Глава 6

На дачу к Костику выехали после полудня.

Все утро, как и вечер накануне, мы с Сашей едва разговаривали. Похоже, он был зол и обижен на меня не меньше, чем я на него, и ждал от меня первого шага к примирению. Но я этого делать не спешила: во-первых, еще никак не могла разобраться в себе, а во-вторых, этот холодок в отношениях «защищал» меня от нежеланной близости с Сашей. Да уж… Никогда не думала, что так отчаянно буду избегать того, что в моем списке счастья стояло чуть ли не на первом месте.

Правда, было еще и «в-третьих»… Время от времени мои мысли улетали к моему нечаянному знакомому и тем часам, что мы провели вместе в кафе. Я даже уличила минутку и заглянула в книги, которые он мне дал. Немного удивило, что странички с текстами для перевода были исчерканы и исписаны пометками как на русском, так и английском. Возможно, Илья уже просил кого-то о помощи? Или сам пытался? Хотя, последнее навряд ли… Ведь он же говорил, что плохо знает английский.

– Зачем ты взяла с собой эти книги? – недовольно проговорил Саша, на мгновение отрывая взгляд от дороги.

– Срочный заказ, – соврала я. – Решила просмотреть, пока мы едем…

– Я же сказал, чтобы ты до конца недели не работала, – поморщился Саша. – Даже клиентов твоих предупредил. Что за самодеятельность?

Ну вот, опять начинает контролировать каждое мое действие!

– А можно я сама буду решать, когда мне начинать работать? – с вызовом отозвалась я. – Тем более мое самочувствие уже в норме.

Саша бросил на меня гневный взгляд, но промолчал. Лишь стиснул зубы и уставился перед собой. Я же демонстративно вернулась к изучению английского текста.

– Прости, что не звонила тебе! – кинулась мне на шею Машка, как только я вышла из машины. – Вернее, когда ты попала в больницу, я звонила, но твой телефон не работал. Тогда я связалась с Сашей, и он сказал тебя пока не беспокоить. А потом мне надо было срочно уехать к родителям, я забегалась и…

– Ничего, все нормально, – я прервала поток ее слов и крепко обняла. Ох, как же мне не хватало ее все это время…

– Ты какая-то бледная и напряженная, – понизив голос, заметила подруга. – У тебя точно все хорошо?

– Ну да…– я неопределенно пожала плечами.

– И с Романовым все в порядке? – она показала взглядом на Сашу, который стоял по другую сторону машины.

– И с ним тоже…– после некоторой паузы ответила я.

– Это хорошо. Потому что у меня для тебя не очень приятная новость, – Маша принялась покусывать нижнюю губу, что говорило о крайней степени нервозности.

– Что случилось? – осторожно спросила я.

– Бывшая Саши тоже здесь…

Я, недоумевая, покосилась на подругу:

– В смысле?

– Полина вернулась из Германии, – уже почти шептала Машка. – Не знаю, какого черта ее пригласил сюда Костик…

Полина… Полина… Я начала лихорадочно вспоминать, кто такая Полина и была ли она в моем мире. Оказалась, была. Когда я увидела ее, идущую нам навстречу с милой улыбкой, мое сердце болезненно сжалось. В своем мире я так старательно пыталась не принимать во внимание эту особу, даже имя ее не желала запоминать. Мне казалось, если я сделаю вид, что ее не существует, то она на самом деле исчезнет. Так и была она для меня безликой и безымянной. Безымянной невестой «моего» Саши. И где-то в другой Вселенной она уже стала его женой…

Значит, Полина.

Я перевела взгляд на Сашу, и меня охватила знакомая паника: тот смотрел на Полину глазами, полными света и радости. Точно так же, как на своей же свадьбе в другом мире…

– Спокойно, – ладонь Маши ободряюще стиснула мою. – Это еще ничего не значит…

Между тем Полина поравнялась с Сашей. Она легким движением перебросила на одно плечо тугую русую косу и протянула ему руку:

– Привет… Давно не виделись…

– Привет… – Тот взял ее руку в обе ладони и сжал чуть крепче, чем того следовало.

