59
Виктор.
мы с Одинцовым смотрели друг на друга, как два диких зверя- прекрасно понимали преимущества и недостатки оппонента.
— Виктор Владимирович, — тяжело вздохнув, произнёс Одинцов и развернулся ко мне. — Я понимаю ‚ что у вас сейчас все горит, но давайте мы с вами не будем продолжать этот диалог Он бессмысленный. Я ответил на все ваши вопросы и в целом не вижу дальнейшего разговора.
Я медленно встал, подхватил сумку и ещё раз указал глазами на документы
— Посоветуйтесь с Сашей, вдруг ей это придётся по вкусу.
Я вышел из офиса Одинцова и покачал головой.
У всех есть какие-то свои тайны. Вот у Одинцова был судебный процесс, на котором произошло много странных и непонятных событий- какой-то бизнесмен Дюжев и его жена. Что в итоге там произошло от многих скрыто, но по финалу судебное заседание не состоялось по причине того, что его подопечная в день заседания попала в аварию. Я так подозревал‚ что у Одинцова были свои какие-то счёты с тем мужиком и поэтому пристально вгляделся в эту информацию. Ну, а после того как стал раскручивать, понял, что ещё работая следователем, у Одинцова был зуб на этого самого Дюжева. Ничего там такого: ни грязи, ни внебрачных детей, ни наркотиков и ничего нелегального, но неприятный случай, который ставил под сомнение компетенцию Одинцова.
Я вышел из здания и проведя ладонью по лицу, вздохнул. Бросил взгляд на время и понял ‚ что возвращаться на работу бессмысленно.
Успел доехать до дома, когда получил сообщение от Демьяна: “ перезвони“.
Младший во всей этой ситуации оказался самым терпеливым. Ну, видимо и его терпение пришло к концу.
— Да, я тебя слушаю.
Он тяжело вздохнул.
— Я не знаю, что у вас произошло. Дима написал заявление. Поэтому разбирайся с этим сам. Моё дело только уведомить.
— Ну что, и ты напиши заявление. — Фыркнул я, понимая, что у Димки нервы сдали.
— Может и напишу. Видимо недостаточно того, что все мы втроём высказали своё мнение относительно твоего поступка. Видимо надо до конца.
— Не мелите оба чепухи. Мне достаточно одного Тимофея, с которым я не знаю, как наладить контакт.
— А с чего ты решил, что ты можешь с нами наладить контакт? Ты понимаешь, что…
Блин, пап, это дерьмово. Мы живём с осознанием того, что папа самый лучший.
Он показывал, как надо ухаживать за девочками, дарил маме пышные букеты, возил маму в поездки. А тут в один день становится известно‚ что у папы есть девка. Знаешь, отдаёт эта ситуация не то что лицемерием, она отдаёт чем-то противоестественным. И если ты думал‚ что мы все втроём встряхнёмся такие, ну подумаешь, с каждым бывает, не зарекайся и пойдём дальше, то нет. Нет пап. Ты совершил плохой поступок, а кроме нас у мамы никого больше нет. Так что, я ни на чем не настаиваю, я тебе ничем не угрожаю. Я тебе просто говорю, как эта ситуация выглядит с нашей стороны. Дима ещё долго терпел.
— Хорошо, я понял тебя.
Сообразив ‚ что это дело нельзя оставлять в подвешенном состоянии, поехал к Димке в квартиру.
Сын сидел за рабочим столом и явно искал какую-то вакансию.
— Не создавай непонятную ситуацию на ровном месте.
— А что тут непонятного? Какая непонятная ситуация? Ты маму предал. И да, мне это капец как не понравилось. Меня это можно сказать, раздавило, потому что папа всегда смелый, всегда счастливый. А тут такое. Но слушай, последней каплей стало‚ что ты не просто изменил. Ты это ещё сделал, как демонстративный плевок матери в душу. Ты же никого не мог другого найти, кроме как девку моего возраста, с которой я общался.
— Я вообще об этом не знал, Дим. Эта претензия сейчас бессмысленна.
— А причём тут именно эта претензия, пап? Мне достаточно того, что ты так поступил с матерью. Так ты иди дальше, заведи себе новых детей. Нормальных, которые на все твои косяки будут кивать и говорить: "папе все можно”, раз я тебя не устраиваю. Раз тебя Тим не устраивает. Раз тебя Демыч не устраивает. Иди заведи нормальных детей. К нам только не лезь. Положил заявление, потому что так надо было сделать. Потому что не хочу от тебя зависеть. Потому что не хочу в какой-то момент очухаться и понять, что в этом нерешённом конфликте, надо оказывается было встать на сторону папь- он же меня кормит. Нет, пап. Так не будет. Я лучше, блин, пойду грузовики разгружать, чем буду зависим от тебя в перспективе того, что мне когда-нибудь эта зависимость выйдет боком. Спасибо, не надо. Я уж как нибудь сам разберусь. Я что-нибудь придумаю. Поэтому бессмысленно‚ что ты приехал.
— Дим, вздохнул я и потёр лоб пальцами. — Я заявление не подпишу. Ты со мной работаешь. Ты понимаешь всю кухню изнутри достаточно хорошо. Мне не важно, что ты выбрал сторону мамы и это правильно, потому что мужчина должен защищать женщину и плевать, кем эта женщина мужчине приходится — матерью, бабушкой, тёткой, сестрой, племянницей. Плевать. Мужчина должен заступаться за женщину. Это правильный поступок. Но неправильно, что ты рассуждаешь, что будешь зависим от меня. Нет. Ты мне нужен как специалист. Как специалиста, я не готов тебя терять. Пожалуйста, я принимаю тот факт, что ты со мной не хочешь общаться, говорить.
Было тяжело. В голове все смешалось. Но мне нужно было донести до сына‚ что наше с ним взаимодействие никак не повлияет на то, что я попробую этим манипулировать.
— Дим, не заставляй меня в принудительном порядке возвращать тебя на работу. Я уже с первого раза понял, что поступил дерьмово по отношению к матери. Вы втроём не потрудились как-то сгладить конфликт Вы влетели в него, как три богатыря. Маму обидел! Знаю. За эту обиду я несу вину, но это не говорит о том, что вы сейчас должны бросать тапки и бежать не пойми куда. Вы можете отречься от меня, как от отца. Но только не надо делать поспешных выводов и ставить крест на своей судьбе. Ты хороший работник. Ты хороший специалист Ты мне нужен. Как ты этого понять не можешь?
Дима меня не слышал. Он закатывал глаза, качал головой. Он делал все возможное, но он меня не слышал. Ему было наплевать.
Психанув, я вышел из квартиры. Доехал до дома. Оказался в нашей с Сашей спальне. Я осознал, что голова едет.
— Виктор Владимирович, — звонок с неизвестного номера, — это лечащий врач. К сожалению у меня для вас плохие новости. Полтора часа назад кровотечение не удалось остановить.