Глава 9. Демонские заботы

«Пора упорядочить мысли» — подумал Владыка, оставляя Анну одну. Она хотела посидеть с Пептри, но нельзя — демоны-веномы ядовиты для нее, а малый еще не научился себя контролировать.

Владыка мысленно сделал для себя заметку, что и с помощью этого может манипулировать Анной. Он чувствовал ее: смятение, боль, радость, удовольствие. От одной ее отзывчивости у него каменный стояк, не проходивший все время, что демоны ему рассказывали о поверхности. Хорошо, что он уже научился концентрироваться. Анна — огненный ангел, он хотел ее до невозможности. Он уже представлял, как будет входить в ее податливое тело, впитывая частицы благодати. И как же хотелось ускорить процесс ее искушения. Она сильна и поддается лишь мелкими шагами. Он мог бы ее сломать, но не хотел. Ему нужна ее сила, желание, а не страх. Ему хотелось, чтобы она отдалась ему сама, когда он будет ласкать каждую клеточку ее тела. Как же у него чесались лопатки от каждого их поцелуя. Просто сумасшествие.

— Владыка, — из раздумий его вырвал голос Аббадона, пришедший к нему в кабинет, обставленный по минимуму.

— Ты можешь забрать Гезу, — ответил Владыка, не позволяя демону начать разговор. Тот нахмурился.

Они всегда делили женщин. никогда не ругались и тем более не были собственниками в этом плане. Лишь одно условие было всегда - Владыка был у них первым. У всех, кроме Гезы. тогда Владыка был пресыщен благодатью, а к нему попала новенькая ангел. И опробовать ее он попросил Аббадона. И тому Геза так понравилась, что в гареме он трахал лишь ее. Ну и иногда Владыка, когда нужна была сила.

— И какова плата?

— Никакой. Не хочу получить нож в спину. Только пусть Анне прислуживает.

Они давно изучили друг друга, и Аббадон понял, что Владыка намекал на сына, который чуть не убил его на поверхности. Хоть Аббадон и предупреждал, что так будет, что тиамат силен, но нет — сына надо проучить, сын ничего не знает, его сын слабый, раз связался с человеком… Во всем аде Владыка мог доверять только своим детям и Аббадону. Но в этом он никогда не признается никому.

У них уже давно не было тайн друг от друга. Несколько тысяч лет они были неразлучны. Друзья, хоть Аббадон всего лишь охранял его.

— Это на тебя сердце города так повлияло? — скептически спросил Аббадон.

Владыке хотелось кивнуть — да, это она. Его внутренний зверь успокаивался рядом с ней. Он бы и следа не оставил от Эверлин и Короля черной ночи сегодня, потому и потащил с собой Анну. Не для того, чтобы похвастаться перед демонами, а потому что знал — она не даст ему совершить непоправимое.

— Она тебе напоминает?.. — аккуратно спросил демон. Именно так. Дела прошлые, давние.

— Да, — коротко ответил Владыка.

Он никогда не забудет, как умирает свет, как его поглощает тьма. Сколько это причиняет боли, будто бьют палками, не переставая. И он не собирался тому же подвергать Анну. Лишь ослабить ее, чтоб черпать благодать, но не повторять той старой ошибки. Когда тьмы слишком много — свет меркнет в ней. И вновь испытать потерю, ту же самую боль, которую он испытал тогда, не хотел. Его и так манит к ней так, что не оторвешь ничем. Анна, как хрустальная ваза, которую боишься разбить или сломать. Вот и носится с ней. Понимает, что она думает и даже чего хочет, но боится признаться вслух. А ведь она хочет его. До дрожи, до расширенных зрачков в ее голубо-зеленых глазах. От того, как ее тело само толкает ее в его объятья. Она даже толком сопротивляться не умеет. Его невинный ангел, которого боязно осквернить тьмой. Пока ее свет защищает даже от него, но если тьма и ее возьмет…Второй раз он не хотел испытать потерю.

Надо отвлечься от ангела.

Перед ним лежала карта ада и земной поверхности. Владыка прыгнул в сознание одного из импов на поверхности. Демоны разбили лагерь у одного из городов. Осмотрел округу, замечая свечение на высокой горе. Обычные демоны на поверхности могут и не увидеть ангелов, но Владыка видел их след. Скорей всего, ловушка. Он подошел к командующему — теневому демону и сказал, чтоб тот или отступал, или делал вылазку на гору.

Запрыгнул в сознание другого демона в другом месте. Очутился на поле боя. Подметил ярко-красное мерцания адских врат. Бой с ангелами был возле них. Тут же получил снаряд молний в грудь.

Выдохнул, возвращаясь в собственное сознание. Коснулся груди, чтобы точно убедиться, что это точно не ему прилетело. Владыка ощущал смерть каждого демона, как выпадение волосков на голове — замечаешь их на подушке или одежде, но знаешь, что их уже не восстановить.

— Они уничтожают адские врата, — сказал Владыка. — Зачем? В чем логика?

— Не выпускать демонов из ада.

— Но раньше же все устраивало. Почему именно сейчас?

