Глава 8

Стас дёрнулся, но я перехватила его за локоть.

– Ты решил мне всех соседей здесь распугать только ,чтобы казаться самому себе самым крутым? Поэтому давай ты успокоишься. Взвесишь все свои решения и поступки за сегодня, трезвой, холодной головой. Мне не надо, чтобы ты играл с моими детьми, как будто в шахматки. Сегодня мы с тобой вместе. Завтра мы с тобой врозь. Не надо, Стас. Это дети. Их твои возвращения и уходы однозначно не приведут ни к чему хорошему. Не надо делать так, что все тебя возненавидят.

Стас тяжело задышал и сквозь зубы бросил.

– А я смотрю, у тебя много новой философии, да, появилось?

Нет. Мозги появились.

Я развернулась, медленно пошла в свою квартиру. Мне донеслось в спину неразборчивое.

– А на твоём бы месте я соглашался на столь щедрое предложение. Когда тебе ещё удастся повыгоднее пристроить себя и двух детей?

–А мне не надо себя пристраивать и двоих детей. Мы друг у друга есть. Этого достаточно. –Бросила я, закрывая дверь.

В спешке готовила ужин. Пыталась добиться того, чтобы Ульяна не разнесла пол кухни, пока я маневрировала между её башенками из кубиков.

А когда мы сели за стол, Никита покачав головой, уточнил:

– Это же неправда ? Да ?

Я вздохнула.

– Я не знаю. Может быть отец и купил дом. Но ты же понимаешь , что я с ним не буду? Если у тебя будет желание…– В горле запершило, потому что я не хотела ничего подобного говорить. Но обязана была это сказать. – Если вдруг ты захочешь, то я по понятным причинам не буду иметь ничего против твоего общения с папой более близко.

Но Никита передёрнул плечами. Фыркнул, став невозможно похожим на отца и тряхнул головой.

– Знаешь, мам. Достаточно. Я уже больше в сказки не верю.

До конца недели нас никто не беспокоил и не трогал.

Тем временем декабрь переползал к одиннадцатому числу. Это означало, что у меня на работе будет просто полнейший завал.

Я позвонила маме.

– Слушай, ты не могла бы меня подстраховать? Пожалуйста. – Тихо попросила я, потому что понимала, что нянька мне не по карману.

Да и не смогу я своего маленького ребёнка доверить чужому человеку. Няня, это такой персонал , что к нему надо сначала самому привыкнуть и уже только потом доверять ребёнка.

Мама вздохнула.

У меня были чудесные родители, как бы я не считала, что где-то они слишком жёсткие, где-то они слишком холодные. Но у меня были чудесные родители. В трудный момент они поддержат, да. Но потом скажут: “разбирайся сама”, тем самым наверное закаляя мой характер. Хотя не знаю, что в этой ситуации было бы легче.

Я смотрела на многих своих клиенток, у которых матери с детьми на моря ездили и вообще, считали, что внук это продолжение дочери, а значит любить мы его будем точно также.

К сожалению у меня так никогда не было. Мама всегда говорила о том, что за свои поступки я несу сама ответственность. А дети – это моя ответственность.

–Мне перед новым годом скорее всего надо будет сверхурочно поработать. Сама понимаешь, это единственное время, когда есть возможность заработать больше денег, чем в остальные месяцы.

– Ох, Зоя. – Недовольно выдохнула мать, заставляя меня сжаться от неприятия и ужаса. — Вот я все понимаю. Мне вот, ну, по-человечески хочется тебе очень сильно помочь. Но вот у меня тогда встречный вопрос : а когда вот ты лезла в эту профессию, ты понимала, что у тебя как бы дети?

– А что ты мне предлагаешь сейчас?

–Ну, я не знаю. Ты могла бы устроиться куда-нибудь на нормальную работу. Там, каким-нибудь бухгалтером…

— На зарплату в шестьдесят тысяч?

— Знаешь, бухгалтеры на аутсорсе неплохо зарабатывают. Одна консультация от полутора тысяч. Ты этих консультаций в день можешь десятки провести. Плюсом ко всему– ты всегда возле детей.

–Мам, это просто значит «нет»?

– Я подумаю. – Недовольно отозвалась мама в трубку и хряпнула её с такой силой, что у меня зазвенело в ушах.