– Подойди к ним, – шепнула мне на ухо Маша. – Покажи, кто здесь его девушка… Пусть знает…

– Не хочу,– я услышала свой твердый голос будто со стороны, и удивилась этим словам не меньше Маши, которая воззрилась на меня ошеломленным взглядом.

Но развить тему у нее не получилось, поскольку объявился сам хозяин дачи.

– Вы, как всегда, последние! – Костик хлопнул Сашу по плечу, после чего подбежал ко мне, крепко обняв: – Катя, как же мы давно не виделись!

Смею предположить, с этим Костиком здешняя я тоже когда-то встречалась, но, похоже, расстались мы на более дружеской ноте, чем в моем мире.

– И чего ей в Германии не сиделось? Вроде уехала туда с концами, карьеру строить… Нет же, вернулась…– продолжила ворчать Маша, когда мы остались с ней одни на веранде, вызвавшись накрыть на стол, пока остальные возились с шашлыками и барбекю. При этом подруга настороженно поглядывала на меня, пытаясь распознать мои эмоции.

Я же словно в ступор впала, чувствуя, как все внутри застыло и заледенело. Страх неизбежного и одновременно несбыточного, который я испытывала в своем мире, настиг меня вновь, сковывая разум и движения. Правда, было еще что-то, новое и непонятное, которое пыталось прорваться сквозь возникшую ледяную броню застарелого страха. Но это «что-то», как и все неизвестное, пугало еще больше, вызывая отторжение, и я всячески старалась не обращать на него внимание.

– Саша ведь любил ее, да? – хрипло проговорила я.

– Какая разница, что было раньше? Главное, что сейчас он любит тебя, – с нажимом отозвалась Маша. – Ты добилась того, чего хотела…

Добилась чего хотела…

Теперь многое становилось понятным. Саша когда-то любил Полину, как любил ее и в моем мире. Однако здесь они почему-то расстались, возможно, из-за ее отъезда… И Саша наконец обратил внимание на меня. Только вот вопрос: полюбил ли?

– Кать…– Маша подошла ко мне ближе и приобняла за плечи. – Ты не расстраивайся из-за этой грымзы… Ты же помнишь, какая она зануда? Все ей не то, да не так… И шутки ей не смешные, и еда не такая, как она привыкла есть… Сейчас увидишь, как она нос от Костиных вкуснющих шашлыков воротить будет…

– Саша тоже не будет их есть…– вздохнула я и, не выдержав, вдруг надрывно засмеялась.

– Ты чего? – Маша посмотрела на меня с тревогой.

– И шутки ему будут несмешными… И целоваться он не любит…– продолжала я сквозь смех.

– Катя. – Подруга развернула меня к себе лицом и легонько встряхнула за плечи, пытаясь привести в чувство. – Да что с тобой? У вас с Сашей точно все в порядке?

– Нет, – внезапно выпалила я, мой истеричный смех прекратился так же резко, как и начался.

– Я так и знала…– расстроенно пробормотала Маша, отпуская меня. – Я сразу заметила, что что-то не то… С самого начала, только вы сошлись… Ты изменилась… У тебя взгляд потух… Ты всегда так хотела быть с ним, и вот – получила что хотела, но… Ты ни разу за эти три месяца не выглядела счастливой… Отдалилась ото всех, даже от меня… Почему?

Значит, здешняя Катя тоже чувствовала себя неуютно рядом с Сашей? Ей тоже было плохо, но она боялась в этом признаться?

– Ты разочаровалась в Саше? – Маша всегда отличалась проницательностью, и сейчас точно облекла в слова истинную причину моих страданий. Причину, которую я сама не могла понять. – Ты ожидала от этих отношений чего-то другого?

Я кивнула и быстро смахнула предательскую слезу, готовую вот-вот скатиться по щеке.

– Дурочка, – Маша притянула меня к себе и обняла. – Я же тебе всегда говорила, что вы с Романовым слишком разные… Но ты не хотела мне верить. Да, он по-своему хороший парень, но не для тебя… А ты все талдычила: люблю да люблю, все стерплю… Стерпела?

– Я пыталась, – сдавленно отозвалась я, прижимаясь щекой к ее плечу.

