Часть 30
— Ильинский? Можно?
Над ухом раздался голос Бориса, и Герман вздрогнул, не сразу понимая, где именно находится. Оказалось — заснул. Вот так позорно, уронив голову на руки и сидя за столом в кабинете. Даже не мог с точностью воспроизвести в памяти, на каком моменте отрубился. Кажется, приходила Ира, которая притащила тарелку бульона и буквально силой заставила его выпить половину. А может, это ему только привиделось.
— Да?
Он вскочил на ноги и растёр лицо ладонью. Сколько проспал — не знал. За окном была темнота. То ли вечер, то ли время уже к утру. Перед Германом стоял Володарский собственной персоной. Собранный и серьёзный. Это помогло проснуться окончательно.
— Присядь, пожалуйста, — указал Борис на кресло, с которого вскочил минутой раньше Ильинский. — Есть разговор.
И Германа будто ушатом ледяной воды окатило. Неужели ему сейчас скажут то, чего он так боялся?
— Не пугай — пуганый, — как можно равнодушнее проговорил он, хотя внутри всё вывернулось наизнанку. И похолодело так, что показалось, будто вымерзло навсегда.
— А нечего бояться. Вроде как. Кажется, мы нашли того, кто похитил Нино и Алину.
Володарский бросил на стол несколько фотографий, и Герман жадно схватил их. Всмотрелся в незнакомые черты и потряс головой.
— Я его не знаю.
— Я в курсе. Это гражданский муж матери Алины. Вишняков Егор, двадцать девять лет. Рецидивист. Сидел дважды — оба срока по хулиганке. С Дарьей Землянской проживал за пару лет до того, как она родила тебе дочь. Сейчас мы выясняем, не был ли он причастен к тому, что Землянская умерла во время родов.
— В каком таком смысле?
Герман ошарашенно посмотрел на Володарского. У него в голове не укладывалось всё то, что сказал Борис. Начиная от личности того, кто именно похитил Алину и Нино, заканчивая информацией о смерти Землянской.
— В прямом. Мы хотим проработать все версии. Но сейчас не об этом. Предположительно Егор держит Нино и Алину у себя на дачном участке. Там у него есть дом с приусадебными постройками.
— Значит, он похитил именно ребёнка?
Теперь уже Германа сковало ужасом от того, что именно Нино оказалась во всём этом ненужным элементом. Это она была не нужна этому мудаку Егору, а вовсе не Алина.
— Скорее всего, так. Существует вероятность, что Вишняков был помешан на Землянской. Соседи в квартире, которую они занимали, говорили, что он регулярно устраивал Дарье сцены ревности. Доходило до поножовщины. Что ему нужно от ребёнка, я не знаю, но думаю, мы это выясним.
Сердце Ильинского ухнуло вниз. Руки сами по себе сжались в кулаки. Итак, Нино и Алина в руках какого-то психа, который вряд ли заинтересован в том, чтобы обе девочки остались живы и невредимы. И при всём при этом есть он… который ни черта не может сделать. Сейчас он почувствовал себя особенно беспомощным, скованным по рукам и ногам.
— Что вы будете делать? — задал он вопрос, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно и ровно.
— Сейчас выезжаем туда, где Вишняков может содержать Нино и Алину. Это за городом. Будем держать тебя в курсе.
Будут держать в курсе? Володарский сейчас шутит?
— Исключено. Я еду с вами. Или сейчас перетрясу всех, но найду этого гондона Вишнякова и его дачу раньше вас, — мрачно проговорил Герман, встал из-за стола и заявил Борису, на лице которого читалось сомнение: — Я еду с вами. Командуй, начальник.