У меня мама была таким человеком, что даже если она оставалась с детьми, когда я прям могла спокойно не беспокоиться о том, что будет, она все равно старалась меня добить. Она писала сообщения каждые двадцать минут. Спрашивала о том, чем накормить Ульяну, что делать с Никитой. Но благо дело в последние года из-за того, что Никитка был большой, уже этот вопрос не был таким актуальным. Поэтому все упиралось в Ульяну: то она без меня уснуть не может, то она её покормить без меня не может. Это вымораживало. Мама наводила больше суеты. Поэтому просить её о чем-либо я всегда теперь остерегалась. Но выбора не было.

До выходных нас реально никто не трогал.

Но в субботу случилось то, чего не ожидала ни я, ни Никита, ни уж тем более Ульяна, которая решила прыгать с кровати на пол. Звонок в дверь был таким недовольным, что я даже по вибрациям звука определила, что за порогом стоит сосед. А стоял он не просто так. Хмурый, недовольный, с подавляющим взглядом, Гордей держал в руках подушку и одеяло.

– Так , я просил не так много. Чтобы просто надо мной ничего не грохотало. Чтобы просто небо не падало мне на голову, когда я этой самой головой сегодня и страдаю. – Произнёс тяжело сосед.

Я испытала такой укол вины, что чуть было сквозь землю не провалилась.

– Простите… Извините. Но...

– Никаких но. – Он отодвинул меня широкой рукой и шагнул внутрь. –Разбойники, бандиты.

Никита выскочил первым, следом Ульянка. Сосед склонил голову к плечу и усмехнулся.

– Ну вот и отлично. –Он взмахнул рукой и швырнул в сторону моего сына связку ключей. – Бегом вниз. В мою квартиру. Грохочите там, как хотите. Главное, Кокоса ничем не кормить. Якова из клетки не выпускать – обосрёт все. Будешь отмывать сам.

– Я не понял? – Выдал сын и я тут же заслонила дорогу Гордею.

– И действительно. Вы…

– О чем вы не понимаете? Я все понимаю. Я же сказал. Если говоришь, но не делаешь– это просто пустая угроза, которая сотрясает воздух. Я сказал : ещё раз я не смогу выспаться от того, что надо мной кто-то ,что-то кидает, бросает и пытается самоубиться– дети идут продолжать это делать в моей квартире, а я поднимаюсь сюда и сплю. Желательно тихо. Желательно без какого-либо движения.

Никита охнув, завёл ладонь за голову и выдохнул.

– Да не. Это ж как-то неправильно…

– Слышь, Ник, –так, как будто бы давно знаком с моим сыном, произнёс сосед, – давай не кипишуй раньше времени. Забирай сестрёнку и реально, хоть все там разнеси. Мне плевать. Дайте выспаться. Я не могу. У меня с четырех утра переговоры с китайцами. Меня уже трясёт от того, что я просто тупо не могу закрыть глаза и отключиться.

Ник помялся и Гордей использовал уловку.

– Тем более у меня там Кокос. Кроха, – Гордей перевёл взгляд на Ульяну, – помнишь белого пёсика? Иди, он тебя ждёт.

– Пёсик! – Взвизгнув, Ульяна вылетела из квартиры, обогнув соседа.

Я охнув, дёрнулась следом.Никита по инерции побежал за мной. Я постаралась вернуться, но поняла , что дверь моей квартиры закрыта изнутри.

–Я спать.Делайте, что хотите в моей квартире. Главное– дайте мне выспаться. Соседка, от которой падают курьеры в обморок, там полный холодильник еды. Что хочешь готовь. Чем хочешь занимайся. Все, что угодно. Я спать.

Я долбанула в дверь рукой и крикнула:

– Я вызову полицию.

– Ой, вызывай кого хочешь. – Донеслось из-за двери. – Я бабла дам и от меня отстанут.

Никита дёрнул меня за руку и качнул головой в сторону лестницы.

– Да подожди ты. Но это же просто...

– Да пойдём. Просто посмотрим. – Заговорщицки произнёс сын и я качнула головой.

– Так взрослые люди не поступают. Гордей, вы…– Я снова ударила по двери кулаком и поняла , что я даже без телефона.

То есть я ничего не могу сделать. Ни ментов вызвать, никак. Кто в здравом уме дома постоянно находится с мобильником ? Мой так и лежал демонстративно, вероятнее всего, сигнализируя о чем-то на кухонном гарнитуре.

– Ты с телефоном ? – Облизав губы, произнесла я нервно и Никита покачал головой.

– Поэтому пошли спустимся. Посмотрим хоть.

