ГЛАВА 32

НИКИТА Оля ушла, я видел слёзы в её глазах, сначала ринулся за ней, но тут же осадил себя. Её нужно время, побыть одной. Это не просто пойти и обнять, сделать подарок, залюбить, попросить прощение, как при наших мелких ссорах, здесь нужно время и личные границы. Тяжело опустившись на стул, нащупал телефон в кармане. Нужно позвонить тестю и попросить не приезжать сегодня, не до поздравлений и разговоров! Отец моей любимой понял, что у нас здесь кипят страсти, и попросил позвонить ему, когда можно будет посетить нас и лично не по телефону поздравить дочь. После разговора с мужчиной бесцельно брожу по дому, несколько раз подходил к нашей с Олей комнате, останавливался, замирал, прислушивался. По ту сторону двери стояла полная тишина. Было ощущение, что Оля уснула, заходить не решался. В голове не укладывались мысли, что я скоро стану отцом, в груди бурлят такие чувства, что страшно становиться! Половина из них были знакомы, радость, нежность, любовь, неверие и безмерное счастье! Всё это уже чувствовал, когда Оля согласилась стать моей женой и жило в груди по сей день. Теперь же к ним прибавились и иные! Тревога, страх потерять не только Олю, но и нашего малыша, быть в дали от них, оказаться за бортом маленькой семьи. Страх стать не самым лучшим отцом, причинить боль своему ребёнку. В очередной раз остановившись у двери комнаты, услышал громкий всхлип по ту сторону. Схватившись за ручку, рванул дверь на себя. В полумраке комнаты, на большой кровати, сжавшись клубочком, плача, лежала Оля. Быстро подхожу к кровати, на коленях забираюсь на постель, здоровой рукой перехватываю Олю под грудь, и как бы она сейчас не хотела меня видеть, я чувствую, как нужен ей! Оля напрягается, но не сопротивляется, чем облегчает мне мои действия. Тяну её на себя, заваливаюсь на бок, стискиваю зубы от боли в плече, плевать! Притягиваю любимую, как можно ближе к себе, гипс сука мешается! – Тишшш, родная, не надо, Оля, прошу не плачь, – шепчу любимой на ушко, переворачиваю её к себе лицом, пальцами зарываюсь в её волосы на затылке, мягко массирую, губами собираю влагу с её личика. От моих слов и действий Оля, наоборот, заходиться ещё большим плачем, она пальчиками цепляется за мою футболку, крепко сжимает ткань. – За, что ты так с нами? – выкрикивает любимая, содрогаясь всем телом, скручивая мне все внутренности в тугой канат. – Прости меня, родная, прости, – ком в горле острее игл, – я так люблю тебя, всегда любил, Оль! Я не смогу отпустить тебя, сдохну без тебя, без вас, Оленька! Вы самое дорогое, что у меня есть, я обещаю тебе, Оль, я клянусь, никогда больше не причиню тебе боли, никогда не обману и уж тем-более предам! Ты одна женщина в моей жизни, которую я любил, любил и буду любить. Мой хриплый шёпот разноситься по всей комнате смешиваясь с всхлипами любимой. Я продолжаю говорить, прошу прощение не переставая, признаюсь в любви, даже рисую нашу совместную жизнь, как будет у нас дальше. Говорю много, даже сам верю в то, что у нас есть это будущие! В какой-то момент понимаю, что больше не слышу всхлипов, тело любимой не вздрагивает. Смотрю на любимую, тихое сопение, уснула. Выбилась из сил моя девочка. Было такое ощущение, что Оля впервые за всё время раскрытия моего обмана, отпустила себя, дала волю чувствам, выплеснула всю боль и переживание. Оля не проснулась до самого утра, сам же я уснуть не смог, столько мыслей кружилось в голове. Прижимал любимую к себе, все время касался губами её виска, скул, вдыхал её сладкий, цветочный запах. Как же я скучал по ней, безумно скучал. Оля проснулась в начале восьмого, поморщилась с закрытыми глазами, тихо что-то буркнула, завозилась, пытаясь отстраниться. – Спасть на гипсе то ещё удовольствие, – сонно хрипит любимая, смещая голову на подушку. – Прости, я совсем не подумал, – шепчу в ответ, ругая себя мысленно. Идиот! Мог же и не подушку её переложить! – Я тебя прощу, если приготовишь завтрак, очень хочется омлета с помидорами, – говорит Оля, сонно щурясь. Замираю, не дышу, смотрю на любимую. – Оль…, – запинаюсь, сглатываю заполняющую рот, вязкую слюну, – ты меня прощаешь за всё или… – За всё, Никит, за всё, вот только доверия к тебе нет, и я не знаю, может оно вернуться, – отвечает Оля. Доверие, я обязательно его верну, наизнанку вывернусь, но верну!