6. Едем, но все вместе

На обед в воскресенье подают рагу из нута, плов и табуле со спаржей. Сегодня вся семья в сборе. Я сижу рядом с мамой и чувствую прилив счастья. Наконец, мы с мамой перестали ссориться и, кажется, сблизились за эти дни.

— Вам понравилось у нас? — вежливо интересуется Тавфик. В его левой руке чётки, с которыми он никогда не расстаётся.

Азиз выступает в роли переводчика, облегчив мне, тем самым, обед.

— Здесь очень красиво, — отвечает мама. — Но хорошего понемногу. Утром самолёт, вернусь к повседневным делам. Андрюшка школу пропустил, наверстывать будет.

Тавфик улыбается.

— Да, дети — это наша работа. Воспитание — длительный и не всегда гладкий процесс. Андрей, никогда не огорчай мать. Ты защитником растёшь.

Мой брат смущённо кивает, затем снова ныряет вилкой в плов.

И тут я ловлю долгожданный момент. Обращаюсь к Азизу, но потенциально адресую вопрос и Тавфику.

— Не знаю, одобришь ты или нет, но я хотела бы поехать в Москву с мамой.

— Мы подумали и решили, что Эрика могла бы остаться на Новый год в родном городе, — подхватывает мама. — Если тебя работа не держит, то можешь тоже приехать.

Это приглашение легло бальзамом мне на душу. Приятно, что мама изменила мнение о моём муже после долгого и бурного сопротивления.

Азиз застывает с вилкой в руке. Жир придаёт блеска его красивым губам.

— Почему бы и нет? Но, — он смотрит на отца, который внимательно слушает сына, — поедем все вместе.

— Все вместе? — не удерживаюсь от вопроса.

— Это значит, что я тоже поеду в Москву? — чуть ли не подпрыгивает на стуле Самира.

Мы с Таисией обмениваемся взглядами. Вид у нас сделался недовольный.

— Да. Только так или никак, — отвечает Азиз, пряча глаза в тарелке.

Самира? Эта грязная женщина поедет в мою Москву??? Хочется закричать: кто угодно, но только не она! Мама хлопает меня по руке и улыбается.

— Мы будем рады гостям, Азиз.

На следующее утро я, Азиз и Самира улетаем с мамой в Россию. Там Азиз находит коттедж в элитном районе, куда мы заселяемся. Я не тороплюсь выводить Самиру на чистую воду. Всему своё время. Возможно, на моей территории это будет гораздо проще сделать.

А пока приходится выслушивать рассказы о том, как развивается малыш и как ей плохо: спина болит, тошнит, ребёнок бурно шевелится, ноги отекают и тому подобное, мне не интересное.

Я встречаюсь с отцом и его женой. Естественно, он выпрашивает у Азиза денег, и тот, добрая душа, выписывает папе чек на хорошую сумму. К счастью, Лина вовремя перехватывает его и кладёт в свою сумочку. Папочке не удастся потратить эти деньги впустую.

Своих друзей Ладу и Анжелику я давно потеряла, да и нет желания с ними общаться. Как-то встретила Антона, друга моего бывшего, и тот не сообщил ничего нового. Данил работает в баре, цепляет красоток почти каждый день и бухает. У меня сложилось впечатление, что я его больше не интересую. И это прекрасно!

Каждую ночь я прихожу к Азизу, и мы подолгу беседуем о будущем. Я часто мечтаю, и в моих мечтах нет Самиры. Замечает ли это Азиз, я не знаю. Но приятно слышать его участие. А он всё время рассказывает, что хочет дочку, похожую на меня. И ни разу в разговоре не упоминает сына Самиры.

Так проходит два месяца, близится Новый год. За окнами хлопьями валит снег, город украшают разноцветными гирляндами, ёлочками и ледяными фигурами. Самира, которая в жизни не видела снега, визжит от счастья. Я терпеливо ей улыбаюсь.

— Я научила бы тебя играть в снежки, да живот тебя в сугроб унесёт, — едко, но с улыбкой говорю я.

— Снег такой белый! — восклицает она. — Вот бы девочки увидели!

Да не приведи Аллах! Закатываю глаза и ухожу.

На выходных мы с мамой едем покупать подарки. Азиз из-за религии не очень приветствует празднование Нового года. Например, ёлку не разрешил в доме поставить, но от подарков не отказался.

Домой возвращаюсь уставшая и довольная. Вместо абайи шуба. Вместо платка пушистая шапка. Я чувствую себя в своей тарелке. А ещё мне спокойно живётся без Дагмана.

— И что вы делаете на Новый год? — спрашивает Самира, помогая отнести пакеты с подарками наверх.

— Готовим оливье, жареную курочку с картошкой, пьём шампанское и едим мандарины!

Девушка морщится.

Я меняю тему разговора.

— Когда тебе рожать? Разве ты не хотела бы родить в Эмиратах?

— Я хочу рожать рядом с мужем, Эрика. Врач сказал, что я рожу в конце декабря. А вообще, когда ребёночек попросится, тогда и рожу.

Я была бы рада, если бы она отправилась назад домой и рожала бы своему Дагману.

Вечером того же дня после ужина мы втроём сидим в гостиной. По телевизору идёт интересная передача, которую понимаем только я и Азиз, а Самира от скуки обозревает все сайты на своём телефоне.

Внезапно Азиз отрывает взгляд от экрана телевизора и говорит, обращаясь к Самире:

— Завтра тебе не будет скучно.

— А что будет завтра? — настораживаюсь.

— Завтра в Москву приедут Дагман и Адиль с жёнами.

Новость шандарахнула, словно удачно брошенный булыжник, оглушив, заставив рассудок на мгновение помутиться.

Вот и пришёл моему спокойствию конец. И пока Самира пищит от радости, я прикидываю, где буду прятаться от Дагмана.