Квартира была идентична моей. Только в отличие от моей, в ней преобладала практически стерильная чистота. Ну и ремонт дорогой , дизайнерский. Но все портила клетка с каким-то очень странным попугайчиком, который каркая, кричал на весь дом: “привет, привет”. И шпиц, абсолютно не подходящий этой обстановке, который прыгал возле клетки и что-то тявкал. Но это продолжилось недолго. Как только Ульяна его увидела, ей было наплевать на то, кусается собака или не кусается. Она просто расставив ручки, побежала навстречу.

– Ко мне! Ко мне! Ко мне! – Пролепетала дочка и сев на коленки, обняла собаку за шею.

Пёс оторопев от такого, растерялся и даже замолк. А потом, когда понял, что его никто не пытается ни убить, ни замучить, обалдев от собственного от счастья, завалился на спину и развернул беззащитное брюхо к моей дочери. Никита прошёлся по квартире и заметил:

– Однако, круто!

– Но мы же не можем здесь постоянно сидеть? Ну ладно. Один раз у него прокатило. Потом не прокатит. Блин, у меня там вещи. У меня там…

– Мам, у него на столе стоит ноут дороже, чем наша машина. Я сомневаюсь, что ему нужны мои потасканные трусы, либо пижама Ульянки.

Я аккуратно села на диван, сложив руки на коленях , и то и дело одёргивала детей, чтобы они ничего не разнесли и не натворили.

Через час моё терпение подошло к концу. Я стала суетиться, метаться, пытаться хоть как-то побороть ситуацию. Но вместо этого, Никита вздохнув, предложил:

–Ну, может реально ужин приготовим? Ну, я не знаю. Там что-нибудь.

– Я не буду ни к чему прикасаться в этой квартире. И вообще, это неправильно.

– Мам, считай, что просто мы завалились в гости и в нашем распоряжении все.

Произнеся это, сын ушёл на кухню, страдая явным духом авантюризма, который передался ему однозначно от моей двоюродной тётки. Потому, что у меня его точно не было в принципе. Как и у Стаса. Никита чем-то захрустел.

– Мам, давай все-таки ужин приготовим?

Гордей не обманул. Действительно, холодильник был забит под завязку. Я быстро вытащила фарш, томаты, пармезан. Где-то в ящике нашла листы для лазаньи. Это было единственное, на что меня сейчас могло хватить.

Когда стрелка часов упала к семи, в дверь постучали. Заспанный сосед чувствовал и вёл себя несравненно комфортнее, чем днем.

– Так вкусно пахнет. – Медленно произнёс он, кучей складывая одеяло с подушкой на край дивана.

– Мы лазанью приготовили. – Тут же спалил меня Никита.

Гордей усмехнувшись, произнёс :

– Надеюсь, сами- то поели?

–Ага. Тебе даже осталось. – Никита охнул.

Я дёрнула сына, чтобы не смел разговаривать на “ты”, но в этот момент Гордей, взмахнул рукой.

– Да плевать. По-соседски можно. Тем более мне немного странно, когда ко мне дети на “вы” обращаются.

Он присел на корточки и погладил за ухом своего шпица, который увидев хозяина, тут же забыл про Ульяну и понёсся цеплять ноги.

– Ну что ? Тебе понравилось?

Кокос попытался подпрыгнуть, но у него это из-за задней лапы не особо получилось. Но он звонко залаял.

– Ну вот и круто. Вот и определились.

Гордей вздохнув, завёл руку за голову, потрепал волосы и произнёс:

– Ну, может чаю тогда? И я лазанью попробую.

Дети не давали возможности быстро уйти, сбежать, но чувствовала , что наверное может быть это так правильно. Может быть так завязываются соседские отношения. Я не знала.

– Лазанья нереально вкусная. – Произнёс Гордей, разделываясь со своей порцией и вздохнул. – Если что, я готов постоянно на такие эксперименты. Серьёзно. Вообще, я могу даже ещё сверху каких-нибудь подарков накидать тогда.

Никита с Ульяной опять исчезли за поворотом в зал вместе со шпицем. Я вздохнув, произнесла:

– У вас на столе ноут стоит, дороже, чем моя машина. Я сомневаюсь, что у вас нет возможности заказать доставку еды.

– Ну, ты не сравнивай. То доставка, а это домашнее. С любовью приготовленное. Идеальное.

Когда Гордей был сытым и выспавшимся, он казался вполне адекватным мужиком.

Я покачала головой.

– Давно переехали? – Спросил он ,как-то между делом и встал убрать грязную посуду.

Я отпила из чашки чая и пожала плечами.

– Да не так уж, чтобы давно. После развода удалось квартиру взять в ипотеку.