— Мысль может оказаться глупой, — Аббадон провел когтем по карте, останавливая на крупных городах. — Вот здесь старые города — старые сердца городов. Если так проследить, понятно, что ангелов, способных их защищать, давно не рождалось. Сам знаешь, что люди всегда будут тянуться к этим местам и отстраивать поселения именно в этих местах. Из всего получается, что Анна — последний ангел подобного типа.

— Им проще запереть ее в аду, чем попытаться вызволить… — нахмурился Владыка. Кто в здравом уме из пернатых попробует это сделать? Да никто.

Помимо адских врат, из ада были пути. Например: тиаматы прорывали туннели к поверхности, высшие демоны, которых было не так много, могли телепортироваться на поверхность. И все. Для остальных только адские врата.

— И все-таки Небеса первые начали атаку, — нахмурился Аббадон.

Владыка кивнул. Он бы не выпустил демонов из ада, не будь того уничтожения адских врат возле Стормсвилля, который и вовсе пал от демона и полукровки. Еще одна причина, по которой ему не хотелось убивать Эверлин. Тьма имеет свои оттенки, но, если ты поглощен злом, ненавистью и яростью, это еще не значит, что у тебя отключается возможность думать и контролировать себя. Без хитрости и расчётливости не выжить в аду.

В аду демоны дерутся между собой, но стоит найти цель на поверхности, как они с радостью чуть ли не братаются и идут против людей. Хотя сейчас все изменится. Отделение тиаматов не останется без внимания других демонов. А значит, придется держать удар и в аду. И, возможно, перед другими высшими.

— Надо выйти на поверхность, — сказал Владыка, — расспросить пернатых, что происходит.

— А эта ангел не знает?

— Нет. Это ж сердце города. Их разве посвящают во что-то? — усмехнулся Владыка.

Раздался лязг метала, когда Аббадон призвал доспехи. На спине красовались небольшие металлические отростки, будто вырванные крылья, между которыми покоился огромный меч. В узорах заискрилась лава, растекаясь по витиеватым линиям.

— Всегда готов выйти на свет, — ответил демон.

Владыка оставил меня одну в своей комнате. Я думала, что вернет в гарем, но нет. Переместил он меня и своего сына, но ребёнка тут же унес. Малыш пытался ухватиться за меня, но Владыка отворачивал его.

Это так пугало — чувствовать нечто иное. Будто мир, который был черно-белым, вдруг приобрел краски. Самое большое зло на земле носит на руках ребенка, и видно, что он ему дорог.

А ведь на Небесах со мной никто не дружил… Ангелы позволяли играться с их детьми, но бывало и такое, что уводили их от меня. Будто я прокаженная, а не такая же, как они. Я так отчаянно хотела подружиться, что не замечала — мне не отказывали, но переводили мысли в другое русло. Они прекрасно понимали, что со мной будет, и не хотели лишний раз ранить. Ангелы не хотят другим зла.

— Можно? — в дверь просунулась светлая голова Гезы.

— Да, — я погладила лоб ладонью. Головная боль вернулась, но не была сильной — видимо, Владыка где-то недалеко. А я ведь и в этом завишу от него.

— Мне сказали, что я буду прислуживать тебе, — сказала она, подойдя ко мне.

— А ты не хочешь? Просто Владыка хотел тебя Аббадону отдать, а ты так боялась его, — затараторила я.

Геза лишь слегка отшатнулась от меня, а на лице ее появилась боль, сменившаяся улыбкой. Она и сейчас была полностью закутана в тряпки с ног до головы.

— Нет, все верно. Ты все правильно сказала, не надо меня ему отдавать, — она присела рядом со мной. — Не против?

— Нет, — я покачала головой. — Он тебя обижает?

— Владыка никого из нас не обижал, — ответила она, вперившись взглядом в одну точку. – Он нас даже не особо и хотел узнавать. Просто забирал благодать и все.

— Я не про Владыку, — почему-то обидно стало. Ведь он с ними тут развлекался.

— Аббадон… — начала Геза, но остановилась и начала теребить юбку. Капля упала рядом с пальцами, а она тут же вытерла глаза рукой. — Владыка столько благодати забрал в прошлый раз. А Аббадон…

Значит, Аббадон над ней издевался. Вот и хорошо, что оставила ее при себе. Обняла Гезу, будто сама чувствовала ее боль. Ну, конечно, может, Владыка и не трогает ангелов, но вот его охрана…

Ангел всхлипнула у меня на плече и выпрямилась.

— Тут вообще-то я тебе должна помогать, а меня ты утешаешь, — она улыбнулась печально.

— Да, ничего. Лишь бы тебе легче было.

— Да, я в последнее время плохо себя чувствую, — растеряно сказала Геза. — Так ладно, идем.

Геза завела меня в смежную комнату, там стояла огромная ванна — не меньше, чем купель в гареме.

«Скольких он сюда водил?» — мелькнула мысль.

