Глава 23.1

Ивар Каэрхен

Ивар не вмешивался в похороны предателей. Помочь он ничем уже не мог, а горе каждый переживает в одиночестве. Но он всерьёз принял желание ярла поставить его во главе объединённого войска.

Потому бродил среди воинов Анники, и спрашивал. Кто чем славен, что умеет. Конечно, куда лучше в бою сработаться, чем полагаться на слова, но у них такой возможности не было. Воины дядюшки никогда не спят, а значит на счету каждый час, если не каждый миг. И прижать Ильмера лучше, пока не стемнело.

Ночь — время некромантов. Всегда была, и всегда будет, как бы Холле ни оберегала свой народ. Ивар отмечал, что может дружина Хальстейна. Некоторых — узнавал в лицо, и тогда указывал им на ошибки. Если помнил.

Но когда по его зову пришли Волки, он остановился на полуслове, и замер, чувствуя, как натянулась нить, прокинутая Холле от верховного короля, коим он стал со смертью отца, и его воинами. Ниточек было множество. Каждая присяга, каждый, кто верил ему и готов был пойти с ним на битву.

Сейчас, когда они откликнулись, Ивар чувствовал: не меньше трети или погибло, или ушло под власть Ильмера. Он надеялся, что предателей среди них не было, но вполне допускал, что Ильмер мог найти такую угрозу, которая испугает даже самого верного Волка. Легко смеяться в лицо опасности, когда под угрозой ты сам. Почти невозможно — когда погибнуть могут родители или дети.

Волки двигались группками по пять-шесть человек, и ступали осторожно, то и дело оглядываясь. В их положении ожидать ловушку было разумно, так что Ивар громко произнёс:

— Волки, ваш вожак жив! Не сбросить Ильмеру короны с головы настоящего короля!

Впрочем, их это убедило не до конца. На некоторых хмурых лицах появились слабые, неуверенные улыбки, но большинство не растеряли настороженности, и подходили к лагерю Хальстейна не слишком уверенно.

Сверр, явно бывший голосом ярла, когда не могла говорить за него Анника, произнёс:

— Мы на одной стороне нынче, Волки Каэрхена. Ильмер Алый должен отправиться туда, откуда не возвращаются.

Только после этих слов Волки собрались в боевой порядок, и вперёд них вышел Ньял. Старый друг дождался! Ивар решил, что это к удаче. Холле на их стороне, вот и всё.

— Если ты в самом деле Ивар, король наш, то расскажи, отчего чуть не умер, когда мы детьми были?

— Под лёд свалился, а ты меня вытащил. Только волею Волка и выжили оба, — легко ответил Ивар. — Неужто дядюшка пытался подсунуть нежить, что нацепила моё лицо?

— Погань Ильмер, а не дядюшка тебе, — скривился Ньял. — Пытался, но без твоей крови подделка вышла не слишком убедительная. Я… — он отвёл взгляд, и из-за спины Ивара вышла Анника.

— Ты боялся, что с той поры Ильмеру убить удалось. Нет, ему не повезло, — она криво усмехнулась.

— Северная Ведьма на нашей стороне? Ну, тогда, быть может, что и сдюжим избавить мир от погани, — Ньяр ухмыльнулся, огладив чёрную густую бороду. — Огонь от твоих чар добрый, предателю-смертелюбу в самый раз.