В этот миг, поглощенная эмоциями, я забыла, что нахожусь не в своем мире. Мне даже начало казаться, что все это чувствую и говорю не я, а настоящая, здешняя Катя. Будто сейчас у нас с ней было одно сознание на двоих…

– Пыталась она…– подруга со вздохом погладила меня по спине. – И что теперь делать думаешь?

– Не знаю…

– Ладно, – вдруг спохватилась Маша. – Вон уже наши идут… Давай вытирай слезы и улыбайся. Назло Саше и этой… Полине. Потом еще поговорим…

Назло… Мое любимое «назло» в этот раз обрело противоположную направленность, что вызвало у меня горькую усмешку.

На веранду ввалилась шумная компания во главе с Костиком, который торжественно нес букет из шампуров с истекающими соком ароматными шашлыками. Саша следовал позади всех, а рядом с ним семенила Полина. Моя верная подруга тоже заметила эту сладкую парочку и, потянув Сашу за рукав, нарочито громко и весело принялась командовать:

– Романов, твое место вон там, рядом с Катей. Не забывай, что ты приехал с девушкой… Остальные тоже рассаживаемся побыстрее, пока не остыли шашлыки… Давайте-давайте… Уж очень кушать хочется…

– Я буду только рыбу, – сообщила Полина, когда Костя собрался вручить ей шампур.

Она села как раз напротив нас с Сашей и от меня не укрылось, как в ее травянисто-зеленых глазах промелькнуло едва уловимое отвращение.

– Я тоже только рыбу, – поспешил вставить Саша, взглядом показывая на блюдо с зажаренной на гриле форелью.

– Ты тоже не будешь мяса? – разочарованно поинтересовался у меня хозяин мероприятия.

– Почему? Буду! – я сама забрала у засиявшего Костика шашлык, попутно отмечая, как вытягивается лицо Саши.

– Катя! – попытался одернуть он меня. – Мы же догово…

– Мало ли о чем мы договаривались, – небрежно пожала я плечами. – Сегодня я буду есть то, что хочу. А хочу я мяса… Тем более такие шашлыки, как готовит Костик, я больше нигде не попробую… – и с наслаждением вонзила зубы в румяный кусочек.

– Ладно, – тихо процедил Саша и тут же глянул на Полину.

Та в ответ одарила его полным сочувствия и понимания взглядом, отчего захотелось запустить в нее чем-нибудь повесомее. Но этот порыв, как и многие другие, остался лишь в моих мыслях, внешне же я спокойно выдержала короткий безмолвный диалог этих двоих, сконцентрировав все внимание на шашлыке.

Вот уж правда – два сапога пара…

Насытившись и порядком охмелев, вся компания переместилась с веранды на зеленую лужайку за домом, где, условно разбившись на две команды, принялись играть в волейбол. Хоть я и любила эту игру, но оказавшись в команде с Полиной и Сашей, потеряла к ней всякий интерес. Поэтому, сыграв лишь одну партию, сослалась на усталость и покинула поле. Костя, который, казалось, больше беспокоился о моем самочувствии, чем Саша, отвел меня к гамаку, растянутому в тенечке старых приземистых яблонь. Я не стала отказываться от такого отдыха и с радостью погрузила свое тело в подвесное ложе…

Теплый майский день потихонечку угасал, воздух, чистый, полностью лишенный городского смога, наполненный влажной свежестью и ароматами леса неподалеку, расслаблял, даря умиротворение даже такой мятежной душе как моя. И я, убаюканная мерным покачиванием гамака, погрузилась в дрему.

Вначале сон был беззаботным и воздушным, похожим на легкое кружево, но через некоторое время краски в нем стали сгущаться, а сквозь клубы дымного тумана проступать очертания знакомых людей и событий, болезненно пережитых мною не так давно…

…Вот я вновь на свадьбе Саши, пробираюсь к нему через гудящую толпу гостей все с тем же отчаянным желанием – признаться наконец в своих чувствах. Вижу его спину, которая, как бы я ни продвигалась вперед, оставалась от меня все так же далека. Вижу рядом с Сашей Полину в белом платье; она держит его под руку и льнет к нему почти всем телом.

