Глава 9

Ивар всегда уходил мыться подальше от Северной Ведьмы, в дальнюю купальню. Боялся, что она пойдёт всё-таки исследовать замок, и случайно столкнётся с ним. Да, она его не видела, хотя последнее время зрение и начало постепенно возвращаться к ней, но он-то её очень даже. Ивару не хотелось, чтобы Анника застала его обнажённым. Тем более, если она решит его потрогать, как тогда. Он не святой, и никогда не пытался святым казаться.

Горячий источник, идущий глубоко под землёй, подчинил кто-то из его предков. Отец рассказывал, кто именно, но в те годы это казалось Ивару незначительной ерундой, а теперь уже и не спросишь. Дядюшка постарался. Но как бы то ни было, несмотря на нескончаемую вьюгу за окном, у него была вполне горячая вода, которая приятно согревала кожу.

И помогала думать. Рано или поздно к Аннике вернётся зрение. Окончательно вернётся. И хорошо если это произойдёт здесь, пока они заперты. Тогда у него будет шанс договориться с нею. А если по дороге из долины?.. Немёртвые волки всё ещё там, рыщут в поисках добычи. Он хорошо знал Ильмера. Эта тварь не отзовёт свою нежить, пока та не найдёт добычу. А значит, никак нельзя им быть в ссоре. Иначе не отобьются. И ради чего тогда всё это было?

Ивар наклонился, зачерпнув ковшом побольше горячей воды из каменной купальни, и вылил воду на волосы, чуть развернувшись. И услышал знакомый голос раньше, чем открыл глаза, отряхнувшись от воды:

— Ты!..

Ивар мрачно выругался.

— Проклятье! Анника, ну неужели нельзя было подождать меня в зале, и не делать эту сцену ещё более неловкой⁈

Он не смущался своей наготы, даже не сел в воду, просто развернулся к ней, мрачно глядя в яркие, как раньше, зелёные глаза.

— Это всё, что тебя смущает, Ивар? — зло выплюнула она. — Или мне продолжать звать тебя Волком⁈

— Ты знала, что я не просто так умолчал своё имя, — ответил он устало. — Поэтому, будь добра, выйди. Оденусь — поговорим.

— Как удобно, когда я никуда отсюда не денусь, правда? — снова рычание. Дикая кошка, а не Ведьма. — И у меня нет выбора, говорить с тобой, или хорошенько врезать.

— Да, удобно, — согласился он. — А теперь — выйди, женщина!

Вместо того, чтобы смутиться или хотя бы обиженно выбежать, Анника напротив замерла, практически ощупала его фигуру взглядом, разочарованно остановившись там, где вода скрывала его тело, и очень медленно, степенно вышла. Невозможная женщина!

Ивар чувствовал облегчение, на самом деле. Да, эта сцена действительно стала ещё более нелепой, чем он представлял, но какая разница? Главное, он больше не лжец. И Анника не бросилась выцарапывать ему глаза. Значит, договорятся. Так или иначе. Особенно если она больше не будет вламываться в купальни, когда он здесь.

Ивар многое бы отдал за то, чтобы узнать, о чём она думала в этот момент. Но кроме Анники никто ему не мог рассказать, а её он спрашивать не собирался. Насухо вытерся, надел свежее бельё, штаны и рубаху, влез в башмаки, и вышел. Где Северная Ведьма будет его ждать, они не договаривались, но Ивар сомневался, что она будет играть в прятки.

Его вывела на Аннику стрекотня камина. Ведьма не церемонилась, вела себя так, словно она дома, и Ивару это даже нравилось. Она сама разожгла один из малых каминов возле окна в ближайшем к купальне зале, нашла волчью шкуру, чтобы в неё укутаться, и уселась на подоконник, тоскливо глядя сквозь заснеженное окно. Ноги только остались босые. Дурная девка, только оправилась от ран и кашля, и хочет, чтобы здоровье снова дало о себе знать⁈

Ивар приблизился к ней, и зелёные глаза тут же впились в него.

— Зачем босиком? Заболеешь же, — вырвалось у Ивара первым делом. Хотя Анника явно ждала совсем не этих слов.

— Здесь тепло, — вяло огрызнулась она. — Я об этом позаботилась. Ты понимаешь, что натворил, Каэрхен? Волчонок вожака!

— Мёртв вожак, — тяжело вздохнул Ивар. — Я думаю, ты уже сообразила… о ком я тебе рассказывал.

— Король мёртв — да здравствует король! — она скривила губы. — И боюсь, им будешь не ты, а Ильмер Алый. И он затопит кровью не только горы, но и низины. Не остановится на наших пустошах.

— Так у вас зовут дядюшку Ильмера? — хмыкнул Ивар, подойдя ближе. Анника не шелохнулась. — За что же?

— За то, что, если он где появляется, там всегда текут реки крови, — она передёрнула плечами. — Ты понимаешь, что ты натворил, или тебе плевать, Ивар? — Анника свесила босые ноги с подоконника, словно дразня его — касаясь ими камня, а не ковра.

— Я понимаю, что, если бы назвался тебе с самого начала, ты не дала бы мне поставить себя на ноги. Так что я ни о чём не жалею, и поступил бы точно также, повернись время вспять, — честно ответил Ивар, и подошёл ближе.

Потом снял эту невозможную женщину с подоконника, под её ругательства и вялые попытки ударить его по плечам, и поставил на тёплую шкуру, недалеко от камина.

— Что ты творишь, бессовестн… — Анника не договорила. Он не дал, сделав то, о чём мечтал последние… недели? Точно не месяцы. А, плевать. Он впился в мягкие губы поцелуем, ожидая пощёчины.

Но Анника лишь положила свои ладони на его плечи, ближе к локтю, и открыла рот навстречу. Его Ведьма.