Глава 27

Я ждала самого худшего в тот вечер. Просто понимала, что как бы Дамир не проявил свой гнев — я его заслужила полностью. Просто, как дура, доверилась сестре, которая уже однажды подставила меня. Понадеялась, что таким она точно шутить не будет. А в итоге? Если бы я только знала, насколько важны те документы, что именно они доказывают страшное преступление, которое тот человек, Змей, совершил… Даже под дулом пистолета не понесла бы эту проклятую папку ему.

Испугалась. Не поверила человеку, который несмотря на то, что похитил меня, все равно предоставил защиту и кров. Это только после я поняла, что Дамир сделал для меня куда больше, чем та же Жанна… Но, как всегда говорила мама Зоя — локоть близко, а не укусишь. Поэтому я готова была принять любое наказание, хоть и боялась этого безумно.

А Зверь… Он наказывал меня не самым унизительным способом — просто порол ремнем по заднице, как провинившуюся девчонку. Каждый день ровно в восемь вечера я должна была прийти в кабинет и принести ему ремень, которым он будет меня пороть, снять белье и считать каждый удар. Всего десять, но собьешься — и все начнется сначала.

Было больно до слез, но… я знала, что даже слишком легко отделалась. А еще знала, что у Дамира тяжелая рука и что бьет он гораздо сильнее. Но меня он жалел, наверное. Потому что ни следов, ни тем более кровоподтеков и синяков не оставалось. Только сидеть было немного больно и сама ситуация была не слишком приятной. За ворота меня и правда больше не выпускали, а о работе в школе я даже боялась говорить, чтобы не злить Дамира. Хорошо, что он позволял хотя бы гулять и разрешил приезжать в гости маме Зое.

Сегодня был особенный день. Я нарядилась с самого утра — приятное кремовое платье до колена, нитка старых жемчужных бус на шее, пластмассовый смешной ободок с тремя божьими коровками и два колечка на пальцах. Обручальных. На душе тоскливо до сумасшествия и есть совсем не хочется, но спуститься нужно.

В столовой я появилась первой. Мы с Дамиром спали в разных спальнях, он лишь вечером приходил ко мне. Я знала, что он все еще не смог простить меня и это тяготило. Как заслужить его прощение после того, что я сделала? Как показать ему, что я раскаиваюсь, что хочу все изменить? Я боялась за него, ужасно, до дрожи. Особенно когда он возвращался вечерами со стесанными в кровь кулаками, синяками и кровоподтеками. Бросалась к нему, но он неизменно игнорировал меня и закрывался в своем кабинете.

Не простил. Да я сама себя простить не могу за то, что сделала…

Я так задумалась, что пропустила момент, когда Дамир появился в столовой. Удивленно поднял брови, взглянув на меня, и занял свое место.

— Не замечал в тебе тяги к дешевым цацкам, — прокомментировал он, наливая в чашку кофе.

— Это не дешевые цацки, — нахмурилась я.

— Да эта хрень и сотки рублей не стоит! — рассмеялся он, — Пластмассовый ободок. Ты в детском отделе купила что ли?

— Это подарок папы, — сжала я зубы.

— Я серьезно, Марин. Мне это не нравится. Даже если подарок папы. Сними. Если хочешь, я закажу для тебя подходящий. Моя женщина не должна ходить в подобной дряни, — произнес Дамир, глядя на меня излишне серьезно.

Хотела возразить, но только сглотнула горький комок и опустила глаза в тарелку. Молча сняла с себя все украшения, чтобы просто не злить лишний раз и без того нервного мужчину. Лучше так, чем еще плюс десять ударов по утрам.

******

Дамира нет практически весь день, но к ужину он возвращается. Неизменно. Даже если после у него намечены дела, ужинает он всегда со мной. В этот раз я даже не успеваю мимо него пройти: едва подхожу к столу, как Зверь хватает меня и прижимает к себе.

— У тебя сегодня день рождения. Весь день ломал голову, а надо было просто взглянуть в твой паспорт, — хмыкнул он. — Так почему ты не сказала, что сегодня праздник?

— Сегодня нет праздника. Я уже давно не отмечаю свой день рождения, — я усиленно прячу глаза, но Дамир мягким касанием поворачивает мое лицо к себе и заглядывает в глаза.

— Почему?

— В этот день отец погиб в аварии.

Снова ожидаю насмешек, но Дамир моментально посерьезнел.

— Почему ты не сказала?

— Разве это важно?

— Важно. Хочу выпить за покой его души, — сказал он без тени улыбки.

Я буквально немею от его слов. Просто застыла неподвижно посреди комнаты и отстраненно наблюдала за тем, как Дамир приносит водку и ставит на стол одну-единственную стопку. Наливает, осушает ее до дна. На автомате я потянулась к ней, чтобы выпить следом — как обычно делают по традиции, но Дамир отрицательно покачал головой.

— Тебе не стоит пить. Я думаю, твой папа не обидится за тебя на это, — сказал он, вручая мне вместо стопки стакан со свежевыжатым яблочным соком.

Я делаю маленький глоток, но он буквально встает комом у меня в горле, вместе со слезами. Поспешно отставляю стакан и смотрю на Дамира потерянным взглядом.

— Это его подарки?

— Да… — отвечаю коротко и после паузы поясняю, — Эти бусы мамины, папа всегда их хранил отдельно. Даже маме Зое не подарил, так они и лежали они всегда в коробочке далеко на антресолях. Кольца тоже их обручальные. Мама умерла очень рано и отец… он всегда хранил ее кольцо.

Дамир проводит пальцем по двум обручальным колечкам у меня на пальце, мягко сжимает мою ладонь.

— Это все, что от него осталось? — спрашивает негромко.

— Да.

— Интересно, ты бы хранила мое кольцо, если бы я вдруг погиб? — интересуется он тихо, глядя в мои глаза. 1439f7c

В этот момент меня пробирает до костей. Смотрю на него испуганно, неосознанно сжимая рубашку Дамира в кулаке, и хрипло прошу:

— Не говори так.

— Ну а если? Всякое бывает, Марина, такова жизнь, — легко пожимает Дамир плечами, а потом беззаботно улыбается, — Впрочем, неважно. Забудь.

Я отчаянно цепляюсь за него. Происходящее просто сводит меня с ума и я едва слышно выдыхаю:

— Да. Конечно да.

Чувствую, как слезы подкатывают к горлу и поспешно отворачиваюсь. Воспоминания о погибших родителях всегда бередили душу в дни их памяти, еще и этот страшный вопрос. Я вдруг поняла, что совсем к нему не готова, а еще… что это действительно может случиться. А я совсем, совсем никак не могу Дамиру помочь, наоборот, только навредила тем, что украла папку… Не выдержав, я разрыдалась, как маленькая девчонка, пряча лицо в ладонях. Некоторые ошибки никак не исправить, как ни старайся…

И совсем я не ожидала, что Дамир подойдет, поднимет меня на руки и просто прижмет к своей груди. Молча заключит в крепкие объятия, отнесет меня в постель и будет гладить по волосам, успокаивая мягкими поцелуями, пока я не засну.

Впервые за все это время в его объятиях.