Понимая всю тщетность своих попыток дотянуться до любимого, я в отчаянии окликаю его по имени. Он оборачивается почти сразу, но смотрит немного растерянно, словно пытаясь припомнить, кто я такая.

– Катя? – наконец неуверенно произносит Саша, и тут же его взгляд гаснет, а с губ срывается вздох не то сожаления, не то раздражения: – Извини…

Мое отвергнутое сердце взрывается от боли, перед глазами все плывет, а через мгновение я оказываюсь уже на скамейке у ЗАГСа и слышу знакомый старческий голос:

– Видишь, он встретил свою судьбу. И это не ты…

Я порывисто оборачиваюсь к Карлу Генриховичу, как и прежде собираясь сказать, что не верю в судьбу, но замираю на полуслове: на месте старика сидит Илья.

– Пирожное? – улыбается он и протягивает мне неизвестно откуда взявшееся блюдце с кусочком шоколадного бисквита…

…Я вынырнула из сна с бешено колотящимся сердцем. Реальность встретила меня вечерней прохладой и нежным шумом яблоневой листвы. Где-то рядом слышался глухой стук мяча и возбужденный хохот вошедших в спортивный раж ребят.

«Приснится же такое», – я потерла лицо, сгоняя последние остатки дремы. Сердце постепенно успокаивалось, сон с каждой убегающей секундой терял свою натуралистичность и воспринимался уже не так остро.

Я еще несколько минут полежала, приходя в себя, потом поднялась и направилась к пустующей веранде. Играть по-прежнему не хотелось, но без дела тоже сидеть не могла. Руки сами потянулись к сумке и извлекли оттуда одну из книг для перевода, а следом и планшет, который я тоже зачем-то прихватила с собой из дома. Интернет здесь ловился вполне неплохо, и я, открыв книгу на нужной странице, принялась медленно вбивать английские предложения в онлайн-переводчик. Но программа, естественно, не была рассчитана на узкоспециальные медицинские термины и стала выдавать мне всякую ересь. Мысленно ругая на чем свет стоит интернет-переводчик, свою безотказность, а заодно и Илью, я занялась поисками медицинских англо-русских словарей. За этим делом меня и застала Маша.

– Ты чего в темноте сидишь? – Она щелкнула выключателем, и веранду залил мягкий приглушенный свет.

Надо же, а я и не заметила, что уже начало смеркаться…

– Да вот… Смотрю кое-что по работе…– вздохнула я и потянулась, расправляя затекшие плечи.

– С каких это пор ты занимаешься работой в выходные? – удивилась подруга, присаживаясь рядом. Она взяла со стола книгу и быстро пролистала: – Картинки органов каких-то… Это что-то по медицине? – ее бровь недоверчиво изогнулась.

Я лишь кивнула и снова вздохнула, на этот раз еще тяжелее и удрученнее.

– Чего это ты переметнулась на медицину? Ты же вроде как по юридическим вопросам была…

– Сама не знаю… Познакомилась на днях с одним врачом, педиатром, и он очень попросил помочь ему с переводом…– призналась я.

– Молодой?

– Кто?

– Педиатр этот, – на лице Маши появилась хитрая улыбочка.

– Ну да… Во всяком случае не старый, – смущенно кашлянула я, отгоняя от себя тут же возникший образ Ильи.

– Тогда рассказывай, – с горящими любопытством глазами потребовала подруга. – Что за он и как вы познакомились?

И я рассказала. Как вначале Илья сбил меня с ног, а потом я в него врезалась. Как затем он пригласил меня в кафе, и мы ели пирожные. И как согласилась помочь ему перевести тексты. О причинах, побудивших меня как к первой прогулке, так и второй, я, естественно, умолчала.

– Значит, телефонами вы обменялись, – удовлетворенно констатировала Маша.

– Это только для работы, – поспешила я предупредить ненужные фантазии подруги, но поздно: та уже загадочно улыбалась каким-то своим мыслям.

