1. Новая глава: замужем

Брачная ночь прошла в Дубае. Это были незабываемые моменты наслаждения, я вновь была только его, а он только моим. Как раньше. В его объятиях я не думала о том, что по собственной воле попала в плен востока, выхода из которого даже при большом желании не будет. Не думала о Самире, которая имеет на Азиза точно такие же права, что и я. На свадьбе она выглядела вполне счастливой, будто не её муж женится ещё раз. Я по-прежнему противилась факту двоеженства, но продолжала верить, что наша любовь стерпит все преграды.

Не думала я об Ильнаре, которая назвала меня «stupid Russian plug». Мы ещё посмотрим, кто глупее. И о Дагмане с его странными подарками.

Зато думаю об этом теперь, когда мы в Греции. Походы в храмы, музеи и крепости наскучили. Азиз без остановки что-то рассказывает, а мой мозг автоматически переключается на засевшие глубоко тягостные мысли.

— Эрика?

— А?

— Мне кажется, ты не слушаешь меня. Я говорю, здесь есть ресторанчик восточной кухни. Мы можем поужинать, а потом…

— А потом отправиться в отель и отдохнуть. — Останавливаюсь перед Азизом. Мы держимся за руки, и это чертовски приятно. — Азиз, я не хочу тратить время на шопинг и экскурсии. Там, в твоём доме, я почти не буду видеть тебя.

— Ты не права…

— Мы оба знаем, что права! — завожусь. — Сейчас я не хочу это обсуждать. Но мы оба знаем.

В ресторане мы едим молча. Азиз хмурится, недовольный моим настроением. А я никак не могу взять себя в руки.

Нарушаю молчание, когда нам приносят десерт.

— У меня будет к тебе просьба.

— Конечно.

— Если у тебя возникнет командировка в Россию, возьми меня с собой, чтобы я могла повидать маму.

— Я так и думал сделать.

— Замечательно.

— Ещё что-то? — в его голосе сквозит ирония.

— Обычное любопытство. Какие у тебя отношения со старшим братом?

Он перестаёт жевать. Хватает салфетку и начинает вытирать губы.

— А почему тебя это интересует?

— Пока находишься среди женщин, много всего слышишь, знаешь ли.

— И… что же они такого про меня с Дагманом наговорили?

— Что вы хорошо ладите. А некоторые утверждают, что ему нельзя доверять. Я и хотела узнать у тебя, можно ему верить или нет.

— Дагман — мой брат по отцу. Да, мы ладим, и я ему доверяю. А раз я доверяю, значит и мои жёны могут ему доверять.

«Мои жёны» режет слух. Это всё равно, что поскрести пенопласт прямо над ухом. Отодвигаю тарелку с десертом и заявляю, что наелась. Азиз расплачивается, и мы пешком идём в сторону отеля, взявшись за руки.

Теперь я убедилась в том, что Греция награждена островами, которые являются идеальными островами для влюблённых. Нужно просто обняться и следовать по самым романтичным местам. Здесь можно затеряться в переулках, но при этом получить огромное удовольствие. Идя рядом с Азизом, я слушаю приятный хруст гравия под ногами, любуюсь красным небом и внимаю незнакомые запахи.

За несколько дней, проведённых в Греции, я с лёгкостью назову эту страну Планета Любовь. Впечатляющим зрелищем стало ожидание восхода солнца над вулканом на террасе отеля острова Санторини. Каждый день мы получали новые эмоции. Смотрели, как зачарованные полной луной, на освящённый замок Астипалея и слушали доносящуюся из близлежащих баров тихую греческую музыку. Идиллия!

Мы могли заказать двойной эспрессо, потом стакан сока, затем омлет в кафе-баре на площади Хоры в Фолегандросе. Азиз выбрал невероятную страну для медового месяца. Признаться, сначала я была против. Но не теперь.

Если бы не посторонние мысли, которые к концу нашего путешествия, начинали душить, я бы стала самой счастливой женщиной на планете.

Мы заходим в номер отеля, и я тут же обнимаю Азиза.

— Прости меня за сегодняшнее поведение. Когда я ревную, становлюсь несносной.

— Да уж… — соглашается мой муж. — Не понимаю только одного: почему ты заговорила о моём брате?

Азиз просёк фальшь в моём голосе и заподозрил неладное. Может, самое время признаться? Так моя совесть будет чище, и груз с души упадёт. Он — мой муж, родной человек. Азиз подскажет, как мне поступить.

Убедив себя в положительном исходе, я отхожу к дивану.

— Перед свадьбой произошло кое-что странное. Возможно, по глупости я доверилась жёнам Дагмана. Пойми, Азиз, мне трудно. Потому что я не знаю, как правильно поступить, боюсь ошибиться. Женщины со всех сторон кричат — тому верь, а тому не верь. В итоге, получается, вообще никому верить нельзя или можно верить всем. Я выбрала второе, а теперь не знаю, что делать.

Азиз настороженно смотрит на меня, его брови сошлись к переносице и во взгляде сквозит холод.

— Не ходи вокруг да около.

— Дагман прислал за мной своих жён. В общем… — ищу подходящие слова. — Он сделал мне предсвадебный подарок. Его жёны при этом присутствовали. Он пожелал нам с тобой счастья и сказал, что этот подарок — его одобрение.

— Одобрение? — Азиз искренне удивлён.

— Да! Ильнара утверждала, что он всем жёнам его братьев дарит подарки.

— И?

— Что «и»? Меня смутило то, что он просил не говорить никому. Мол, это неофициальный дар.

— Что было в подарке?

— З… — спотыкаюсь на слоге, потому что Азиз приближается, и его вид слегка пугает. — Золото, ещё что-то… не помню.

— Что ещё?

— Не помню! Я убрала всё обратно в пакет и… до сих пор не трогала.

— Что ещё там было? — настаивает Азиз и, кажется, он злится.

Я пячусь от него, но за спиной стена, и я врезаюсь в неё.

— Ароматизированное масло.

— Ещё?

— Азиз, я…

— Эрика! Я хочу знать!

— Алмазы. Четыре штуки.

Секундное замешательство, потом вижу, как поднимается его рука и с размаху ударяется о стену в миллиметре от моего лица. Я крепко зажмурила глаза. Что это с ним?

— Зачем ты приняла этот подарок?

— Я объясняла. Не хотела проявить неуважение… Чёрт, ты меня пугаешь.

— Нет чёрта, Эрика! Есть Аллах! Аллах! Упоминай его имя, если хочется показать эмоции! — сдержанно, но грозно твердит Азиз. — И запомни, — стиснув зубы, цедит он, при этом сжав мои щёки двумя пальцами, — никогда, слышишь, никогда не принимай подарки от мужчин. Будь они десять раз моими братьями. Поняла?

Киваю, испуганно глядя в его разъярённые глаза.

— Отлично, — он расслабляется, отпускает меня.

Спустя время он покидает номер, сказав, что хочет прогуляться. Он берёт с собой телефон. И я знаю, кому он собирается звонить.

Кажется, в скором времени у меня появятся враги.