– А вот этот значит бычара, который на днях что-то рявкнул про моего Кокоса и есть…

– Ну да. Да, да. Это и есть мой бывший муж.

– А что это он прям, как будто бы к себе домой ходит?

– Ну, он захотел переиграть историю развода. Дом загородный купил. Приехал вот детям рассказывать об этом. – Невесело усмехнулась я и покачала головой.

– Неприятный типок , – по секрету обратился ко мне Гордей.

Я вздохнула.

– Я конечно, тоже не сахар. И даже не перец. А скорее всего какой-нибудь такой настоявшийся добротный хрен. Но в любом случае неприятный.

Я стушевалась, не зная, как реагировать на такую фразу.

Гордей с чашкой вернулся на стул напротив меня.

– Ну, вообще, в целом, я ничего против детей никогда не имел. Но мне очень важно быть более менее собранным. Я из-за международных переговоров могу ночами не спать. Поэтому мне днём надо хотя бы отсыпаться. Я понимаю, что дети тише не будут, но я уже и беруши пробовал , и музыку. Но с музыкой мне ещё дерьмовее засыпать. У меня патологическая, мне кажется, уже тревожность. Поэтому со сном большие проблемы. Вероятно, ещё не раз и не два мы будем меняться хатами.

– Пожалуйста, не надо. Мне очень неловко. Мне очень некомфортно в этой ситуации. – Честно призналась я и вздохнула.

Но Гордей пожал плечами.

– А мне нормально. Я не тот человек, который перебирает харчами для того, чтобы казаться каким-то офигенным. Если мне надо спать– я добьюсь своего в любом случае. Поэтому вообще не надо брать в голову. И кстати, мы так и не познакомились.

Я вздохнула, намекая на то, что вроде бы и не стоит нам знакомиться. Но Гордей первый протянул руку.

– Гор. Гордей Стальной. Грузоперевозки международных товаров. Не женат. Не в разводе. Без детей, но со шпицем и с Яковом.

Я в нерешительности протянула руку и пожала большую, тёплую, сухую ладонь.

– Зоя. Мать двоих детей. В разводе. Работаю в салоне красоты мастером маникюра.

– Прикольно.

Я понимала , что просто так взять и уйти не получится, поэтому для поддержания беседы уточнила:

– А почему Кокос хромает?

Гордей завёл руки за голову, потянулся и выдохнул.

– А это вообще долгая история. Но если вкратце: несколько лет назад я собирался жениться на одной девушке. Собственно, это её пёс. Но так получилось, что мы попали в аварию. Я поломанный. У Кокоса вон лапа, как боевое ранение. Ну ,а дева, посмотрев на меня, едва дышащего после операционной, честно призналась , что не готова быть с инвалидом. А когда я вышел из больницы, она ещё попыталась состряпать благообразную мину и даже приехала несколько раз меня навестить. Но я ей ляпнул: слушай, тебе инвалиды не нужны, ты оставь уж тогда со мной Кокоса. Она такая: “ как бы, если ты не против”. Да, я был не против. Мы с ним вдвоём такие вот особенные. Так, что вот такой вот я приёмный папа для песеля. Но он крутой. Я от него фанатею, если честно.

– А Яков?

– Ооо. Яков. Яков мне достался из магазина. Его готовили к усыплению, потому что продать не могли. И вообще, все там было по-дурацки. Я зашёл на тот момент для приюта затариться и увидел объяву о том, что если до вечера там не купят этого попугая, то его ждёт печальная судьба. Я взял и купил. Так я ж не думал, что он будет срать мимо клетки и ругаться матом.

– Он ругается матом?

– У него проскакивает иногда. – Сочувственно произнёс Гордей и усмехнулся.

Я вдруг поняла , что сосед у меня тоже немножко парам-пам-пам.

– В общем, приятно, приятно познакомиться Зоя. Я очень надеюсь на то, что это не последняя лазанья, которую я смогу попробовать из твоих рук. Было очень шикарно.

Я смущённо отвела глаза.

– И вообще, если будет что-то странное, ты всегда можешь обратиться. Просто спуститься ко мне. Ну и я оставляю за собой право оккупировать твою квартиру в моменты, когда дети особенно тщательно бесятся.

Я покачала головой, понимая , что это какая-то глупость.

Но Гордей, склонившись над столом, тихо произнёс:

– И вообще, давай не будем все сейчас играть в смущённых и все в этом роде. Мы с тобой взрослые люди. У взрослых людей иногда бывают проблемы. Это не повод бежать и закрываться. Намного проще. иногда просто помочь. Согласна?