– Педиатр из поликлиники это, конечно, не ведущий архитектор строительной компании как Романов, – задумчиво изрекла она потом, – но уже что-то… Так, – Машка, неожиданно встрепенувшись, выхватила у меня планшет, – поищем его в соцсетях…

– Прекрати, – я попыталась забрать у нее планшет назад, но подруга со смехом вскочила и убежала от меня на другой конец веранды.

– И не говори, что тебе это неинтересно, – ухмыльнулась Маша и принялась рыскать в интернете. – Так… Здесь он навряд ли будет зарегистрирован, это сайт для товарищей постарше… А здесь только подростки тусуются… Остается вот эта сеть. О, как раз, твоя страничка открыта… Отличненько… Говоришь, Болдин Илья… Москва… Так… Ха, а вот, кажется, и он, – торжествующе провозгласила она, возвращаясь ко мне. – Смотри, твой педиатр?

Я нерешительно приблизилась к экрану планшета: с фотографии профиля некой соцсети, визуально похожей на наш фейсбук, действительно смотрел Илья. Его ореховые глаза знакомо усмехались, а на плече он держал свой скейтборд.

– Он, – подтвердила я, и Машка тут же полезла в личную информацию.

– Ну что… 29 лет… Нормально… День рождения 28 октября…Скорпион, тебе подходит, – быстро зачитывала и одновременно комментировала она. – Родился в Москве… Это хорошо… Учился в МГМУ Сеченова… Тоже хорошо… Теперь смотрим фотографии, – Маша мигом вошла в альбом с фото. – Так… Негусто… Всего три штуки… Илюша со скейтом… Илюша с каким-то парнишей… Илюша с мохнатым псом…

– Это, наверное, его собака, – предположила я, глядя на черно-белого спаниеля, которого обнимал Илья. Пес, вывалив язык из длинной пасти, преданно и влюблено смотрел на хозяина, и тот отвечал ему взаимностью.

– О, зато наш Илья есть на фото у друзей, – довольно хмыкнула Маша, открывая новую папку. – А вот тут уже интереснее… Смотри… Это, кажется, у его сестры… Болдина Елена…

– Да-да, это она, – закивала я, узнав в светловолосой девушке рядом с Ильей врача из больницы, где я очнулась. – Это точно она…

– Ну да… «С любимым братишкой», – снова принялась зачитывать Машка подписи к фотографиям. – «Илюха купил машину и разрешил мне прокатиться»… Это его машина? – вдруг с сомнением спросила подруга.

– Да. – На фотографии была изображена Лена рядом с вишневым автомобилем, который мне тоже посчастливилось видеть вживую. – А что?

– А то, что это не такая уж дешевая тачка…– протянула Маша. – Ситроен прошлого года выпуска… Покруче опеля твоего Саши. Интересно, откуда у обычного участкового педиатра деньги на такую машинку?..

Я совершенно не разбиралась в автомобилях, поэтому неуверенно сказала:

– Возможно, в кредит взял…

– Ну-ну, долго же он такой кредит отдавать будет со своей зарплаты…– Маша недоверчиво почесала нос. – О, а вот целая куча фоток какого-то его приятеля… Говоришь, педиатр плохо знает английский? А как тебе это? – подруга ткнула пальцем в фотографию, где была запечатлена компания из нескольких парней с Ильей в центре на фоне лондонского Биг Бена. – Или это? – фотографии замелькали одна за другой, и за спинами все той же компании так же быстро менялся пейзаж: королевский дворец в Эдинбурге, парижский Мулен Руж и Елисейские поля, каналы Амстердама, Венская опера… – Хочешь сказать, человек, совершенно незнающий английского, будет с таким счастливым и уверенным видом колесить по Европе?

– Ну… Может, он хорошо знает другой язык? – я все еще пыталась оправдать ту информацию, что сообщил о себе сам Илья, но уверенность в истинности его слов с каждой новой фотографией таяла.

А последнее фото, которое подсунула мне прямо под нос Маша, окончательно завело меня в тупик. На нем Илья и тот самый приятель, с чьей страницы мы смотрели изображения, оба в стильных деловых костюмах, стояли рядом с седовласым японцем, а ниже шел комментарий: «На конференции в Бостоне, март 2014».

