11

По закону нас должны были развести через загс только через месяц. Но благо дело у Виктора так горело, что он через своих знакомых умудрился все это дело провернуть задним числом. Мы когда заявление писали, была не та дата. Это был первый в моей жизни случай, кота я была рада нарушению бюрократических процессов.

Поэтому через неделю я поехала и забрала свидетельство о разводе.

Выйдя из загса с бумажкой, я вздохнула и посмотрела в небо. Солнце щурилось мне и подмигивало то одним, то другим лучом. Дошла до машины. Села и призадумалась. Телефон завибрировал.

— Саш, — нервно и зло произнёс Виктор, — я не знаю, как долго ты ещё будешь сидеть и молиться на это свидетельство о расторжении брака, но смею тебя заверить‚ что я изрядно подустал. Я хочу обратно в свою квартиру.

— Виктор, но разве ты… - Я помялась, стараясь подобрать более обтекаемую версию фразы. — Разве тебя там не ублажают? Разве ты с Эммой не завёл свою квартиру? Почему тебе там так плохо?

— Какая разница? Прекрати вообще об этом говорить. Мы не будем с тобой ничего обсуждать из того, что у меня происходит за границами нашего с тобой брака. Для тебя никакой Эммы не существует.

— Тогда не надо было о ней говорить. — Заметила я мягко, и Виктор ещё сильнее взбесился.

— Так, Саша, я своё слово сказал. Хватит меня динамить. Я сегодня приезжаю домой и я хочу, чтобы ты в это время тоже была дома.

— Я тебя услышала.

Вернувшись в квартиру, я засела с открытыми файлами по работе. У меня было небольшое агентство по обслуживание юрлиц: бухгалтерия, счета и все то, чем боятся заниматься в основном ипэшники.

Я писала девочкам, которые у меня сидят на удалёнке об изменениях о том, что возможно компания может потерпеть какие-то кадровые перестановки.

Вечером все-таки дождалась приезда Виктора с работы. Я даже вытерпела его брезжание на тему того, что все плохо. Его все не устраивает. Он устал. Он хочет спать в своей кровати. Я и позволила спать ему в своей кровати. Сама ушла в гостевую. Ближе к утру, когда он все-таки понял ‚ что я не находилась с ним в одной спальне, произошёл небольшой, я бы даже не сказала, что это скандал.

Недопонимание.

— Ты зачем так себя ведёшь? — Стоя в пижамных штанах посреди гостевой, махал рукой Виктор.

— Как? - я села, сонно потирая глаза.

Нет сна у меня по-прежнему не было. Давилась, душилась. Казалось, как будто бы я свою жизнь на алтарь положила и ни черта с этого не могла взять больше.

— Я сказал ‚ что я хочу домой. Я хочу в свою спальню.

— Но ты же не сказал ‚ что хочешь к своей жене?

Наверное, потому что она уже и не жена.

— Саша, немедленно вернись в нашу постель.

— Я не могу. Мы же с тобой два взрослых человека и я считаю‚ что мы имеем право друг другу говорить некоторые вещи напрямую. Я не могу. Я как представлю ‚ что ты после неё ко мне лез, чуть ли не с сырым членом пристраивался ко мне.

Прости. Я не могу. Я не говорила, что это будет легко.

— Саша! - Проревел Виктор и хлопнул дверью комнаты.

И так у нас прошла ещё одна неделя. А в конце её, я осмотрев гардеробную и вытащив чемодан в спальню, тяжело вздохнула и набрала знакомый номер.

— Герман Васильевич, добрый день. Мы можем подавать исковое в суд. Я хочу половину всего имущества, которое было нажито в браке.

— Хорошо, Александра. Я вас услышал. — Произнёс мягкий бархатный баритон. —Вам ещё нужна будет моя какая-то помощь?

—Нет. Я улетаю в отпуск.

— Куда, позвольте узнать?

Я вздохнула.

— Пока что в Турцию. А дальше посмотрим. В любом случае, как бы нам не назначили заседание- у вас доверенности. Так что, думаю вы без меня справитесь, Герман Васильевич.

— Справлюсь, справлюсь.

— Ну вот и хорошо.

Я положила трубку и вместе с чемоданом вышла из квартиры.