Сердце ощущало странную боль, неведомую мне раньше. И все сводилось к Владыке. Я будто заглядывала по другую сторону зла, не веря, что может быть по-другому. Но, наверное, все по-другому потому, что я не злю зверя, и узнавать, что будет, если дерну хищника за усы, не хочется. Еще бы придумать, как сбежать. Вряд ли кто из ангелов сунется в ад меня спасать.

Острая боль прострелила виски. Я хваталась руками за воздух и за Гезу, видя панику в ее глазах. Она не могла мне помочь. Владыка ушел далеко.

— Анна! — крикнула она, подхватывая меня.

— Поверхность… — прошептала я. — Прошу на поверхность.

Почувствовала, как Геза коснулась моего лба, убирая волосы.

— Анна, мы не сможем, — прошептала она.

Я уткнулась в ее живот, ощущая, как боль отступала. Понемногу, будто в Гезе было что-то убирающее ее.

— Я так и буду лежать на твоем животе, — улыбнулась я, а вот в глазах Гезы появился такой глубинный страх, что мне стало не по себе. Она убрала руки от меня, коснувшись своего живота чуть выше моей головы.

Геза посмотрела на меня сочувствующе, когда я вновь содрогнулась от боли. Мне хотелось кричать, раздирать голову, добираясь до пульсирующего эпицентра. Хотелось, чтоб владыка вернулся, но еще больше — оказаться вне ада. Я не выдержу без него, в аду. Хочу на поверхность.

— Геза, прошу — на поверхность, — простонала.

Ангел вмиг будто подобралась, хотя ее тоже знатно трясло.

— Анна, потерпи. Владыка вернется и придумает что-нибудь.

— Не выдержу… —

Я вновь содрогнулась — так больно, кажется, это никогда не закончится. Только когда я выйду из ада и вдохну свежий воздух, увижу небо над головой. Я так этого хочу... Я даже знаю, как выйти из ада. Да! Вспышка боли закончилась пониманием.

— Геза, я знаю, как выйти.

— Выйти? — недоуменно спросила она.

— Да, сбежать из ада. На поверхность, на Небеса, где Владыка нас не достанет.

Ангел покачала головой.

— Нам не выбраться. Единственный путь — через адские врата, но там охрана.

— Нет, есть еще выходы. Нам надо добраться до измерения тиаматов.

Геза дернулась, закрыла лицо ладонями и затрясла головой.

— Нет-нет, отсюда нет выхода! Владыка не отпустит. Нельзя сбежать.

Я глубоко вздохнула, глуша боль.

— Можно!

Я поднялась и шатающей походкой двинулась к выходу.

— Анна, стой! Будет хуже. Ты не представляешь себе, каким он может быть монстром! — Геза схватила меня за руку. — Была здесь одна, сбежать вздумала, даже охрану подговорила — не дал уйти. Не выпускал из спальни, пока благодать всю не забрал. Владыка найдет тебя!

— Геза, прошу тебя, идем. Я знаю, что делать.

Голова вновь прояснилась, хотя сердце от рассказа заболело. Он же всех их... Отбирал то, с чем они родились.

— Анна, не делай этого! — она вцепилась в меня. — Не уходи! Ты только хуже сделаешь!

А ведь и правда. Пострадает Геза, пострадает Эверлин. Прям наваждение какое-то.

— Может, есть другой способ тебе помочь? — спросила Геза, когда я приложилась головой к стене.

— Есть, — раздался женский голос.

Голос доносился сверху, показалось, что он всего лишь плод моего воображения, но его слышала и Геза. Ангел нахмурилась, глядя в потолок. Лава медленно текла по жилам ада, освещая комнату.

— Есть способ уйти, — повторил голос.

Он звучало везде, по всей комнате. Дверь резко распахнулась, меня подхватил невидимый вихрь и вытолкнул из комнаты, и дверь резко захлопнулась перед носом Гезы.

— Геза! — крикнула я, пытаясь вырваться.

Меня тащило по коридору. Я выпустила крылья, но их прижал поток. Цеплялась за стены, пальцы скользили по стеклу, по гладким камням. Напор усилился, и меня вынесло из здания. Черно-золотые ворота с громким лязгом захлопнулись, отрезав меня от огромного замка, где остался гарем. Геза. По ярко кровавому небу плыли темные густые облака. Меня вынесло к пропасти, но справа от двери виднелась извилистая тропа, уводящая вниз.

Никого, ни одного демона не встретилось по пути. Где же Владыка? Ужаснулась собственным мыслям. Ведь кроме него, никто не сможет меня спасти. Поток отпустил, и я тут же сорвалась к входу. Подергала огромную перекладину, но сил открыть не было. Мою руку накрыла женская молодая ладонь, приятная на ощупь.

— Пойдем, ангел, — сказала женщина в черном балахоне и капюшоне, накинутом на голову.

— Куда? — хрипло прошептала я, вглядываясь в темноту капюшона.

— Я выведу тебя из ада, — ответила она елейным голосом.

Потянула за собой вниз по склону. Я даже ничего возразить не могла. Да и не хотела. Вскоре все закончится. И больше не будет ни ада, ни Владыки, а я выполню свое предназначение.