– И на конференцию в Америку он ездил с каким-нибудь разговорным немецким или испанским? – многозначительно посмотрела на меня Маша. – Ты сама-то в это веришь?..

– Не знаю, – расстроено прошептала я. От догадки, что Илья, возможно, меня обманывает, мне стало неприятно. Я уже успела проникнуться к нему симпатией, а тут…

– Ну, думаю, пусть он сам все объяснит, – слова подруги дошли до моих ушей с роковым опозданием, и я лишь вскрикнула, осознав, что она без всяких раздумий нажала на кнопку «Предложить дружбу».

– Что ты делаешь? – от испуга мой голос охрип. – Зачем это? Отмени все немедленно!

– Поздно, – Машка расплылась в довольной ухмылке. – Он уже принял тебя в друзья… Оказывается, он все это время было онлайн…

– Господи, как стыдно… – Я закрыла лицо руками, действительно сгорая от смущения. – Машка… Зачем ты так меня подставила? Что он обо мне подумает?

– Привет…– услышала я вместо раскаяния.

– Что «привет»? – я непонимающе посмотрела на подругу.

– Твой Илья уже «привет» тебе написал, – пояснила Машка. – И смайлик улыбающийся…

– Может, он меня не узнал? – с надеждой предположила я. – Может, он всем так новым друзьям пишет?

– Ага, и про перевод спрашивает, – фыркнула Маша. – А на фотографии тебя ну совсем не узнать… Ладно, голубки, Мавр сделал свое дело, а дальше вы как-нибудь сами, – после этих быстрых слов планшет спланировал мне на колени, а сама подруга в мгновение ока оказалась за пределами веранды.

– Предательница…– простонала я и с беспокойством уставилась на экран планшета, где в окне переписки появлялись все новые и новые сообщения.

Дрожащими пальцами принялась набирать ответы.

«Привет. Перевод только начала. Сейчас не в Москве»

Следующее сообщение не заставило себя ждать и вызвало у меня непроизвольную улыбку:

«Раз уж мы теперь «друзья», может, перейдем на «ты»?»

«Я не против», – чуть помедлив, отправила в ответ.

«Можно я тебе лучше позвоню?» И следом: «Просто сейчас гуляю с собакой и неудобно набирать текст».

Разум еще колебался с ответом, а пальцы, движимые только душевным порывом, уже набрали: «Да».

Написала и тут же прикусила губу, пытаясь справиться с волнением в ожидании звонка. Тот прозвучал буквально через несколько секунд, заставив сердце подскочить к самому горлу. Господи, да что это со мной происходит, в самом деле?..

Сделав глубокий вдох, подняла трубку:

– Да…

– Я не мешаю тебе? – прозвучал на другом конце провода мягкий, с легкой хрипотцой баритон.

– Нет-нет, – поспешила ответить я, испытывая необъяснимую радость оттого, что снова слышу этот голос. – Я сейчас не занята… Отдыхаю у друга на даче…

– По правде говоря, никак не ожидал, что доведется с тобой разговаривать так скоро, – короткий смешок.

Это намек на то, что я сама нашла его в соцсетях и навязалась в «друзья»? На меня вновь накатил стыд от поступка, на который толкнула меня Маша, и быстро заговорила в трубку:

– Извини… Я не хотела лезть в твою личную жизнь… Искать тебя в интернете… Все вышло случайно…

Сказала все это и поняла, что, наверное, стала выглядеть в его глазах еще глупее. О, боже… Вечно я все порчу… От злости на саму себя на глаза навернулись слезы.

– Вообще-то, извиняться не за что. Возможно, если бы не ты меня нашла, я бы рано или поздно нашел тебя сам… Поэтому, считай, ты немного опередила меня… Да, и мне нечего скрывать от тебя…– в голосе Ильи слышалась улыбка, но не насмешливая, а успокаивающая и какая-то… ласкающая.

Ну почему эти слова вызывают во мне такую странную реакцию?.. Мое сердце теперь спотыкается на каждом ударе, а в животе становится горячо и легко.

Пока я удивлялась своим ощущениям и придумывала ответную реплику, Илья сам продолжил разговор, на этот раз на не очень приятную для меня тему:

– Как у тебя дела с твоим парнем? Помирились?

