны заигрывает громкой мелодией. На дисплее видно имя звонящего. – Скажи, что меня здесь нет! – предупреждаю подругу, прежде чем она отвечает на звонок. Только Ника здесь не хватало! – Да, Никит, – принимает звонок Яна и ставит телефон на громкую связь. – Яна, привет, – разносится голос Ника, в котором чётко слышится тревога, – Оля у тебя? – следует прямой вопрос. Яна смотрит на меня. – Нет, – отвечает подруга, – Никит, а что значит у меня? Ты что, не знаешь, где она? – Оля ушла рано утром, ни слова мне не сказала, я беспокоюсь, Оля заболела, Ян, вчера ей было очень плохо, телефон выключен. Она могла отправиться только к тебе, тестю я звонил, он тоже не знает, где Оля, – произносит Ник. Чёрт! Про то, что он позвонит папе, я совсем не подумала! – Ян, только прошу, не обманывай меня, если всё же Оля у тебя, лучше скажи правду! Оле может грозить опасность, и это не шутки, Ян, её сестра слетела с катушек, думаю, Оля с тобой поделилась такими новостями, – продолжает Ник. Глаза Яны сужаются, смотрит на меня с укором. Да! Я не успела ей рассказать про Вику, точнее, о подозрениях папы и Ника, что мне якобы грозит опасность от родной сестры! Складываю ладони в умоляющем жесте, качаю головой. – Если она появится у меня, я обязательно позвоню тебе, – только и отвечает Яна, – пока, Никит, мне нужно собираться на работу, клиенты не любят ждать. – Хорошо, пока. Связь обрывается. – Это что ещё за угроза от Вики? – склоняет голову на бок. Рассказываю всё, что произошло в кабинете папы, когда Ник сломал ключицу, было не до разговоров, а Яна и не спрашивала, почему я оказалась рядом с почти уже бывшим мужем в момент его падения. – А ты что думаешь по этому поводу? Ты всерьёз приняла весь бред, что несла здесь Вика? – Не знаю, Ян, но, как оказалось, я действительно не знаю свою сестру и не знаю, на что она способна, на деньги она всегда была жадной, и что ради них она готова сделать, боюсь представить, – отвечаю со вздохом. Яна хмурится, указательным пальцем чешет бровь. – В таком случае, от неё стоит держаться как можно дальше, что с отцом будешь делать, он сейчас всех на уши поставит, ты обязана ему сообщить, где ты и что с тобой всё в порядке, – поднимает на меня взгляд. – И он тут же сдаст меня Нику, они спелись, Ян, – поджимаю губы. – Тогда не говори, где ты, вот и всё, но отца нужно успокоить! Понимаю, что подруга права, беру телефон, включаю его, жду примерно с минуту, пока он включится. Как только появляется сеть, на меня обрушивается куча сообщений, я даже не читаю их, и так знаю, от кого и примерный текст! Захожу в звонки, набираю папин номер, два гудка и громкое: – Оля! Ты где, дочь? – взволнованно интересуется папа. – Пап, успокойся, со мной всё хорошо, я уехала по делам, скоро вернусь… – По каким делам? Куда ты уехала, говори, где ты? – перебивает, повышает голос. Янка прячет лицо в ладони, осуждающе качает головой. А я понимаю, врать дальше не получится, отец на взводе, вытащит из меня правду, так что дальше врать бессмысленно. – Я у Яны, пап, только прошу, не говори Нику! – прикладываю ладонь на грудь, в районе желудка, вновь мутит. – Оля! – рявкает отец, – ты хоть понимаешь… – Прости, пап, – перебиваю его крик, – я знаю, что ты волновался, но со мной всё хорошо, я у Яны, если не веришь, могу к телефону её позвать, – говорю быстро, не даю ему и слова вставить. – Верю, – бросает мужчина, – почему ушла от Никиты и ничего ему не сказала, и почему он не должен знать, где ты? Что у вас опять произошло? – тяжело вздыхает. Беременность произошла! Так и хочется крикнуть, но пока я не приняла окончательное решение, оставлять ребёнка или нет, буду молчать! – Я не могу находиться с ним рядом, операция прошла, от наркоза он отошёл, больше моя помощь ему не нужна. Он вполне может сам себя обслуживать, и ещё, если ты так беспокоишься за мою безопасность, то лучше найми мне охрану и не старайся нас помирить, пап. Он предал меня, лгал, да, не изменил, но его поступок даже хуже, чем измена… Закусываю губу, внутри закрутился такой смерч из боли и обиды, что если он вырвется наружу, то точно уничтожит всё вокруг и меня в первую очередь! Если бы не ложь Ника, то не было бы того отчаяния, ночного клуба, той ночи с незнакомцем и этой беременности! Горько усмехаюсь, папа молчит. Нет, моя беременность – это последствие лжи, а виновата, конечно, я! Не стоило столько пить, да и идти вообще в клуб! – Оль? – тихий папин голос, – ты не простишь его, да? Не сможешь понять его страх, что он испытывал, боясь потерять тебя? Я не оправдываю его, просто помни, что его подставили, грамотно управляли. Каждый человек имеет право на ошибку, и каждый имеет право прощать или нет, ошибившегося. Папа замолкает, меня же душит рыдание, что рвётся из глубины души. Боже, да к чему теперь всё это? Я беременна! Беременна от левого мужика! Зажимаю ладонью рот, тошнота подступает. Не прощаясь с отцом, завершаю разговор, бросаюсь в туалет. Янка что-то бурчит мне в спину. Из туалета выхожу минут через десять, вид у меня ещё тот! Взлохмаченная, бледная, сгорбилась, что старушка, вся гортань огнём горит, в животе дискомфорт и жуткая слабость. – Тебе Ник звонил, – говорит Яна, смотря на меня с сочувствием. Беру телефон в руку, три пропущенных. – Ты решила, что будешь делать? Тебе бы к врачу на приём, вдруг что не так с беременностью? Заводит разговор подруга. – Ещё не решила, – качаю головой. Присаживаюсь на диван, губы кривятся в горькой усмешке. Мать-одиночка! Вот что меня ждёт впереди, если оставлю малыша, а если нет, то на всю жизнь угрызения совести! – А может вернёшься к Нику, расскажешь ему всё, в твоей беременности он как бы тоже виноват, это же он довёл всю до такого. – Не неси чушь, Ян! Я не буду такого делать, только бы не быть матерью-одиночкой! Если бы это был его ребёнок, то можно бы было ещё подумать, а так нет, – отрезаю я. Глаза подруги сверкают, знаю, она переживает за меня, хочет помочь, вот только я сама ещё не знаю, какая помощь мне нужна! – Ты с решением не затягивай, – бурчит Яна, – подумай хорошо, а я пойду собираться, мне действительно нужно ехать к клиентке. Яна уходит в комнату, я же заваливаюсь на диван, ужасно хочется спать. Я не слышу, как уходит подруга, меня вырубает. А вот просыпаюсь от очень реалистичного сна! Мне снится ребёнок, мальчик, такой маленький и такой родной! Он улыбается мне глазами Ника, хотя такого быть просто не может, даже во сне я знаю, что этот ребёнок не его! Внутри разлилось такое тепло, так захотелось прижать к себе тёплый комочек, вдохнуть его запах. Руки сами ложатся на плоский ещё живот. Вот он и ответ. «– Я приняла решение, еду в поликлинику». Пишу Яне сообщение. «– В какую?» Прилетает ответ с вопросом. Называю адрес и отправляюсь собираться. Янка права, нужно узнать, всё ли хорошо с моей беременностью?