– Э-э-э…– замялась я. – Не сказала бы…

– Но он же с тобой сейчас в гостях?

– Да, но…

– Значит, еще помиритесь, – заверил меня Илья. И тут же шутливо добавил: – Иначе придется тебя и дальше откармливать пирожными… Как антидепрессантами…

– С удовольствием приму такое лечение, – со смехом отозвалась я, понимая, что это чистая правда: не откажусь еще разочек сходить с ним в ту кофейню и провести пару часов за беззаботной беседой.

– Джас! – внезапно гаркнула трубка, так что я вздрогнула. После же голос Ильи стал отдаляться: – А ну иди сюда!.. Кому сказал?..

Я с облегчением засмеялась, поняв, что это он своей собаке.

– Прости, – через пару минут Илья вернулся ко мне и нашему разговору. – Этот пес иногда доводит до белого каления… Стал клянчить у подростков во дворе чипсы. За еду душу продаст…

– Ничего, – я продолжала смеяться. – Собака – это здорово… С детства хотела завести себе какое-нибудь животное, но у мамы аллергия на шерсть… А твой Джас, похоже, забавный…

– О, да, только очень вредный… Приходи в гости – познакомлю. Ну вот опять… Джас! Похоже, надо вести его домой, а то совсем распоясался… – с досадой произнес Илья. – Прости, наверное, придется завершить разговор…

– Да, конечно, – быстро ответила я. – Лови своего хулигана… Мне тоже надо идти…

– Тогда созвонимся на днях?

– Да, я завтра вернусь в город и вплотную займусь переводом…

– Хорошо, спасибо… Рад был тебя услышать…

– Я тоже…

– Пока.

– Пока.

– Джас!.. – было последнее, что я услышала в трубке, перед тем, как отключиться.

Отложила телефон в сторону и откинулась на спинку стула. Эмоции, непривычные и одновременные волнующие, завладели мною целиком, заставляя сердце трепетно сжиматься, будто в предвкушении чего-то нового и…важного. Отчего становилось одновременно и страшно, и радостно.

– Ка-а-ать, – нарушил внезапно мое одиночество далеко не трезвый голос, а затем на веранду, споткнувшись на пороге, ввалился сам его обладатель Костик.

– Ты чё тут скучаешь? – икнув, спросил он и плюхнулся рядом со мной на стул.

– Не скучаю, а отдыхаю, – я заставила себя улыбнуться. Когда ты сама трезва как стеклышко, не очень-то охота вести беседы с пьяными.

– А-а-а…– протянул Костя и снова икнул. – А вы чё, с Сашкой поссорились?

О, мама дорогая… И этот туда же!

– А сам как думаешь? – со вздохом отозвалась я.

Костик энергично пожал плечами.

– Просто мне интер… интересно, – заплетаясь на каждом слове, продолжил он, – чего ты тут спокойно сидишь, когда он где-то разгуливает с Полей?

От этой новости по спине пробежал неприятный холодок, но я не позволила себе поддаться отчаянию и панике, как случилось бы раньше. Вместо этого ощутила лишь глухое равнодушие и усталость…

– Я ему не нянька, чтобы пасти и следить за каждым шагом, – ответила несколько грубо, но спокойно. – Пусть делает что хочет…

Но Костя не унимался и вновь начал ковырять мое больное место:

– И ты не боишься, что они там занимаются… ну, этим…– он жестами весьма красноречиво показал, что имеет в виду. – Сашка, помню, как-то хвастался… ну, когда еще с Полей зажигал… что у них в этом деле полная… как это? А, совместимость… вот…

Господи… Вот что меня особенно раздражало в Костике, так это его любовь к сплетням и чужому грязному белью… В этом смысле он вел себя чересчур по-бабски. И сегодня он превзошел в этом самого себя и все-таки выбил меня из колеи.

– Чего ты добиваешься? – взвилась я. – Что ты от меня хочешь? Спектакля? Фееричной сцены ревности? Извини, но этого больше не будет… Я уже наелась этим по самое горло! Теперь хочу, чтобы от меня все отстали, ясно?

– Ясно, – осоловевший взгляд Костика с трудом сфокусировался на моем лице. – Тогда, может, мы…это… Опять начнем встречаться?.. Я ведь все жду… жду…– его пальцы ухватили меня за запястье и потянули к себе. – Ну, давай же…

– Костя, прекрати! – Я попыталась вырваться, но он сжал хватку еще сильнее, заставив меня вскрикнуть от боли.

К счастью, спасение не заставило себя ждать: Машка, удачно проходящая мимо, быстро оценила ситуацию и через секунду уже стояла рядом с нами.

– О, кажется, кому-то пора баиньки, – просюсюкала она, мягко отрывая Костика от меня. – Давай, дружочек, я отведу тебя в кроватку… – Подруга закинула его руку себе на плечо, заставляя подняться.

Костя на удивление не стал сопротивляться и покорно пошел за Машкой. Я выдохнула с облегчением и проводила подругу благодарным взглядом. Потом покидала в сумку все свои вещи и пошла следом.

– Ты только, Костенька, скажи, где у тебя лишние подушки и одеяла лежат? – говорила Машка, подводя того к дивану в комнате на первом этаже. На второй, где было несколько спальных комнат, вести его в таком состоянии она не рискнула. – А то гостей тоже спать уложить надо…

– Там…– Костик махнул куда-то наверх. – В шкафу…

– Ясно, разберусь… А ты спи, спи… Вот так…

С горем пополам уложив друга спать, Машка повернулась ко мне:

– Ну а ты как?

– Нормально, – усмехнулась я. – А где все? Что-то тихо стало…

– Максим с Сергеем и Инной, как темнеть начало, уехали домой, у них там какие-то дела завтра важные… А Саша и эта… Полина…– Машка замялась, отводя глаза в сторону. – Что-то я их давненько не видела…

– Ну и ладно… – я безразлично махнула рукой. – Бог с ними…

– Тебе действительно все равно? – осторожно уточнила подруга.

– Не знаю… Возможно… Я не хочу сейчас об этом думать…

– Ой, а с педиатром-то как? – тут же оживилась Маша. – Поговорили?

– Да, даже по телефону, – напоминание об Илье теплом растеклось в душе, заставив улыбнуться.

– И? До чего договорились?– Подруга от нетерпения аж привстала на носочки.

– Ни до чего, – пожала плечами я. – Просто поговорили… Созвонимся, когда я перевод сделаю…

– Бли-и-ин, – простонала Маша. – И все?.. И это все, ради чего я так старалась?

– Кстати, о стараниях! – я шутливо сдвинула брови. – Не жди, что я скажу тебе за это спасибо. Как ни крути, но это было нечестно с твоей стороны… Так меня подставить!

– Но ты же рада, что вы пообщались? – ухмыльнулась подружка.

– Рада, – я не стала кривить душой. – Но все равно вышло не очень красиво…

– Здра-а-асьте! – внезапно изменив тон, протянула Маша. Ее взгляд изменил направление и теперь был устремлен куда-то позади меня.

Я обернулась и тут же встретилась глазами с Сашей. Он выглядел расслабленным и даже, что с ним редко бывает, довольным. За его плечом стояла Полина с блуждающей улыбкой на лице. Ее волосы, ранее заплетенные в косу, теперь были распущены по плечам и местами спутаны.

Ну что ж… Надо быть полным дураком, чтобы не понять: эти двое, скорее всего, не просто гуляли по дачному поселку.

Машка, несомненно, подумала так же, потому что с ехидцей проговорила:

– Вовремя вы вернулись. А мы как раз спать собрались… Вон Костик уже десятый сон видит. А мы с тобой, Поля, в одной комнате ночуем, так что не обессудь. Пошли, поможешь постелить белье.

Она пальцем поманила Полину и увела за собой наверх.

Мы с Сашей остались одни.

Я смотрела на него и пыталась понять, что на самом деле сейчас чувствую. Боль? Обиду? Ревность? Ненависть?.. Удивительно, но нет. Я снова ощущала усталость… Просто глубокую, неземную усталость…

Саша первый нарушил наше затянувшееся молчание, едва слышно проговорив:

– Пойдем и мы спать…